Досье Дрездена. Книги 1 - 15 - Батчер Джим - Страница 204

Я посмотрел на них и оперся на посох. И рассмеялся. Смех вышел так себе, сиплое кудахтанье, но и оно отдалось эхом от стен и высокого потолка, и заставило вампиров беспокойно поерзать на месте.

Бьянка медленно изогнула губы в легкой улыбке.

— И что такого смешного ты увидел здесь, дружок?

Я улыбнулся в ответ. Не могу сказать, чтобы слишком дружески.

— Да все это. Хотя бы то, что вы, должно быть, считаете парня в трусах с желтыми утятами и с двумя деревяшками в руках чертовски опасным типом.

— Если на то пошло, считаю, — ухмыльнулась Бьянка. — Будь я на вашем месте, я сочла бы это лестью.

— Правда? — удивился я.

Бьянка чуть растянула губы, отчего улыбка сделалась шире.

— О да. Конечно. Джентльмены, — сказала она, обращаясь к мужчинам с автоматами. — Огонь.

Глава тридцать восьмая

Я выбросил левую руку вперед, бросив в браслет энергию, и выкрикнул: «Riflettum!»

Пистолеты с грохотом изрыгнули огонь. Пули высекали снопы искр, отлетая от невидимого барьера в каких-то шести дюймах от моей руки. Браслет разогрелся от напряжения: охранники явно не жалели пуль. Огонь стих так же внезапно, как начался, только отрикошетившие пули с визгом носились по залу, разнося в щепки дорогую мебель. Один из вампиров коротко взвыл и, сорвавшись со стены, жирным жуком плюхнулся на пол. Снова грянули выстрелы; автомат в руках у одного охранника вдруг дернулся вбок и как-то искривился, а сам он закричал от боли и опрокинулся с окровавленными руками и посеченным осколками лицом.

Современная техника неважно работает в присутствии магического источника, и подающие механизмы автоматического оружия — не исключение.

Еще два автомата заело, остальные стихли, расстреляв магазины. Я продолжал стоять с вытянутой вперед рукой. По всему полу передо мной валялись сплющенными комочками свинца пули. Охранники попятились от меня, потом как-то разом шмыгнули за спины вампиров и выбежали из зала. Я не могу винить их. Если бы я держал в руках автомат, вдруг оказавшийся бесполезной железкой, я бы тоже сбежал.

Отпихнув пули босой ногой, я шагнул вперед.

— Прочь с дороги, — сказал я. — Выпустите нас. Мы не причиним вреда остальным.

— Кайли, — произнесла Бьянка, гладя Сьюзен по голове. — Келли. Она так и так сошла с ума. Не все переносят переход легко, — взгляд ее переместился вниз, на Сьюзен.

Улыбка застыла на моем лице.

— Последний шанс, Бьянка. Отпусти нас с миром, и ты останешься жива.

— А если я скажу «нет»? — вкрадчиво спросила она.

Я зарычал от ярости и поднял свой жезл.

— Fuego! — рявкнул я. Энергия вырвалась из жезла и алым вихрем устремилась в голову Бьянке.

Не прекращая улыбаться, Бьянка подняла левую руку, пробормотала какую-то тарабарщину, и на моих глазах перед ней соткался чуть вогнутый диск холодной тьмы, который встретил поток моей энергии и поглотил его, расколов на части, на маленькие струйки огня. Паркет в местах, где они попали на пол, загорелся.

Мгновение я молча смотрел на нее. Я знал, что она обучилась кое-каким трюкам — может, одному-двум заговорам, ну там, еще какой-нибудь мелочи. Но штуки вроде той, которую она сейчас проделала, подвластны не каждому. Что там, я знаю парней из Белого Совета, которые не отбили бы такого удара без посторонней помощи.

Бьянка мило улыбнулась мне и опустила руку. Вампиры рассмеялись своим шипящим, нечеловеческим смехом. По моей спине забегали мурашки, а в животе воцарилась ледяная пустота.

— Что ж, мистер Дрезден, — проворковала она. — Похоже, Мавра оказалась неплохим наставником, а я — способной ученицей. Похоже, мы с вами выступаем более-менее на равных. Впрочем, есть еще одна карта, которую мне хотелось бы выложить на стол, — она хлопнула в ладоши.

Один из вампиров отворил дверь. За ней, опершись на модную трость, стоял темноволосый, смуглый, крепко сложенный мужчина среднего роста, одетый в шитый явно на заказ костюм безупречного покроя. Чуть запавшая челюсть и широкие скулы напомнили мне южноамериканских индейцев.

— Славный костюмчик, — сказал я ему.

