Испытание Виктории (ЛП) - Айдем М. К. - Страница 81

Кии побледнел под его взглядом.

— Сэр?

— Скажи мне, что ты знаешь о кораблях флота.

— Сэр, я знаю только то, что сказал мне Гэд, сэр.

— Заткнись, Кии! — зашипел на него Гэд.

— Молчать, Станник, или я прикажу тебя вывести, — прервал его Лукас.

— Он может это сделать? — Гэд повернулся к Вааге.

— Да.

— Ну, Кии, что тебе рассказал рядовой первого класса Станник?

Кии посмотрел на Вааге, тот кивнул.

— Сэр, Гэд сказал нам, мне и Лайзу, что новая циклотронная двигательная установка запущена и будет использована на «Хранителе». Что с ним «Хранитель» сможет развивать большую скорость, и что его сигнатура деформации не обнаружиться, если вы не используете турминный фильтр, — Кии продолжал говорить, а Лукас, с нарастающим от каждого слова ужасом, осознал грандиозные масштабы утечки. Когда он впервые прижал Станника, это было из-за Виктории, но теперь, теперь — это вопрос безопасности флота.

— Станник сказал вам, как получил доступ к этой информации, рядовой?

— Я убью тебя, Кии! — тот бросился на своего друга.

— Охрана! — крикнул Лукас. Вскочив со стула, Лукас оттащил Гэда от Кии и прижал лицом к стене. — В одиночную камеру! Никаких контактов! — приказал он охранникам.

— Да, сэр, майор.

— Если вы двое что-нибудь скажете, вам конец! Вы слышали меня? Вы покойники! — кричал Гэд, когда его вывели из комнаты.

* * *

— Ты хочешь, чтобы я продолжил допрос? — Барек повернулся к адмиралу.

— Нет. Дай ему закончить, — Куин снова перевел холодный взгляд через стекло.

* * *

— Ты в порядке, рядовой Кии? — спросил Лукас, поправив стул и сев.

— Да, сэр, — парень был бледным и вспотевшим, они оба.

— Мне повторить вопрос, рядовой?

— Я… сэр… он…

— Кии! — Лайз перебил его.

— Рядовой Лайз, мне вас тоже вывести?

— Сэр?

— Ты пытаешься повлиять на показания свидетеля. Это наказуемое деяние! Ты хочешь продолжить?

Лайз посмотрел на Вааге.

— Он прав, рядовой.

— Нет, сэр, но вы должны понять… — Лайз сделал паузу.

— Понять что, рядовой? — спросил Лукас.

— Отец Гэда, сэр…

— И что с ним? — потребовал Лукас.

Лайз сделал глубокий вдох.

— Сэр, он член Ассамблеи. Он может отправить нас в Турон. Убедиться, что мы останемся там, если пойдем против Гэда. Мой младший брат в Академии, Станник может его исключить.

— Кто тебе это сказал? Гэд?

— Нет, сэр.

— Советник Станник угрожал вам и вашим семьям лично? — тон Лукаса был жестким.

— Лайз не совсем так выразился, сэр, — поправил Кии. — Советник сказал, что нам будет стыдно, если с его сыном что-нибудь случится из-за неверности его друзей. Что это клеймо позора для семьи, если ребенка исключат из Академии. Что это может привести к тому, что другие члены семьи будут исключены или вообще не приняты. И все лишь из-за недостатка преданности брата.

— Когда он тебе это сказал?

— На обеде, сэр, когда мы были на третьем цикле. Сразу… — Кии умолк, и они посмотрели друг на друга.

— Сразу после? — Лукас вдруг понял, когда.

— Сразу после того, как он напал на племянницу королевы, — наконец, выговорил Лайз.

— Викторию Чемберлен?

— Да, сэр.

— Вы там были?

— Нет! Нет, сэр! — они дружно отрицали.

— Мы знали, что он к ней неравнодушен, все знали, — пока Кии говорил, Лайз кивал. — Но мы никогда не думали, что он пойдет таким путем. Особенно с его отношением к ней, к себе и к отцу.

— Что это за отношение? — тон Лукаса был обманчиво спокоен. Эти два парня, очевидно, не знали, что Виктория — его спутница жизни.

