Другой мир. Красиво жить не запретишь (СИ) - Лыгина Евгения Владимировна "Лихейн" - Страница 62

Сердце сжалось. Гоню от себя плохие мысли. Может, Легриэль прав? Валанар там остался. К тому же он - оборотень. Немного отпустило. Снова уснула.

Кто-то сел рядом. Эскулап. Это был седой старичок в белом халате. На столике воздвигнут саквояж. Он меня осмотрел. Дал что-то выпить. Морщилась, но выпила.

- Все бы так стремились на ноги встать, - пробурчал старичок.

- Домой хочу, вот и лечусь.

- Через три дня ты у меня на ноги станешь. Так что, отдыхай.

Угу. Спорить тут я отказывают. Всё, нет меня!

Сколько спала - не знаю, но смогла разлепить глаза с первого раза и осмотреть помещение. Глаза решили, что мир всё-таки должен заиметь краски и показать антураж. Обычная комната для гостей. Даже балкон имелся. Хочу встать и выйти. Кто-то добрый, даже форточку не открыл. Когда мы с Валанаром ложимся спать, я тоже чуть-чуть приоткрываю. Люблю, когда в комнате свежий воздух.

Ждала, когда хоть кто-нибудь явится, увы. Ладно, попробую сама встать. Откинула одеяло. Ой, а синяков, порезов!.. Так, а дальше? Попыталась сесть. Удалось, пусть и было мне больно. Не, сидеть так долго не стоит, а то завалюсь обратно.

Еле согнула ноги. Так, уже хорошо. Встаём, Мирослава. Ноги дрожат, но стою. Ура мне! А ходить? Правая. Левая... Ух! Добралась. Повезло мне, ой, как повезло! Балкон открыть не составила труда. Щеколда находилась на уровне шеи. Это тебе не дома! Сама имела балкон, и постоянно приходилось отпирать и сверху, и снизу. А двери две! Уже пару лет запирала только на нижнюю щеколду.

Вылезла на балкон и вдохнула свежего воздуха. Вот он лечит как никто другой. Стоял жаркий день, а мне так хорошо! Тут мой взгляд упал на тумбочку. На ней стояла бутылка. Хм, это для меня?.. Тьфу! Какой там для меня! Кто вообще ждал? Но она так соблазнительно стоит. Может, того?

Цапнула пузырь, фужер и потихоньку засеменила к кровати. У меня стресс! Его надо заглушить. Итак, что в мои загребущие руки попало? Если что, меня нужно понять и простить...

"Стресс" откупорился быстро, а я совсем позабыла о боли. Ой, Мирка, дожилась! Потянулась к бутылке. Валанар тебя не видит.

В комнату влетел лекарь, за ним Легриэль. А я сидела себе на кровати с фужером и пузырём, да орала песни. Начала с весёлых, а закончила "Улетели листья" и "Я по тебе схожу с ума". Пустила слезу, больно грустные. Бутылку отобрали, а меня горизонтально положили на кровать. Не сопротивлялась.

Укрыли, что-то вкололи. Наверно, успокоительное. А мне так хорошо! Так хочется продолжения банкета...

- Где ты это откопала? - спросил старичок.

- Там уже нет, - прошамкала я, зевая.

Что-то спать захотелось.

- Надо было сначала спросить её об этом, а потом колоть успокоительное, - назидательно сообщил король эльфов. - Сейчас от неё никакой пользы.

- Не надо меня обижать... ик! Ой! На балконе. Пузырь сиротливо стоял на тумбочке, а у меня стресс! В ущелье бросили, а Легриэль сказал, что оно глубокое. Убить хотели. Отдай пузырь! Снова стресс пробился.

- Перебьёшься, Мирослава. Ох, какая вы молодёжь не послушная. Ну, кто во время болезни хлещет крепкий алкоголь? Но кто его вообще там оставил? - косой взгляд в сторону короля. Тот принялся рассматривать комнату, будто впервые тут.

Я уснула. Приснился жуткий сон. Стою в ликёроводочном заводе и рассматриваю бутылки. Жажда напиться вдрызг и проваляться в беспамятстве трое суток. Тут же тряхнула головой. Не, не надо. А то "белочка" придёт.

Кто-то рассказывал. Купил водку, а на ней этикетка с изображением белки. Поставил её на тумбочку у кровати (на вопрос: "зачем?", пожали плечами) и уснул. Ночью приспичило. Открывает глаза, а на него смотрит оная белочка с бутылки, да ещё и светится. Угу, а внизу надпись: "Я пришла!" Мужик дёрганный ходил весь день.

