Испытание Виктории (ЛП) - Айдем М. К. - Страница 95

— Да, мой король! — Лукас встал по стойке смирно. — Благодарю вас, мой король, — он понимал, что ему предоставляют редчайшую возможность.

— Не благодари меня, капитан, вы более чем заслужили это, — кивнув ему, Джотэм снова сел.

— Капитан Зафар, — Верховный адмирал снова привлек к себе внимание Лукаса. — «Хранитель» находится в двух лунных циклах от готовности к своему первому путешествию. Вам нужно выбрать свой экипаж, но из восьмисот членов экипажа, вы будете нести ответственность только за семьсот человек.

— Прошу прощения, Верховный адмирал? Почему я не буду выбирать всю команду сам? — Верховный адмирал бросил на него тяжелый взгляд, но глубоко внутри радовался, что его сын не отступил под таким давлением.

— «Хранитель» имеет новую циклотронную двигательную установку, поэтому ваша инженерная команда выбрана за их знание этой системы.

— Я согласен с этим, Верховный адмирал, но мне хотелось бы посмотреть их досье.

— Они будут вам доставлены. Теперь, когда вы знаете, что «Хранитель» будет первым в Коалиции кораблем с циклотронной системой, рад сообщить, что он так же первым примет гражданский экипаж из двадцати человек, который не будет находиться под вашим командованием. Эти люди будут отвечать перед другим гражданским лицом. Их руководитель будет иметь полную власть над ними. У вас есть проблемы с этим? — Уильям немного подождал. — Вы справитесь с этим, капитан? — он наблюдал, как его сын, сузив глаза, оценивал сказанное.

— Без дополнительной информации я не могу точно сказать, будут ли у меня с этим проблемы или нет, Верховный адмирал.

* * *

— Справедливо, капитан, полагаю, что вы знакомы с главой недавно сформованного коалиционного ожогового центра. Виктория, не могли бы вы сделать шаг вперед?

Лукас на мгновение замер, а затем резко обернулся, быстро ища ее глазами.

Тори застыла на своем месте. Дядя Уильям не предупредил ее, не дал понять, что принял ее предложение близко к сердцу. Она не была готова. Все взгляды повернулись к ней, но именно Лукас помог ей преодолеть смущение и медленно приблизиться к адмиралам.

«Вы только посмотрите на нее, — с восхищением думал Лукас, когда она шла к нему: высокая, уравновешенная и сильная. — Ну, какая же она красавица!» Он хотел броситься к ней, захватить в свои объятия, кружить и целовать до потери сознания, но понимал, что пока не время. А Виктория жаждала ощутить тепло и надежность его объятий, обернувшись вокруг него и целуя каждую клеточку его могучего тела. Прошло почти пять недель с момента их разлуки, и она не могла больше ждать. Гладя на любимого, она видела, что он чувствует то же самое, но сейчас не время и не место. Они под пристальным вниманием всего Высшего Совета, и она не позволит своим чувствам унизить его достоинство в глазах руководства планеты.

— Верховный адмирал! — обратилась она к Уильяму, оказавшись рядом с Лукасом.

— Ваше мнение, вы справитесь с проблемами, которые могут возникнуть между вашими врачами и капитаном Зафаром? — потребовал Верховный адмирал.

Девушка смотрела на своего дядю, решая, как справиться с ситуацией, в которую он втянул ее, и поняла, что будет обращаться с ним так же, как и с любым другим адмиралом.

