Тернистый путь к счастью (СИ) - Шарикова Мария - Страница 35

В загородное поместье Игнатьевых постепенно стали съезжаться гости. Первыми приехали Захаровы. Полин вошла под руку с мужем, тяжело вздыхая. Сейчас она услышит веселый смех племянницы, испытав при этом и радость, и боль. До сих пор у них с Владимиром не было детей. Доктора говорили, что с ней все в порядке, и стоит только подождать и у них будет куча ребятишек, но пока этого не случилось. Она собиралась вскоре поехать на воды, но решила прежде поговорить с Татьяной. Хозяйку имения она нашла в гостиной. За прошедшие годы графиня Игнатьева стала ещё краше. Золотистые локоны ныне были собраны в высокую причёску, а глаза сияли от радости, ведь рядом с ней стоял муж. Серебристое платье идеально сидело на хрупкой фигуре графини, Татьяна оставалась такой же стройной как в дни своей юности. Поприветствовав невестку поцелуем в щеку, Тата сказала:

— Полин, как я рада тебя видеть!

— Таня, ты светишься от счастья? Что случилось? — с любопытство спросила Полин, подхватив графиню под локоток и отведя в сторону.

— Отчего ты так решила? — Татьяна с трудом заставила себя подавить улыбку, которая с недавних пор не сходила с её уст. В последнее время у неё появились подозрения по поводу своего положения, но она была не до конца уверена, оттого и молчала.

— Ну, я просто подумала… а, впрочем, неважно. Пойдём встречать гостей, — Полина потянула за собой Татьяну, понимая, что та что-то скрывает. Но привыкшая к скрытому характеру подруги, мадам Захарова не подала виду и продолжала поступать в соответствие со светским этикетом. Гости продолжали съезжаться, и Татьяне хотелось, чтобы весь этот праздник поскорее закончился. Она не любила вечера и рауты, да и желание поскорее остаться с мужем наедине не покидала её. Графиня с нетерпением ждала этого времени. Ступая по просторной прихожей на кухню, чтобы узнать все ли готово, Таня столкнулась с Александром. Он ловко обнял жену, прижимая её к себе. Татьяна замерла, как всегда, чувствуя приятную негу во всем теле.

— Боже, как я соскучился, — услышала она тихий шёпот мужа, сводящий её с ума.

— Я тоже, — прошептала Татьяна, обводя руками его шею. Каждый поцелуй был подобен полету на небеса, и Таня дивилась тому, как она когда-то этому противилась.

— Как ты думаешь, гости заметят, если мы отлучимся ненадолго? — спросила Тата, чувствуя, как сердце бьется с неумолимой скоростью.

— Думаю, нет, — ответил Александр, будто выполняя её немую просьбу, продолжая её целовать. По коридору послышался топот детских шагов и веселый смех, который наполнял дом радостью.

— Papa, Papa, — воскликнула Настя, заприметив отца. Александр отвлёкся от того, что ему было мило в тот момент и, поймав на руки дочь, подкинул её вверх.

Девочка радостно рассмеялась и крепко поцеловала графа в щеку.

— А где же мой подарок? Ты ведь обещал! — обижено надула губки малышка, глядя на отца.

— Конечно, обещал. Пойдём, — опустив девочку на ноги, Александр повёл её в комнату, где лежало множество коробок. Но Игнатьев направился в дальний угол, где стояла красивая фарфоровая кукла в нежно розовом платье. Александр увидел, как загорелись глаза дочери, и на сердце стало тепло.

Настя побежала к нему и, вновь обняв за шею, тихо прошептала:

— Я люблю тебя папочка, — маленькие ручонки обнимали его за шею и граф почувствовал как на глаза наворачиваются слезы. Татьяна, наблюдавшая за такой картиной, тоже с трудом сдерживала себя. Александр был терпелив с ней, ни разу не упрекнув ни в чем.

Анастасия подошла к матери, показывая куклу, которую бережно прижимала к груди.

— Маменька, маменька, посмотри на мою куклу, — радостно воскликнула девочка, ещё крепче прижимая к себе куклу, а потом выбежала из комнаты. Татьяна глянула вслед дочери, а затем повернулась к супругу. Он медленно подошёл к ней и взглянул на нее. В его глазах блестели слезы.

— Почему ты плачешь, милый? — спросила Тата, вытирая каждую слезинку, чувствуя, как дрогнуло сердце в груди.

