Яжмать, или Некромант в придачу (СИ) - Хайд Хелена - Страница 26

— Как-то она поразительно настойчива для пустого места.

— Потому что эта персона слишком избалована. И когда сначала получила череду отказов от меня, а теперь еще и должна выходить замуж против воли, ее несет от непонимания того, что ей не дают так просто желаемое в виде мужчины, сказавшего четкое «нет». Но как бы ее там не заносило, знай, — серьезно проговорил Арк, сжав пальцами мои плечи. — Я никогда не брошу ни тебя, ни Клавдия. Что бы там ни было, вы — моя семья: он мой сын, а ты его мать, и я не предам вас. Это главное, что ты должна помнить. Хорошо?

— Постараюсь, — честно буркнула я… и тихонько вздохнула, обнимая в ответ мужчину, прижавшего меня к себе.

И то ли желая успокоить меня, то ли просто потому, что порядком соскучился по женской ласке за долгие месяцы… Но этой ночью Арк точно не был в полночь ни на каком мосту. Вместо него, после ужина и душа, меня снова потащили на диван в гостиной. А затем, когда мы оба выбились из сил — отнесли в спальню, где муж заснул, обнимая меня, словно плюшевого медведя.

Вот черт, такими темпами я и правда в него по уши влюблюсь! Чего пока делать однозначно не стоит. Хоть с этим мужчиной мне и было хорошо, но я не строила лишних иллюзий и прекрасно понимала: он со мной из чувства долга и потому, что я мать его ребенка, при этом, как минимум, не противна ему. Но явно не из-за того, что он всерьез неравнодушен ко мне.

Я же уже давно была научена горьким опытом и прекрасно понимала: если мужчина спит с тобой, это еще ничего не значит. В конце концов, со своим бывшим парнем мы больше трех лет жили под одной крышей. Только вот предложение мне делать никто даже не собирался, а когда я ненавязчиво намекала на «замуж и детей», Дима просто съезжал с темы. Закончилось все тем, что он нашел себе двадцатидвухлетнюю бабенку на стороне, благодаря которой все чаще не ночевал дома. И в конце концов заявил, что прошла любовь, завяли помидоры, сандалии жмут, и нам не по пути.

Что самое гадкое — через пару месяцев после того, как меня оставили в пустой квартире с бутылкой вина, я увидела в соцсетях фотографии с их свадьбы! То есть я, как дура, три с лишним года этому мудаку носки после работы стирала и борщи варила, а когда получила пинка — другая затащила его в ЗАГС за каких-то два месяца! А ведь до того мне так старательно в любви клялись — красивыми словами, с цветами, конфетами и серебряными сережками в коробочке…

Получив такой вот подарочек к своему тридцатому Дню рождения, я тогда с трудом дотерпела до вечера пятницы, чтоб отправиться после работы в бар и уже там залить горе мартини под игравшую в заведении на фоне «Цвет настроения синий». И то ли выкуренная Киркоровым трава создала дыру во времени-пространстве, то ли еще что, но сначала мне привиделся сидящий рядом за стойкой мужик в черном плаще с капюшоном, а потом я очнулась уже в слегка других жизненных условиях.

Потому я уже знала, что к отношениям нужно подходить с осторожностью, и прежде чем влюбляться — подумать раз пятьдесят. И потом еще парочку раз — для верности.

Так что губу раскатывать нечего, и падать в розово-ватные грезы не стоит. Лучше радоваться тому, что есть — тем более что пока дела обстоят не худшим образом.

Именно с таким настроем я проводила утром мужа на работу. А покончив с домашними делами — позвала к себе Дину с Борькой. Приглядывая вдвоем за детьми, мы обустроились в гостиной и принялись преображать новых кукол. Как оказалось, желающих купить наши поделки оказалось побольше, чем бывшая одноклассница подруги предположила в наш первый визит в ее магазинчик. Везде, куда мы приносили наших девочек, их разбирали буквально сразу. В связи с чем хозяева магазинов просили нас принести еще, да побольше! Что нас, конечно же, очень радовало (в том числе и финансово), но в то же время подстегивало работать в поте лица.

