Драконьи норы и другие ловушки (ЛП) - МакГи Шеннон - Страница 39

Его жена, Гедда, прикрыла рукой, что-то похожее на снисходительную улыбку. Я улыбнулась в ответ. Мне нравилось это чувство, хотя некоторые торговцы за столом смотрели на него искоса, деликатно потягивая томатно-арахисовый суп.

Он поселил нас среди более богатых гостей по неожиданной, но лестной просьбе графа, который нанял нас. К счастью, он, похоже, не обиделся на нас за навязчивость. Напротив, он, казалось, был более склонен проводить время с нами, чем другие его покровители.

Элла поймала мой взгляд, кивком головы указала на торговцев и скосила глаза. Я хихикнула, а она шумно отхлебнула суп, отчего ближайшая к ней богатая женщина презрительно скривила нос.

Слуги подбежали, чтобы убрать тарелки. Кое-кто извинился, а те, кто остался, занялись своими собственными развлечениями. Музыканты достали длинные флейты, чтобы наполнить воздух мягкой, пронзительной музыкой. Некоторые гости достали мешочки с картами и маленькие плитки, которые они разложили на столе. Двенадцатая рота воздерживалась от любых азартных игр, пока находилась в городе-хозяине, но они смотрели игры или соглашались играть, если ставки не делались.

Хотя мы с Эллой довольствовались тем, что просто смотрели, Люк вмешался в одну игру. По дороге он заверил Эллу, что не собирается делать игру «интересной», но она, похоже, ему не поверила. Люк был хроническим нарушителем правила Эдит — не играть в азартные игры. Иногда я спрашивала себя, не из-за этого ли его выгнали из охраны… но это не мое дело.

Я зевнула. Между теплом, которое все еще висело в воздухе, комфортом полного живота и нежной музыкой, я была хорошо и действительно убаюкана. Будут и другие дни, чтобы познакомиться с местными. Если верить остальным наемникам, в течение дня охота не завершится.

Нога Эллы слегка касалась моей под столом, и, когда я извинилсь, она оторвалась от разговора и посмотрела мне вслед. Испытующий взгляд в ее глазах заставил мое сердце затрепетать, и я покраснела, когда отвернулась от нее.

Это чувство напомнило мне о той ночи, когда мы встретились. Когда мы подошли к ее палатке, и она попыталась поцеловать меня. Собирается ли она снова что-то предпринять? Если она это сделает, на этот раз я ей позволю. Я уже не была той испуганной девочкой, какой была несколько месяцев назад, когда ехала в Форклак. Теперь я тоже была наемником, и у меня больше не было обязанностей по отношению к ферме и наследию моей семьи. Почему бы мне не поцеловать девушку, если я хочу?

Когда я забралась в постель, мой пульс участился, и я смотрела на дверь. Через несколько минут меня охватило смущение, от которого закружилась голова. Я почти ожидала, что она последует за мной в комнату. Но она не стала. Я должна была догадаться. Это был новый город. Я видела, как, по крайней мере, одна из служанок смотрела на нее. Несомненно, сегодня вечером она вернется в одну из их комнат.

Я повернулась на бок и перекинула одеяло через плечо. Когда сон окутал меня, она еще не вернулась.

Глава 10

Помимо привычки зажигать свечи во имя Бога Любви Соарифа, тесная связь Лукаса с толпой в Нофгрине, казалось, не сделала ничего, чтобы ослабить его мнение о флирте с местными девушками.

На следующее утро я застала его за завтраком, он хвастался своим вчерашним выигрышем и усиленно флиртовал с одной из служанок, Сабиной. Она строила глазки Элле, но, хотя я заметила, что моя подруга смотрит на них искоса с веселой улыбкой, она, похоже, не возражала.

Мы с ней сели напротив него, положили себе яиц, оливок, еще лепешек, помидоров и тонко нарезанных соленых огурцов. Маленький металлический горшочек с длинной деревянной ручкой стоял на чайной горелке в центре стола.

— Что это? — спросила я неопределенным жестом. — Это чай? Потому что мне нужно немного.

