Драконьи норы и другие ловушки (ЛП) - МакГи Шеннон - Страница 20

— Хотела бы я посмотреть на эту драку, — Марайя передала бутылку Люку, не выпив больше ни капли, и он сделал то же самое.

— С чем мы по итогу воюем? — спросила я, все еще думая о драконах и богах.

— В Седьмой роте три боевых мага, — серьезно сказала Марайя. Она наклонилась вперед, так что ее темные кудри тяжело наклонились вперед. — В наши дни не часто можно увидеть настоящую битву магов. Если не будет настоящей войны, в основном они не делают много фейерверков.

— В большинстве компаний работают только целители, как Белинда, — объяснила Элла. — Боевые маги вроде нашего Ито, как правило, дороже, и большинство компаний могут обойтись без них. У нас есть он, потому что мы склонны работать со многими опасными магическими существами. Это делает его необходимым и позволяет нам платить ему.

— Так как же Седьмая рота может позволить себе троих?

— Они забирают… — начал Люк, но Элла бросила на него взгляд, которого я не поняла, и он замолчал.

— Они берут на себя ту же работу, что и мы, — сказала она. Коннер приподнял бровь, и она многозначительно покачала головой.

Марайя уловила обмен репликами.

— О, это совсем не подозрительно. Ладно, вы двое, выкладывайте.

Коннер закатил глаза и тяжело соскользнул с койки на ковер вместе с нами.

— Ничего страшного. Только Элла так думает. У нас есть своего рода богатый благодетель… я имею в виду, — поспешно поправился он. — Не благодетель… Очевидно, нам это не разрешено. Хамаш просто знает парня, который заплатит огромную сумму за то, чтобы мы привезли ему самых впечатляющих зверей, с которыми мы сталкиваемся. У него зверинец.

— Он что? — спросила я в ужасе.

— Например, коллекция животных…

— Я знаю, что означает это слово. Я имела в виду, зачем вам их собирать? Как вы вообще можете их собирать?

Коннер пожал плечами, забирая у меня забытую медовуху.

— Он может. Мы усмиряем зверя и укладываем в фургон. Маги вырубают его и держат в отключке, как бы они это ни делали. Затем мы доставляем весь пакет к воротам. Оказавшись внутри, его люди отводят караван назад и приносят наше жалованье… и новый караван, если первый потерпит крушение.

— Элла права. Это отрывочно, — Марайя ткнула в него пальцем. — Хамаш согласовал это с гильдией?

— Он не стал бы этого делать, если бы у нас не было разрешения.

Марайя поджала губы и перевела взгляд на маленький камин. Когда она, казалось, не собиралась больше ничего говорить, Элла протянула руку и потерла ее колено.

— Я спросила об этом маму, когда мне рассказали, — она оглянулась на Коннера, чтобы оценить его реакцию. С невозмутимым видом он кивнул ей, и она продолжила. — Она сказала, что не собирается втягивать нас в это дело, но пока Гильдия получает свои взносы, нет никаких проблем с Седьмой ротой.

— Но этот покупатель может сделать все, что угодно с животными, которых вы ему приносите, — возразила я. Марайя по-прежнему не отводила взгляда от огня, но кивнула, услышав мои слова. — Кто этот человек? Вы видели этот зверинец?

— Нет. Они не приглашают нас на чай. А что касается того, кто это… это конфиденциально, — неохотно сказал Коннер, неловко ерзая под пристальными взглядами Лукаса и меня. — Послушай, он просто старый дворянин со странными интересами! Он нормальный.

— Да, но скажи, что ты прав… а я в этом сомневаюсь. Что будет, когда он умрет? — тихо спросила Марайя. — Кто же тогда получит всех его питомцев? Их отпускают прямо здесь? Ваш долг — вернуть их домой? Или же наследник наследует их и может делать с ними все, что пожелает?

Он поднял руки, словно мог ладонями блокировать поток вопросов.

— Понятия не имею! Хорошо? Это не моя работа. Моя работа — делать то, за что мне платят, и то, что говорит мой командир. Хамаш — хороший руководитель. Он никого из нас не подвергнет опасности.