Он окинул меня взглядом с ног до головы.

— Славные… утятки.

— О'кей, — вздохнул я. — Премного благодарен. Кто это?

— Меня зовут, — сказал мужчина, — Ортега. Дон Паоло Ортега из Красной Коллегии.

— Привет, дон, — осклабился я. — Я хотел бы заявить протест.

Он улыбнулся, блеснув ровными белыми зубами.

— Не сомневаюсь, что хотели бы, мистер Дрезден. Однако я изучал сложившуюся здесь ситуацию. И баронесса, — он поклонился Бьянке, — не нарушила никаких законов. Ни общепринятых законов гостеприимства, ни данного ей слова.

— Вздор, — возмутился я. — Она нарушила дух и того, и другого.

Ортега поцокал языком.

— Увы, у нашего племени принято, что законы не имеют духа, мистер Дрезден. Лишь слово. И баронесса Бьянка строго держалась слова. Вы развязали в ее доме многочисленные поединки, убили ее верноподданных, нанесли ущерб ее имуществу и репутации. И теперь вы тоже стоите, готовые продолжить свои нападки на нее в самой что есть незаконной и преступной форме. Полагаю, то, что вы делаете, подпадает под определение «Закон Большой Дубинки».

— Если у вас есть сказать чего-то по существу, — перебил я его, — валяйте, выкладывайте.

Взгляд Ортеги вспыхнул.

— Я присутствую здесь в качестве наблюдателя от Красного Короля, только и всего. Я всего лишь свидетель.

— Свидетель, который донесет весть о вашем коварном нападении до других Коллегий, — пояснила Бьянка. — Это означает войну между нашим родом и Белым Советом.

Войну.

Между вампирами и Белым Советом.

Вот сукин сын. Это было просто немыслимо. Подобных конфликтов не было уже лет тысячу. Во всяком случае, на памяти живущих — а некоторые чародеи живут чертовски долго.

— Я никогда не считала вас тугодумом, мистер Дрезден, — сказала Бьянка. — Вы готовы выслушать мое предложение?

Я чувствовал себя хуже с каждой проходящей секундой. Тело мое слабело. Только что я был полон энергии, но я потратил довольно много ее на свою магию. Она должна была вернуться, но пока мои батарейки садились, и чем сильнее, тем меньше я мог не обращать внимания на боль, слабость, головокружение.

Короче говоря, вампиры взяли меня на мушку. Мне нужен был план. Позарез нужен. И время.

— Легко, — сказал я. — Я весь внимание.

Бьянка сжала пальцы, запущенные в волосы Сьюзен.

— Первое. Вам будут прощены ваши… издержки дурного вкуса, выказанные в несколько последних дней. Я не считаю двух последних смертей — не могу сказать, чтобы они были неспровоцированными, и потом, эти двое умерли, по крайней мере, быстро. Я вас прощаю, мистер Дрезден.

— Вы очень добры.

— Это еще не все. Уходя, вы можете забрать свое оборудование, свой череп и шлюху Белого ублюдка. Целыми, невредимыми и с заверениями неприкосновенности в будущем. Будем считать, мы квиты.

Я позволил себе некоторую сухость голоса.

— Как могу я отказаться от такого?

Она улыбнулась.

— Вы убили человека, который был мне очень дорог, мистер Дрезден — не непосредственно вы, не спорю, однако к смерти ее привели именно ваши действия. Я прощаю вас и за это.

Я прищурился.

Бьянка зарылась пальцами в волосы Сьюзен.

— Эта останется со мной. Вы отняли у меня человека, мистер Дрезден. А я в ответ заберу человека, дорогого для вас. Таким образом, мы и здесь квиты.

Она покосилась на Ортегу, чуть улыбнувшись ему, потом снова повернулась ко мне.

— Ну? — спросила она. — Что вы на это скажете? Если вы предпочитаете остаться с ней, я уверена, мы найдем для вас подходящее место. После сообразных заверений в вашей преданности, разумеется.

Несколько мгновений я потрясенно молчал.

— Ну, чародей? — спросила она уже резче. — Каков ваш ответ? Прими мои условия. Мой компромисс. Иначе — война. И вы станете ее первой жертвой.

Я посмотрел на Сьюзен. Она смотрела сквозь меня невидящими черными глазами, приоткрыв рот в какой-то разновидности транса. Возможно, я смог бы вывести ее из него, при условии, что стая вампиров не разорвет меня на клочки, пока я буду занят этим. Я посмотрел на Бьянку. На Ортегу. На шипящих вампиров. Они напустили на лакированный пол слюней.