Рождение ярости (СИ)Гион - ле Гион Илья - Страница 153

— В этой книге дается точное описание сумрачной воли. Человек, обладающий этой силой, может подчинять тени. — Джаспер оторвал взгляд от книги и посмотрел на Инго. — С тобой когда-нибудь было такое, что ты сам того не ожидая, перемещался на короткие дистанции?

— Не знаю. Может было пару раз. — проговорил Инго.

— А сливался с тенями? Было такое, что тебя обволакивали тени?

— Нет. Такого точно не было. Да и быть не может. — Инго поднял руку и сжав кулак, сконцентрировал в нем волю. Ничего не произошло. — Вот. Применяю волю. И никаких теней.

Тут он увидел, как Маверик, подойдя к нему, капнул ему на кулак какой-то прозрачной жидкостью. Жидкость тут же приобрела темный цвет, а затем его рука, в буквальном смысле, вспыхнула черным пламенем.

— Что ты сделал?! — завороженно спросил Инго. Он чувствовал, как его руку обдало приятной прохладой.

— Капнул соком «крикуньи». — сказал Маверик. — Она…как бы тебе сказать…Уплотняет волю. В общем, ты и сам все видишь.

— И что это такое? — Инго потряс рукой, чтобы сбить черное пламя, но то даже не шелохнулось от его движений. — Как его убрать?

Но все как воды в рот набрали. И лишь Джаспер, с какой-то отрешенностью от всего происходящего, шелестел страницами огромной книги.

— Может потушить водой? — предложила Габри, и потянулась к кувшину, который стоял на краю стола.

И только она поднесла его к протянутой руке Инго, как тень от кувшина упала прямо на черное пламя. На руку словно накинули черную ткань, и пламя, а вместе с ним и сама рука, исчезли. И в этот же момент в другом конце комнаты упала кастрюля. Все взгляды тут же переместились на то место, где она недавно висела. Даже Джаспер оторвал глаза от пожелтевших страниц, и теперь, ошеломленно глядел на черную руку, которая торчала прямо из стены.

Инго не мог поверить своим глазам. Ведь это была его рука! И хоть она сейчас была вся черная, это точно была его рука! Чтобы окончательно убедиться в этом, он сжал и разжал кулак. Рука на стене тут же повторила его движение. Пораженный этим, Инго тут же потянул руку на себя, вытащив ее из тени кувшина. Тень на стене тут же исчезла. Взглянув на свою руку, Инго увидел, что пламя пропало, и рука вновь стала прежней.

— Круто! — спустя пару секунд воскликнула Мавис. — Как ты это сделал?

— Я ничего не делал. — ошеломленно проговорил Инго, все еще рассматривая свою руку.

— Но ведь ты только что был там! — Мавис стала тыкать пальцем в стену — То есть твоя рука! Это ведь была твоя рука, так?!

Пока она говорила, Делрой подошел к тому месту, где только что исчезла рука Инго, и с явным интересом стал рассматривать каменную поверхность.

— Так значит ты можешь управлять тенями? — удивленным голосом спросил он.

— Но если так, и у меня действительно темная воля, то значит и у Серры тоже должна быть такая же воля. — Инго посмотрел на Делроя. — Ты ведь сам говорил, что у брата с сестрой всегда одинаковая воля.

— Да, но вы богорожденные. — неуверенно проговорил Делрой.

— Ну и что с того?! — оживившись, воскликнула Серрара. — У меня может тоже такая же воля. Эй, ты, — она посмотрела на Маверика, — капни-ка и на меня своей хренью.

— О, как запрыгала! — прохрипел Хак. — А кто говорил, что у него самая сильная военная воля?

— Ну, может быть у меня их две. — просто проговорила Серрара.

— Невоз… — начал было Делрой, и тут же остановился. Задумавшись над чем-то, он взглянул на Маверика. — Капни и на нее.

Пока Маверик искал по карманам пузырек с крикуньей, который уже успел убрать, Хак скептически заметил:

— Мы же уже проверяли тебя на костянке. Твоя воля зависит от времени суток. А это значит, что у тебя военная воля.

Но Серрара не слушала его. Протянув руку, она не отрываясь смотрела на пузырек в руке алхимика. Одна капля, и вот уже рука Серрары запылала, но на этот раз пламя было белым.

— У меня тоже! У меня тоже! — засуетилась Серрара, тыча в свою руку пальцем.

— Что «тоже»? — со смешком проговорил Хак. — Белый цвет и значит, что у тебя военная воля.

