Поцелуй Принца, или Как снимать родовое проклятье (СИ) - "Frost_wind" - Страница 68

Дамблдор покивал, старательно улыбаясь его восторженным словам, и сделал себе мысленную пометку поинтересоваться у профессора чар, что же это за изобретение. Министр тем временем продолжал:

- И все-таки, Альбус, удовлетворите мое любопытство: чьим именно личным учеником является мистер Поттер? Потому что к нам, в министерство, стекаются абсолютно противоречивые слухи, и я бы хотел знать, что отвечать. Одни говорят, что мистер Снейп представил мальчика на прошлом съезде в коллегии зельеваров, но я лично видел его совместный с мистером Флитвиком проект…

Фадж сложил руки перед собой и выжидающе уставился на Дамблдора. Мысленно директор скривился, но на деле одарил собеседника загадочной улыбкой и отделался парой расплывчатых фраз про непостоянство молодости и открытых дорогах. Разговор, определенно, пора было сворачивать.

- Северус, Филлиус, рад, что вы нашли время откликнуться на мою просьбу и выпить по чашечке чая.

Директор гостеприимно указал на места напротив себя и, дождавшись, пока они устроятся, разлил чай.

- Угощайтесь сладостями, не стесняйтесь, – дождавшись, когда коллеги пригубят чай и немного расслабятся, Дамблдор огорошил их вопросом: – Не проясните мне, чьим из вас личным учеником является мистер Поттер?

Лицо Снейпа побелело от еле сдерживаемого бешенства, а взгляд, направленный на Дамблдора, метал молнии. В тех идиотских слухах, которыми за год обросло их с Поттером появление на съезде, был виноват именно директор. И теперь он сидит перед ним и с этой дурацкой лукавой улыбочкой спрашивает его об этом? Он издевается?

- Разумеется, мой, – пока Снейп молча кипел, поспешил ответить Флитвик. – Не знаю, как у Гарри обстоят дела с Северусом, но наш с ним проект мы намереваемся представить на суд общественности уже в это Рождество.

- Северус? Тебе нечего добавить? – обратился к Снейпу Дамблдор.

- Что вы хотите услышать от меня, директор? – разозленной змеей зашипел зельевар. – У меня и мистера Поттера нет никаких точек соприкосновения, кроме школьных занятий, и менять это замечательное положение вещей я не намерен!

- Вы просто сняли у меня камень с души, Северус, – совершенно искренне обрадовался Флитвик. – Я действительно не хотел, чтобы получилось, что я переманил вашего ученика, и ваши слова стали облегчением для моей совести.

Дамблдор улыбнулся в бороду и обратился к Флитвику:

- А что там за проект, Филлиус? Мистер Фадж говорит, что это что-то невообразимое.

Поприветствовав Драко, втаскивающего свой чемодан в его купе, Гарри предполагал, что сейчас они обсудят предстоящий турнир или происшествие на чемпионате, но он ошибся. Как только Малфой уселся, он обратил на Гарри сияющий торжеством взгляд и многозначительно спросил:

- Уже слышал?

- Нет, – осторожно ответил Поттер. – А что именно?

- Насчет дементоров, – заметив непонимание на лице друга, Драко возмутился. – Поттер! Ты зачем газеты выписываешь, позволь поинтересоваться?! В «Пророке» только эту новость и мусолят уже неделю!

- Мне было как-то не до прессы. Так что там с дементорами? Вышли из-под контроля министерства и поцеловали кого-нибудь из заключенных?

– Если бы! Они просто исчезли: в тюрьме и ее окрестностях не обнаружено ни следа присутствия тварей, но и в Британии они не появились. Можешь себе такое представить?

- Не очень, – Гарри постарался выглядеть ошеломленным. – А что говорят власти?

- Скандал хотели замять, тем более что, пользуясь отсутствием дементоров, некоторые заключенные предприняли почти успешную попытку побега, но прибывшие на остров расследовать происшествие авроры быстро вернули их в камеры и выставили усиленную охрану. Информация все равно попала в газеты, и сейчас министерство лихорадит: некоторые считают, что, если наши дементоры не найдутся, стоит одолжить их в Египте, другие стоят на том, что это знак свыше и от тварей давно стоило избавиться, а порядки в тюрьме изменить на более гуманные. Мы с отцом считаем, что давно было пора.