— Я счастлив, — ответил Александр, беря её ладонь в свою, нежно целуя каждый палец. И тут же Татьяна испытала стыд за свои прошлые ошибки. Неужели их счастье далось им с таким трудом?

— Прости меня за все, — шептала она, найдя его губы вновь и целуя их. Она была готова отдать всю себя, лишь бы он был счастлив.

— О чем ты говоришь, милая? — Игнатьев встретился взглядом с женой. — Ведь ты счастлива?

Татьяна кивнула, а затем вновь обняла его. Она и поверить не могла, что сможет прижиматься к нему так, когда он твёрдо стоит на ногах, а не мучается болями, лёжа в постели. И ежели её догадки подтвердятся, то вскоре она сможет подарить супругу тот подарок, который ещё крепче сплотит их союз!

Вернувшись в гостиную, супруги застали дочь весело играющую с сыном их ближайшего соседа князя Еникеева, Андреем, который будучи страши на семь лет, находил время для игр с маленькой проказницей. Самому князю нельзя было позавидовать. Несколько лет назад его супруга забрав восьмилетнего сына, уехала, не пожелав жить под одной крышей с внебрачным ребёнком супруга. Александр и Татьяна старались поддерживать соседа, но казалось, никто ныне не в состояние помочь князю.

Уже поздно вечером, когда Полин и Татьяна уединились для разговора, подруги поделились своими мыслями и новостями.

— Я хотела попросить тебя об одолжении, — промолвила Полина, немного сконфуженно.

— Я готова помочь, говори, — Таня взяла подругу за руку.

— Я хочу поехать на воды, а одной мне боязно, — начала madam Захарова.

Но Татьяна тут же прервала её, сказав:

— Я поеду с тобой. Уверена, Саша поймёт меня, — заверив подругу, графиня понимала, как тяжело ей дастся расставание с любимым.

— Спасибо тебе, — с признательностью поблагодарила Полина. Ей действительно была нужна поддержка родного человека. Но ей думалось, не повредит ли эта поездка отношениям Татьяны и Александра? Какое-то нехорошее предчувствие не давало покоя. Сама Татьяна была твёрдо намерена ехать с ней, и Полин не стала её переубеждать. Сообщив супругу о своем решение, Тата заручилась его подножкой. Конечно, Игнатьев желал бы жену, но дела службы вынуждали его остаться в столице.

***

Баден-Баден, самый лучшей курорт в Европе, славился своими целебными источниками на весь мир. В начале века, император с супругой, которая была из этих мест, открыли моду на этот курорт, и вслед за монаршими особами потянулся весь бомонд. Полин и Татьяна, а так же маленькая Настя, которую Татьяна взяла с собой, прогуливались по аллеи Лихтенталер, наслаждаясь природой. Неподалёку журчала речка, слышалось щебетание птиц, Татьяне казалось, что она попала в сказку. Держа в руке кружевной зонтик, Татьяна убрала его в сторону, подставляя лицо солнечным лучикам. Белое, с лиловой отделкой платье делало её необычайно красивой. Затянутые в тугой пучок золотистые локоны переливались на солнце, но Татьяна старалась не привлекать к себе большого внимания. Все мысли были далеко отсюда, но дабы Полина не чувствовала себя виноватой, она старалась быть весёлой и беззаботной. Полин немного повеселела, да и местное общество приветливо встретило молодых женщин, принимая их в свою компанию.

Вековая аллея тянулась далеко, и Татьяна, заприметив впереди знакомое лицо, помрачнела.

— Полин, — она склонилась к подруге, — посмотри туда, — указывая в сторону их общего знакомого. — Я не хочу его видеть! — и воскликнула, отворачиваясь в сторону. — Не хочу, чтобы он видел Настю, ведь у неё есть отец, и она его любит, и я его люблю! Права была цыганка, я сама запуталась, и усложнила себе жизнь. Но теперь я не буду так глупа.

— Прошу тебя, дорогая, успокойся, — взяв Татьяну под локоток, Полин отошла немного в сторону. — Он не заметил тебя, так продолжай вести себя так, будто вы не знакомы.

Татьяна согласилась, приблизив к себе зонтик и взяв Настю за руку, отправилась дальше.

Белая шляпка не скрывала лица, но Таня надеялась, что Езерский все же не узнает её. Не было желания видеть человека из своего прошлого, к которому она более не испытывала никаких чувств. При виде Езерского, она лишь испугалась, что он узнает в Насте свою дочь. И когда ей казалось, что опасность миновала, она услышала голос, который не слышала пять лет.