— Все верно, белый цвет — это цвет военной воли. — кивнул Маверик.

У Серрары было такое лицо, будто ее огрели по голове дубинкой. Вся радость тут же улетучилась, и она удрученно опустила руку вниз. Но буквально через секунду ее глаза вновь запылали, присуще только ей, белым огнем азарта. Взяв свободный стул, она пододвинула его к Инго, и усевшись, поставила свою руку на стол.

— Давай поборемся, Инго!

— Дура чтоли? — проговорил Инго. Но тут же вспомнил, что раньше они все свои споры решали именно борьбой на руках.

— Что, испугался? Ты тут, наверно, самый слабый из всех. — стала подначивать Серрара.

— Я слабый? Да я все время тебя побеждал!

— Это было до того, как у нас появилась воля. — заметила Серрара. — Потом ты стал бояться, что я сломаю тебе руку.

— Это ты не хотела со мной бороться!

— Ну вот, а теперь хочу! Давай!

Инго чувствовал, как его сверлят взглядами все присутствующие. Но больше всего его задело замечание Габри:

— Инго еще не восстановился. Ему нельзя перенапрягаться.

— Я согласен! — тут же выпалил Инго, и поставил свою руку на стол.

Как только он схватил сестру за руку, то тут же почувствовал, как его пальцы захрустели в железной хватке сестры. Серрара решила выиграть во что бы то ни стало.

— На счет «три». — проговорила Серрара, не спуская жемчужных глаз с переплетенных рук. — Раз. Два. Три!

Инго думал, что все решится в один миг, но с удивлением заметил, что рука Серрары лишь немного сдвинулась в его сторону. Инго прилагал все силы только чтобы остановить руку сестры. И в какой-то момент ему даже показалось, что он сможет победить, но тут же его надежды разлетелись в прах. Другой кулак сестры врезался ему прямо в весок. И тут же Инго почувствовал, как его руку впечатали в стол, да с такой силой, что вся посуда подлетела в воздух.

— Это неправильно! — тут же выпалила Широ, которая до этого стояла в стороне.

— А, по-моему, все правильно. — вставил Хак. — Нечего глазеть по сторонам. Верно я говорю, а, Корво?

— Это тебе за «дуру», братец! — потирая кулак, сказала Серрара.

Хоть удар и не был сильным, Инго понадобилось несколько секунд, чтобы сориентироваться в пространстве. За это время Широ успела подойти к Серраре, и теперь взирала на нее сверху вниз своими красными глазами.

— Это подло. — сказала она.

— Ничего не подло. Он и сам так раньше делал. — сказала Серрара, ткнув в Инго пальцем. — Наступал мне на ноги и дергал за волосы.

Но Широ не слушала ее. Пододвинув стул, она поставила руку на стол.

— Теперь со мной! — твердо сказала принцесса.

— Да без проблем. — хмыкнула Серрара, и схватила Широ за руку.

— Раз. Два. Три!

Инго даже не успел ничего разглядеть. Рука Серрары впечаталась в железный стол с такой силой, что зазвенела вся посуда в комнате.

— Что это было? — ошарашенно проговорил Хак. Он даже перестал перебирать рубины, и встав со своего места, стал рассматривать вмятину на столе, которую оставила рука Серрары. — Кто ты такая, черт тебя дери?

Но Широ ничего не ответила. Встав, она молча отошла в сторону. Все взгляды теперь были направлены на нее. Повисшее молчание нарушил резкий возглас Серрары:

— Еще! Давай еще раз! Я не успела применить волю!

Но Инго знал, что его сестра просто оправдывается. Как это можно не успеть применить волю?

— Что, струсила? — снова начала подначивать Серрара.

И, возможно, ей бы удалось снова раззадорить Широ, если бы не громоподобный возглас, пронесшийся по подземелью:

— Мы сюда не в игры пришли играть! — и Зенон стукнул кулаком по столу, от чего по железной поверхности тут же пронеслась молния, ударив прямо в локоть Серрары.

— Зенон прав. — проговорил Делрой. — Сейчас нам нужно решить, как нам быть дальше.

— Ну, это уже без нас. — сказал Хак. — Мы сегодня же уплываем.

— Интересно как? — спросил Зенон, уже более спокойным тоном. — Ворота в залив закрыли. В портах сейчас идут облавы на пиратов, а «драконьи норы» патрулируют отряды наемников. Границы города патрулирует усиленные отряды. Из города сейчас не выйти.