Тернистый путь к счастью (СИ) - Шарикова Мария - Страница 21

— Мне показалось, она что-то скрывает, а ты знаешь, как Алексей не переносит ложь.

— Мне она показалась вполне достойной кандидатурой для Алексея. Вот только Каролина её за что-то невзлюбила.

— Значит, есть за что, — подхватил Владислав, — Каролина — мудрая девушка, она умеет отличить явь от фальши, а мне кажется, mademoiselle Захарова ведёт себя не естественно.

— Помилуй, Боже, с чего ты это взял? — встревожилась Наташа.

— Я чувствую, а ты знаешь, чувство никогда меня не обманывает.

— Нельзя судить человека, не зная его, — пожурила мужа Натали. — Это грех. Не суди, да не судим будешь, — процитировала она писание.

— А обман это не грех?! — Вскочив на ноги, воскликнул Владислав.

— Милый, у тебя нет никаких причин сомневаться в искренности mademoiselle Захаровой, я видела, как она смотрит на Алексея.

— Ну хорошо, но если я узнаю о ней что дурное, я обязательно скажу Алексею, не хватало, чтобы его опять обманули.

Маленький Юра подбежал к матери, и она переключила внимание на сына.

Она прекрасно понимала Владислава и его тревогу за друга, но ей казалось, что муж вмешивается в не своё дело.

— Двадцать шестого Езерские устраивают бал в честь их с Алексеем помолвки, нам тоже пришло приглашение. Мы ведь будем там? — с надеждой спросила Наташа. В последнее время её положение сильно ограничивало её, но она хотела непременно встретиться с Татьяной. Она была уверена, что не ошибаетесь в её искренних чувствах к Алексею.

— Раз ты этого хочешь, дорогая, — ответил Владислав вновь принимаясь играть с сыном.

***

Алексей положил коробочку на стол и улыбнулся. Через неделю официально объявят о их с Татьяной помолвку, и он специально для неё купил этот подарок. Кулон гармонично дополнял кольцо, которое он уже вручил Татьяне. Рубин, обрамленный множеством маленьких бриллиантов, висел на золотой цепочке, притягивая к себе взор. Не престало ему невесте дарить такие подарки, но на этот раз Алексей решил махнуть рукой на приличия. Татьяна почти его жена, и она достойна самых лучших украшений, которые смогут подчеркнуть её красоту.

Он знал, что ей сегодня нездоровится, поэтому, пользуясь свободным временем, решил отправиться на прогулку. Его любимым местом был Казанский собор, хоть он и был католиком, он не мог не трепетать перед православной святыней. Это его прабабка настояла на том, чтобы её правнуки, равно как и внуки, были крещены в католичестве.

Алексей более любил веру своей матери, но был часто вынужден подчиняться воли своей властной прародительницы. Она была против брака его родителей, будет и против его. Но он не намерен отказаться от Татьяны, даже если весь мир будет против.

На столе лежала непрочитанная корреспонденция, и Алексей, отложив подарок, начал неспешно рассматривать письма. Одно особо привлекло его внимание. Без подписи, конверт не был скреплён печатью, что вызывало вопросы. Вскрыв конверт, Алексей обнаружил записку без подписи и сложенный втрое лист бумаги.

«Берегитесь, Вас обманывают. Ваша невеста лжёт. На слово Вы мне не поверите, предоставляю доказательства.

Внизу была подпись, Доброжелатель».

Езерский быстро пробежал глазами послание, затем безжалостно смял его. Гнев охватил его с такой силой, что он, не разбирая, смахнул всё со стола. Так вот откуда такая приятная перемена в Татьяне! Вот отчего она всё время чего-то боится!

Но Алексей не привык быть обманутым, одного раз ему с лихвой хватило!

Поэтому, понимая, что нарушает все самые строгие правила высшего света, он направился в будуар своей невесты.

На пороге он наткнулся на горничную Татьяны Марфу. Мельком осмотрев комнату, он заметил, что девушки в ней нет. Изо всех сил стараясь унять колотивший его гнев, Алексей как можно спокойнее спросил:

— Где же барышня, ведь ей кажется, нездоровится?

— Барин, — начала было Марфа, но тот резко прервал её.

— Не трудитесь объяснять, просто скажите, где она?

— Она пошла в храм, — ответила горничная, избегая смотреть ему в глаза.