— Как я уже объяснила вам ранее, Верховный адмирал, врачи, которых я приведу на корабль, будут находиться под стрессом, который вы и ваши офицеры никогда полностью не поймете, — все адмиралы напряглись, услышав ее заявление. — Капитан Зафар уже заявил, что каждое совершенное им убийство влияет на него. Я не верю, что он сказал что-то такое, чего вы, в Высшем Совете, еще не знали из своего личного опыта. Никто из вас не продвинулся бы так далеко, если бы наслаждался чьей-то смертью, — теперь она могла сказать, что запутала их. — Но врачи, которых я собираюсь привести на «Хранителя», и то, что они собираются делать… — она посмотрела на Лукаса, подыскивая слова. Абсолютная вера, которую она увидела в его глазах, дала ей силы продолжить. — Смерть — это легко, господа. Ты нажимаешь на курок, и все кончено, а ты идешь дальше. Хотя я не пытаюсь свести к минимуму то, чего это стоит каждому из вас, вам никогда больше не придется смотреть в глаза этого человека, вы никогда не увидите их наполненными такой болью, что они почти черные. Вы никогда не будете слышать их крики, пока их голоса не охрипнут, никогда не будете слышать, как они просят вас убить их. — Она видела, что полностью завладела их вниманием. — Вы никогда не делали этого с теми, кто знает, что завтра и каждый день после этого, ты будешь делать это снова, пока они не исцелятся, зная, что они будут ненавидеть тебя, прежде чем все закончится, — она переводила взгляд с одного адмирала на другого. — Это достаточно трудно сделать с незнакомцем, но сделать это с другом, членом семьи, спутником жизни… — Виктория не могла смотреть на Лукаса. — Вы бы смогли это сделать, господа? — она сделала паузу, позволяя им погрузиться в это. — И это то, что я буду просить этих врачей сделать, с чем они столкнутся при лечении жертв ожогов Коалиции. Я не могу обещать, что капитан Зафар и я всегда будем согласны, но я могу обещать вам следующее: ваши люди никогда не будут напрасно страдать от рук моих врачей. Каждый момент боли, каждая процедура, которую они с трудом могут вынести, служит цели, а эта цель — вернуть их к тому, кем они были до травмы, и если по какой-то причине мы не сможем этого сделать, мы сделаем так, чтобы они могли вести продуктивную жизнь.

Ее яркое выступление было встречено молчанием. Лукас мог сказать, что она поразила не только Высший Совет, но и его отца. Никто из них не ожидал таких логичных и в тоже время таких страстных аргументов от молодой девушки. Наконец, Верховный адмирал прочистил горло и заговорил.

— Капитан Зафар, сможете ли вы справиться с мисс Чемберлен и ее людьми?

— Верховный адмирал, будучи одним из тех людей, которые умоляли во время лечения о смерти, я нахожусь в уникальном положении и способен понять обе ее ситуации, — он не пропустил ни вздоха всех адмиралов, ни шока на лице отца. — Коалиция научила меня выдерживать все виды пыток, но я клянусь вам здесь и сейчас, что это ничто по сравнению с этим лечением. Даже знание, что это должно помочь мне, не имело никакого значения, боль… я говорю вам честно, я не могу представить себе, кем бы я был сегодня, если бы Виктория не была на «Возмездии», когда я был ранен. Эти процедуры были мучительными, но сегодня я стою перед вами и полностью использую свои руки, — он поднял их, показывая шрамы. — Я могу управлять «Клинком», и теперь вы доверяете мне «Хранителя», ничего из этого не было бы возможным, если бы я не получил немедленную помощь. Каждый член Коалиции заслуживает того же шанса, который был у меня. И если для этого люди, лечащие ожоги, получат больше свободы, чем кто-то в Коалиции, так тому и быть. Но я уверяю вас, ограничения будут, потому что когда дело доходит до этого, мы все едины, — Лукас сделал паузу для обдумывания сказанного им.

— Уверен, что мы все сможем жить с этим, капитан, — Верховный адмирал оглядел зал, получая кивки. — А теперь, капитан Зафар, Виктория, я уверен, что вам обоим не терпится посетить «Хранителя», чтобы узнать, во что вы ввязываетесь, но сначала нам нужно решить еще несколько вопросов, — он кивнул Хэмлину.

* * *

— Если вы последуете за мной, — Хэмлин жестом вывел Лукаса и Викторию за пределы зала и провел их в личный кабинет Верховного адмирала. — На столе есть еда и напитки. Верховный адмирал просил сообщить, что пройдет не меньше часа, прежде чем он сможет доставить вас к «Хранителю», — Хэмлин еле сдерживал улыбку. — Поздравляю вас обоих.

— Спасибо, Хэмлин, — Лукас проводил его до двери и запер ее за ним. Он обернулся, ища глазами возлюбленную, и увидел ее в нескольких дюймах от себя.

— Боже, как я скучала по тебе! — прошептала она и бросилась в его объятия.