Рисовала кукляшкам мордахи я однозначно быстрее, чем Дина прошивала волосы — процесс с ее стороны был довольно трудоемкий. Так что пока я занималась уже ранее подготовленными куклами, стирая с них старые лица, чтобы нарисовать новые — с большими объемными глазами, пухленькими живыми губками самых разных цветов и затейливым макияжем. А после того, как заготовки закончатся — вероятно буду шить кукляшкам наряды, чтоб не сидеть без дела, спихивая большую часть работы на напарницу.

Да и если дело пойдет такими темпами дальше, то нужно будет почаще выбираться на барахолки, где находить новых кукол для работы. Что тоже обещает стать занятием весьма занимательным!

Я как раз сбрызнула лицо куклы специальным закрепляющим спрей-лаком и оставила его сохнуть, прежде чем взяться за следующий слой. Когда неожиданно в дверь постучали.

— Кто там? — спросила я.

— Стража, — тут же прозвучало в ответ. И эти слова меня, признаюсь, немало удивили. — Я ваш участковый, на вас тут заявление от соседей.

Изрядно прифигев от таких слов, я открыла невысокому и явно уставшему от всего в этой жизни мужичку в потертом кителе.

— То есть, заявление от соседей? — протянула я, хмуря брови. — Какое заявление? От каких соседей?

— Да от Алевтины Георгиевны Шмыгецкой, — пояснил мужичок, кивнув на дверь гоблинши. — Вчера под вечер поступило. Жалуется на то, что вы сильно шумите, особенно по ночам, что хулиганите, мусорите в подъезде, а когда она вышла вчера на этаже убрать — набросились на нее, обложили матом и ударили. Что ж вы бабушку-то обижаете?

Признаюсь, от этих слов я охренела настолько, что на несколько секунд даже потеряла дар речи! Просто пялилась на участкового глазами, напоминавшими два воздушных шарика, накачанных воздухом так сильно, что они того и гляди, вот-вот лопнут.

— Простите, чего? — встряла Дина, видимо первой придя в себя. — Это вы тут решили в комики податься и пришли на нас шутки проверить?

— То есть? — нахмурился участковый.

— То есть, это мы вообще-то должны были бы, по-хорошему, заявление на нее писать! — возмущенно заявила я. И набрав в легкие побольше воздуха, немного экспрессивно пересказала участковому, что там вчера произошло и в какой последовательности.

Когда я закончила, выражение вселенской усталости от самой сущности бытия на лице мужичка стало еще глубже. Тяжко вздохнув, бедолага сел на полочку для обуви и обреченно покивал головой.

— Понятно все с вами, — наконец проговорил он, доставая из потрепанного кожаного портфельчика пару листов бумаги и ручку. — В общем, шапку возьмите по этому образцу, и распишите, как там все было. По протоколу я должен принять от вас встречное заявление, чтоб ко мне начальство не прицепилось. Вот делать мне больше нечего, кроме как по бабско-соседским разобркам бегать.

— Налетела бы на вас сварливая старуха в маразме — посмотрела б я на ваши «бабско-соседские разборки», — прошипела я, оскорбленная до глубины души. — Какое, чтоб его, вообще имеет значение мой пол, если на меня наехала какая-то ненормальная бабулька? Я ее, что ли, приглашала мне нервы трепать?

— Пишите уже просто встречное заявление, а дальше без меня разбирайтесь, — фыркнул мужичок.

Посчитав до десяти, я успокоилась и как можно более кратко расписала произошедшее вчера, после чего поставила внизу листа свою подпись. А чтоб уж к нам точно никто не прикопался — Дина дописала внизу, что так все и было, и сама расписалась как свидетель, передавая участковому бумажку.

Получив свой документ, мужичок развернулся и со все той же извечной усталостью покинул квартиру, убираясь восвояси. Мы же внезапно осознали: похоже, бабулька не только не перебесилась, но еще и вошла во вкус!

— Вот же старая карга, — пробурчала Дина, вместе со мной направляясь на кухню — антистресс в виде чая был нам теперь просто катастрофически необходим. — Как однако прицепилась.

— Да уж, думай теперь, как от нее избавиться, — вздохнула я, разливая заварку по чашкам с котятами. — Кажется, она вчера специально врубила электрофон, чтоб поймать на свою провокационную удочку новую жертву, с которой можно будет начать эпические соседские войны, без которых ей просто скучно доживать свои деньки.