Ах вот значит как! Татьяну Владимировну замучила совесть! Немудрёно! Так искусно лгать.

Развернувшись, он направился прочь. Ему захотелось взглянуть в бездонные голубые глаза и узнать, для чего она затеяла весь этот спектакль. Велев заложить экипаж, он решил поехать в храм.

***

Александр вышел из-за угла, осматриваясь по сторонам. Ветер трепал его тёмные волосы которые в последнее время стали длиннее, чем того требовали приличия. Он места себе не находил, пытаясь встретиться с Татьяной. Чувство вины крепко поселилось в душе, и совесть и. Он не винил её, ведь она защищала себя, но чувство вины не давало покоя. Слухи, ходившие по уезду. изрядно подпортили репутацию Татьяны. Он не хотел этого и уже сожалел о своём поступке. В тот день он изрядно выпил, прежде чем отправиться на свидание с Татьяной, оттого и позволил себе непростительную глупость. Но он любил эту девушку, как бы смешно это ни звучало, любил и хотел, чтобы они были вместе. Езерский должен это понимать, они должны спокойно поговорить с Татьяной, а Таня в свою очередь, должна принять решение. Александр был импульсивным, поэтому тогда там, в беседке, он сам не знал, что на него нашло. Горячность, свойственная юности, будоражала кровь, а то, что Татьяна теперь невеста человека, которого он презирает, подлило масла в огонь.

Он уже не в первый раз наблюдал, как Татьяна приходит в храм.

Он должен был просить прощения, умолять девушку о том, чтобы она его простила. Но он и сам понимал, что Таня вряд ли даже захочет говорить с ним, не то что простить.

Татьяна стояла у входа в храм, будто ожидая кого-то. Граф решил, что теперь самое время подойти к ней: он хорошо знал, что Татьяна не будет устраивать сцен, ведь церковь не место для скандалов.

— Татьяна Владимировна, — окликнул он её.

Таня обернулась. Ужас застыл на её лице.

— Вы? Что вы здесь делаете? — дрожь в голосе выдавала волнение.

— Я знаю, сколь неприятно вам меня видеть, но может быть, мы могли бы поговорить, — сказал Александр предлагая ей руку.

Татьяна стояла ни жива ни мертва, понимая, что когда-нибудь она бы встретилась с Игнатьевым. Но так скоро! Возле храма скопилось довольно много людей, с любопытством взиравших на них, поэтому Татьяна, скрепя сердце, подала руку графу.

Александр повёл её в сторону своего экипажа, и Таня была вынуждена повиноваться.

На ходу ей показалось, что она увидела знакомые тёмные глаза, но решила, что это привиделось, и последовала за Александром.

— Что вы хотите мне сказать, Александр Васильевич? — спросила Тата, желая поскорее закончить разговор.

Александр разглядывал её, а затем, когда очередной порыв ветра чуть не сорвал с Татьяны шляпку, сказал:

— Здесь довольно зябко, может, вы немного проедаетесь со мной, — заметив, как голубые глаза наполнилось ужасом, добавил, — я не собираюсь более покушаться на вашу добродетель, хочу лишь поговорить.

— Я помню, чем окончился наш с вами последний разговор. Если это все, то я пойду, я жду подругу, — Таня готова была развернуться, но Александр поймал её руку и развернул к себе.

— Таня, неужели ты не видишь, как я сильно сожалею о своём поступке. Я люблю тебя, милая, а в тот день потерял рассудок, ведь тогда… — хотел продолжить он, но Татьяна его остановила:

— То не любовь, Александр, а страсть, — ответила Таня, и она действительно поняла, что к Игнатьеву испытывала только страсть. Ей хотелось видеть его, отвечать колкостью на колкость. Но Алексей, то была любовь, которую она не сразу смогла разглядеть. Ведь то тепло, что она почувствовала при их первой встрече, должно ей было рассказать о многом.

— С каких пор вы стали столь мудры? — не удержался от сарказма граф.

— С тех пор, как полюбила, — просто ответила девушка.

Александр понимал, что если он начнёт с ней перепалку, то только всё испортит. Но всё же не удержался и спросил:

— Уж не своего жениха? — Вам нет до этого никакого дела, — быстро ответила Татьяна, пытаясь освободиться от его железной хватки. — А мне интересно, когда он решил сделать предложение? — насмешливо поинтересовался Игнатьев.