— Станники очень громко выражают свои чувства к новой королеве и маленькой инопланетянке, как они называют ее про себя. Советник Станник стоял за группой, пытавшейся запретить Виктории въезд в Монтре, но не смог. Когда Гэд напал на нее, его отец был в ярости. Он приказал нам доложить, будто мы были там, и Чемберлен пригласила всех нас туда, но были обнаружены визуальные доказательства, слава предкам.

— Он велел вам лжесвидетельствовать?

— Если мы хотели остаться в Академии, то да.

— Почему вы на это согласились?

— Майор, он член Ассамблеи!

— А вы были третьекурсниками.

В ответ оба опустили головы от стыда.

— Кому еще Гэд рассказывал о «Хранителе»? — Лукас вернулся к более насущной проблеме, хотя он действительно хотел подмести пол этими двумя, а после провести время с Гэдом наедине, продуктивно провести время наедине.

— Не знаю, майор. Действительно! Гэд сказал, что профессор Ошофилд был за ужином, когда узнал о «Хранителе». Он очень уверенно говорил нам об этом. Что они все еще разговаривали с Ошофилдом.

— А как же Ваги?

— Ваги? — они посмотрели друг на друга. — Он ничего не говорил Ваги. Он называл его личным рабом, который нужен лишь для выполнения всей черновой работу, чтобы Гэд выглядел хорошо.

— Почему? Почему Ваги это делал?

— Мы не знаем, майор, честное слово! — сказал Лайз. — Он нам не сказал, но мы пытались его поймать. Он любит мучить Ваги, но тот действительно хороший парень. То есть Ваги хороший парень. Гэда бесит, что кто-то выросший на Нуге, может во всем быть лучше него, поэтому он его использует.

— И вы никому не сообщали об этом?

— Кому? Кто нам поверит?

— Я бы поверил. Профессор Найфе бы поверил, — твердо сказал майор.

— А как же наши младшие братья и сестры? — Кии по-настоящему злился. — Кто поможет им, защитит их? От члена Ассамблеи Станника и профессора Ошофилда?

— Консул Вааге, вы будете представлять интересы рядового Кии и рядового Лайза?

— Да, майор. Им это понадобится.

— Тогда я свяжусь с Верховным консулом Тибуллом.

— Майор, в чем нас обвиняют? Мы никогда не передавали информацию, которую дал нам Гэд.

— Может быть, и нет, но вы не доложили об этом своим командирам.

— Мы не могли!

— Это не вам решать, — поднявшийся Лукас покинул допросную.

* * *

— У нас проблема, — посетовал Барек.

— Да, мне нужно связаться с Верховным адмиралом, — ответил Куинн задумчиво.

— Он будет в ярости, — на минуту воцарилась тишина. — Лукас хорошо с этим справился, — продолжил принц. — Он не позволил своему гневу из-за ситуации с Викторией помешать выявить настоящих предателей.

— Нет, не позволил. Он видит картину в целом.

— И понял, что эти трое — пешки.

— Да.

— Из него выйдет хороший капитан, — тихо сказал Барек.

Куинн повернулся к нему, но не успел ничего сказать: дверь открылась, и вошел Лукас.

* * *

— Вы слышали? — спросил Лукас.

— Да. Я свяжусь с Верховным адмиралом, — подтвердил Куинн.

Майор кивнул.

— Расскажи мне о Ваги, — потребовал адмирал.

— Его отец — шахтер на Нуге. Во время третьего цикла отец Ваги заболел, и Ваги ради учебы работал вне казарм. Гэд узнал об этом и пригрозил исключением, если он не поможет сдать задания четвертого цикла, и, прежде чем вы спросите, его советником был Ошофилд.

— Твою ж мать!

— Да. Профессор Найфе лично написал в его файле, что если он не будет заниматься ремонтом и обслуживанием механизмов, то это пустая трата его талантов.

— Это написал Найфе? — усомнился адмирал.

— Да.

— И ты дал ему «Клинок»?

— Лорре проверит всю его работу, и если он так хорош, как намекал Найфе, мы найдем ему применение.

— А его нарушение? — Тару было важно мнение майора.

— Я бы сказал, что он уже получил более суровое наказание, имея дело со Станником, чем любое наше.

— Верно. Ты веришь, что он ничего не знает о «Хранителе»?

— Да, Гэд не счел бы его заслуживающим такой чести. Для него он просто инструмент.