Было уже за полночь, когда мы с Эллой прошли через столовую, чтобы вернуться в наш дом и кровати. Мы с Эллой обе молчали. Мы отпустили Коннера с крючка и продолжали пить, пока не пришли соседи Марайи. После этого Марайя и Люк ускользнули в его комнату, чтобы побыть наедине, а Коннер, явно измученный, пошел впереди нас, пока мы быстро приводили себя в порядок, чтобы помочь Марайе.

Обычно возможность побыть наедине с Эллой вызывала у меня трепет бабочек в животе, но сегодня мои мысли были прикованы к Седьмой роте и их чудовищному коллекционеру. Я даже не заметила, как несколько раз наши пальцы соприкоснулись на узкой лестнице, когда мы спускались вниз.

Я знала, что Коннер был прав. Не ему решать, какую работу будет выполнять его Рота. Наши командиры выслушивали мнения, но, в конце концов, последнее слово оставалось за ними, и работа, которую они выполняли, явно хорошо оплачивалась, если судить по снаряжению. Что меня беспокоило, так это то, что этим человеком мог быть кто угодно, а Коннер, казалось, не заботился о последствиях, потому что выполнял приказы. Это то, что я должна была делать? Неужели Дей ожидал, что я узнаю именно это?

— Что бы ты сделала, если бы твоя мать попросила нас сделать что-то вроде того, что делает Хамаш? — резко спросила я, когда мы вошли в столовую.

— Что? Перевозить опасных существ для человека и держать это в тайне? — Элла переплела пальцы позади головы, когда она шла. Она остановилась и посмотрела на меня, покачиваясь.

— Действительно, ничего. Все, что ты считаешь неправильным, если просят. Я имею в виду, все, что бы ты не сделала, если бы тебе не приказали. Понимаешь? — я с трудом подбирала слова.

Она поджала губы и наморщила лоб.

— Но она говорит нам, что это правильное решение?

— Да, — мой голос был тихим, но эхом разнесся по столовой. В комнате стало темно и пусто. Все разошлись по своим кроватям, комната и столы были грубо вымыты, скамейки перевернуты на столах.

Она пропела.

— Понятия не имею. Технически наемник может покинуть свою роту в середине сезона, вернуться в гильдию и подать официальную жалобу. Это вроде как разрушает твою карьеру, — она фыркнула. — В любом случае, ты не будешь желанным гостем в своей собственной роте. Независимо от того, выскажутся ли лидеры гильдии за или против твоей жалобы, ты будешь помечена как нарушитель спокойствия… ответственность.

— Значит, мы действительно должны делать то, что нам говорят? Даже если не согласны с приказами? — я посмотрела в сторону двери, которая вела в наш дом. Она приближалась, а затем отодвигалась еще дальше. В какой-то момент, возможно, я научусь пить достаточно, чтобы расслабиться, и не настолько, чтобы не видеть прямо.

— Ну, это не похоже на армию, где дезертирство или вопросы заковывают в цепи. Ты можешь поговорить со своим командиром и с ротой и попытаться обратить благосклонность против миссии, чтобы предотвратить подписание контракта или разорвать контракт. Иногда командиры прислушиваются. Если это не удалось, ты можешь заплатить свои последние взносы в гильдию и уйти, без каких-либо последствий. Но да, это твои варианты, если ты хочешь есть.

Я широко зевнула, обхватив себя руками.

— Но у тебя никогда не было проблем с приказами?

Она усмехнулась.

— Ну, моя мать — командир. Не так уж много вещей, на которые я не имею никакого влияния, несмотря на то, что мы в основном держим дела отдельно от наших личных отношений.

— Да, конечно, — я снова начала двигаться вперед.

Она схватила меня за руку.

— Это не мастер Ноланд, Тайрин. Никто не имеет права работать с ним. Особенно, когда дело доходит до… чего-то подобного. Не то чтобы я когда-нибудь слышала, чтобы он искал наемников.

Я пожала плечами и высвободила руку. Мысли, которые пришли мне в голову, заставили меня задрожать. Я не могла удержать их от слетания с губ.

— Не все змеи так известны, как этот человек. Дело в том, что мастер Ноланд дал Майклу магию. Он сделал из простолюдина мага, а потом велел ему поймать грифона. Седьмая рота продает дворянину, который собирает зверей. Кто знает, кто еще играет в эту игру? И что это значит для нас, бедных людей, попавших под перекрестный огонь, когда они решили, что пришло время проверить свои коллекции?