Проснулась и тут же села. Ой, голова! Мало того, что ахинея приснилась, так ещё и голова рассказывается. О! Мне похмелиться оставили. Боже, до чего я докатилась? Упала на подушку и уставилась в потолок. В животе война, намёк на рвоту. Так, а "белый друг" далеко находится?

Скрипнула дверь. Вошёл эскулап. С подносом. Поставил на тумбочку и внимательно посмотрел на меня.

- М-да, трава осенью зеленее, чем ты сейчас. Как себя чувствуешь?

- Паршиво.

- Пить надо было меньше. Отоварить два литра "эльфийского эля"! Ну, ты даёшь! Как в тебя влезло?

- Это всё стресс, - прозаично ответила я.

- Ладно, с тобой сейчас бесполезно разговаривать. Вот, поешь. А то сутки уже спишь. Король Легриэль беспокоиться начал.

- Еда, - немного скривилась я. Зато желудок не прочь.

Поем, может и тошнота уйдёт. И точно. Мне стало легче, и могла думать, при этом голова не трещала по швам.

- Ты мне вот что скажи, как умудрилась дойти до балкона? - заинтересовался эскулап.

Угу, самой бы знать это.

- Сильное желание. Хотелось глотнуть свежего воздуха. А то закупорили все окна, а я страдаю.

Старичок оставил меня в покое. Мм, интересные фрукты. Никогда таких не видела. По форме и вкусу напоминает нектарин. Кожура фиолетовая, а мякоть - зелёная. Вкусно. Навестить меня пришёл и Легриэль.

- Как себя чувствуешь?

- Лучше. Но продолжить охота.

- Тебе мало было? - удивился король эльфов.

- Стресс - страшная штука.

- Сопьёшься.

- Тут ты прав.

Легриэль решил немного составить мне компанию. И хорошо, а то я взвою от одиночества и нехороших мыслей.

* * *

- Понять не могу, что с Мирославой? - озадачилась Рина. - Будто подменили.

- Ага, и приказы странные диктует, - согласилась Линаэль. - Я уже сказала Валанару, чтобы присматривал за детьми. Странная у неё болезнь.

- А приказы?

- Пишу под диктовку, но печати не ставлю, обойдётся.

- Заподозрит.

- Выкручусь. Если Мира настолько больна, то не стоит вообще издавать новые приказы. Главное - народ не вовлекать во всё это. Пусть останется всё во дворце. Иначе точно паника начнётся. Кто знает, может, и демоны этим воспользуются.

- Чем мы воспользуемся? - спросил Ксариэн.

- А... э... ничем, - быстро замотала головой эльфийка.

- И всё же, - настаивал демон.

- Обидеть вас никто не хочет. Мы думаем, что Мирославу подменили.

- Понятно. Вы думаете, если что случится с княгиней, то мы тут же захватим княжество? - фыркнул Ксариэн. - Наивно, красавицы. Эта мудрая правительница дала нам дом. Глупо думать, что мы воткнём ей нож в спину. Линаэль, я знаю, как ваша раса относится к нам - демонам, но ты прекрасно видишь, что я и мои братья защищают княжество.

- Просто привыкнуть не могу, - обхватила советчица себя руками.

- А ты поговори с Алазэль. Она тебе обо всём расскажет. А теперь займёмся делами. Что вам известно?

- Ничего, - вздохнула тролль. - Только предположение. Три дня Мирослава говорила, что болеет, а вчера пыталась издать приказ. Линаэль, покажи ему.

Эльфийка достала из кармана сложенный листок бумаги. Демон вчитывался. Глаза становились шире.

- Это точно не она. Навряд ли бы Мирослава написала приказ о том, чтобы все расы жили каждый в своём квартале.

- Потому-то я и не стала ставить печать. Валанар, правда, ещё не видел, да и боимся мы говорить ему, что с его женой что-то не то творится, - кивнула советчица.

- Тогда не стоит ему ничего говорить... пока. Надо разобраться самим. Я буду наблюдать снаружи, а вы тут.

Ближе к ночи Лиара выбралась из объятий князя и вышла в коридор. Перевела дух. Добежала до комнаты. Там её уже ждали. Айра спорила с Хеором, а Мегела прихорашивалась.

- Чего так долго? - спросила Мегела.

- А ты попробуй выползти из объятий этого придурка. Чуть не удушил.

- Начал подозревать, что ты - самозванка и пытался придушить, - рассмеялся чернокнижник.