Гарри понимающе хмыкнул. О да, если бы он был в положении Люциуса, тоже был бы рад исчезновению дементоров. А вот мысль, что эти твари водятся не только в Азкабане, показалась интересной. Возможно, когда-нибудь он съездит в Египет. Пирамиды, там, посмотреть, на солнышке погреться…

В первую неделю в школе Гарри носился, как угорелый, пытаясь успеть везде и всюду: к Флитвику, к Спраут, к Хагриду, к единорогам, к акромантулам, к директору…

Да, директор прислал Поттеру записку с просьбой зайти к нему на чай и указанным там же паролем. Гарри прекрасно разбирался в планировке школы благодаря карте Мародеров, поэтому найти кабинет директора ему не составило труда. Лестница, ведущая к нему, представляла собой эскалатор, похожий на те, которые Гарри видел в коллегии чарователей. Спокойно шагнув на ступеньку, Гарри подождал, пока она не доставит его наверх, к тяжелой двери, рядом с которой висел латунный молоток в виде грифона. Постучав, он получил приглашение войти и отворил дверь.

Кабинет директора представлял из себя круглую просторную комнату, полную движения и звуков. Глаза Гарри сразу же прикипели к таинственным серебряным приборам, стоящим на вращающихся столах. Они жужжали, выпуская небольшие клубы дыма, загадочно мерцали в свете светильников…

- Добрый вечер, Гарри, – деликатно кашлянув, привлек к себе внимание Дамблдор. – Ты ведь не обидишься, если я буду звать тебя так?

- Конечно нет, господин директор.

– Чаю?

- Спасибо, не откажусь.

Взяв в руки чашку, Гарри машинально бросил взгляд на перстень, выявляющий опасные смеси, и отпил горячий напиток.

- Как там поживает Сириус? – завел разговор директор. – Он так и не ответил мне ни на одно письмо, и я волнуюсь за мальчика.

- У него сейчас непростой период, – извиняющимся тоном ответил Гарри. – Все-таки двенадцать лет просидеть в тюрьме из-за процессуальной ошибки, а вернувшись, понять, что твой маленький крестник теперь с тебя ростом и вырос вполне самостоятельным… это выбило его из колеи. Я так рад, что его навестил профессор Люпин. Они были школьными друзьями, и уверен, что общество профессора скажется на крестном благотворно.

- Да, Римус писал мне и извинялся за то, что из-за ряда причин вынужден на время оставить преподавание, – кивнул Дамблдор. – И я его прекрасно понимаю. Как тебе мистер Грюм?

- Пока не был на его уроках, директор, но внешность у него на редкость колоритная, – улыбнулся Гарри. – Неужели с этими шрамами ничего нельзя было сделать?

- Магия тоже имеет свои ограничения, Гарри, – вздохнув, мягко сказал Дамблдор. – А шрамы от темных проклятий не так-то просто свести. Иногда, если время уже упущено, почти невозможно. Но я позвал тебя не за тем, чтобы узнать, как дела у твоего крестного. Увы, как бы мне ни хотелось отсрочить этот момент, чтобы ты как можно дольше жил беззаботной жизнью ребенка и не тревожился из-за взрослых проблем, придется сегодня разбить этот хрупкий мир. Тебе как никому другому знакомо имя Волдеморта и, наверняка, ты часто задавался вопросом, что произошло в тот день, когда умерли твои родители. Сумел ли он уцелеть, вернется ли он… Я могу точно сказать, что Волдеморт жив. Пока он слаб и затаился, но есть признаки, четко указывающие на то, что он копит силы и ищет попытки вернуть себе былое могущество. И тогда он придет за тобой.

- За мной? Но почему? – Гарри уронил голову на руки, чтобы по его лицу нельзя было понять, что он уже знает о пророчестве. – Мама и папа… выходит, они погибли напрасно?

- Они умерли, защищая тебя, Гарри, – мягко возразил Дамблдор и ободряюще потрепал его по плечу. – Но чтобы их жертва не была напрасной, тебе будет нужно учиться. Давным-давно, когда имя Волдеморта гремело на всю Англию, одна женщина произнесла пророчество, ставшее для вашей семьи роковым…

В тот день Дамблдор рассказал Гарри текст пророчества и предложил свою помощь в освоении заклинаний высшей магии и окклюменции. Узнав, что этот навык Гарри освоил сам, он провел проверку и лично убедился в крепости защиты Поттера.