Идя по дороге, мы попали в определенный график сна, ложиться спать поздно ночью, было неожиданно тяжело. Майкл говорил, что по утрам я похожа на медведя, и сегодня он был бы прав. Меня раздражали такие мелочи, как Гарольд, постукивающий вилкой по тарелке, болтающий с Тесс, и то, как служанка наклонилась чуть ближе, чем нужно, чтобы наполнить тарелку яйцами рядом с Эллой.

— Это кофе, — объяснил Ито с другого конца стола, и я отвела глаза от них, чтобы послушать. — Это как чай, но он сделан из бобов и гораздо крепче. Мне нравится выпить чашечку после трудной работы. Он разбудит тебя. В противном случае, сделает слишком нервной. В тарелке рядом сахар, а в блюдечке молоко, если хочешь попробовать. — Он указал на два белых керамических сосуда справа и слева от металлического горшка.

Как и во всех других местах, у меня была комично маленькая белая чашка, которая соответствовала молоку и сахару. Я перевернула ее, чтобы налить дымящуюся черную жидкость. Я осторожно сделала глоток и побледнела. Он был обжигающе горячим и ужасно горьким. Ито смеялся надо мной? Я скорчила рожу Элле, но она без колебаний взяла у меня котелок и налила себе.

— Добавь сахар и молоко, — посоветовала она. — Это делает его лучше.

Я сделала, как она велела, будучи довольно щедра с обоими, прежде чем передать их ей. На этот раз было лучше, чем раньше.

— Да, — сказала я, делая большой глоток. — Неплохо.

Элла кивнула и поставила все три сосуда на место, добавив в чашку молока и сахара.

— Мама говорит, что это не то, что нужно потреблять каждый день, особенно с сахаром, который нужно положить, чтобы сделать кофе терпимым, но он хорош для дней охоты.

Я уже чувствовала, что просыпаюсь. Даже запах кофе был бодрящим. Я глубоко вздохнула и принялась за завтрак, в то время как остальные члены Двенадцатой Роты вышли во двор и заняли места рядом со мной. Моя нога подергивалась под столом, когда я слушала их утреннее ворчание.

Эдит пришла одной из последних. Полностью одетая в боевую форму, она увлеченно беседовала с высоким худым мужчиной с крючковатым носом и большими, глубоко посаженными глазами. Это был Аньо, советник графа. Он встретил нас, когда мы приехали в город. Теперь он серьезно кивал в ответ на ее последние слова, пожимая ей руки на прощание. Он подождал, пока она сядет, и вернулся тем же путем, каким они вошли.

Мы закончили есть примерно в одно и то же время. Тогда нам оставалось только надеть кожаные доспехи, пристегнуть оружие и вскочить в седло. По настоянию Эдит, мы также закутались в плащи, чтобы не было заметно, что мы вооружены до зубов.

Тесс со злорадством объяснила, что местные жители меньше нервничают, если им не приходится видеть все наше оружие, когда мы гуськом ведем лошадей по узким боковым улочкам. Когда солнце стояло высоко, было жарко, но сейчас, на рассвете, было терпимо.

Вход в канализацию представлял собой закрытую дыру в песчанике улицы. Их было много по всему Дабскину, но тот, который мы должны были использовать, находился на другом конце города от нашей гостиницы. Рядом с ним была перекладина, к которой привязывали наших лошадей. Охранник, который привел нас в восточный район, будет охранять их, пока мы будем внизу.

Сам желоб был узким и темным. Я почувствовала, как упряжь, привязанная к моей спине, натирает края, и когда я сошла с последней ступеньки, нога попала прямо в лужу. Я вздрогнула и отошла в сторону от следующего человека, спускающегося по лестнице.

Было бы неплохо, если бы мы могли носить наши покрытые маслом сапоги и плащи, чтобы не промокнуть. С дрейками, я знала, что это было бы глупо. Я все еще предвкушала, когда грязь в этих туннелях просочится сквозь мои леггинсы.

Я провела пальцами в кожаных перчатках по бедрам. Афуа и Гилберт, которые спустились первыми, уже зажгли факелы и воткнули их в держатели на стенах, явно предназначенные для этой цели. Как и у всех нас, у них за спиной висели еще два незажженных факела. Мы зажигали их один за другим, проходя через туннели, освещая путь и обеспечивая четкую тропу к выходу.