Поцелуй Принца, или Как снимать родовое проклятье (СИ) - "Frost_wind" - Страница 120

- Нельзя делать артефакт на основе целой души, потому что из-за своей цельности она будет обладать слишком большой свободой воли и навесить на нее ограничивающие чары будет более чем проблематично и ненадежно, – назидательно вещал Игнотус. – С другой стороны, большинство твоих крестражей тоже не подойдут: эти куски души слишком малы и отпечаток личности внутри слишком размыт и стерт, из-за чего она просто не справится с возложенными на нее задачами. Ведь тебе нужен аналитик и адекватный помощник, я прав?

- Да, – кивнул Гарри. – И я уже знаю, кто именно им станет.

Этот разговор произошел еще два месяца назад, а сейчас ночные посиделки наконец дали результаты.

На лице Поттера промелькнуло мечтательно-вдохновленное выражение, которое он, впрочем, тут же согнал и повернулся к своим ученикам. У них как раз была консультация в формате пятичасового чаепития. Обычно на таких посиделках они рассказывали о своих успехах и проблемах, обменивались мнениями и идеями и просто общались в приятной компании.

- Так, ребята, на сегодня все, – деловым тоном сказал он. – У меня появились срочные дела.

- Какие, Гарри? – спросил Драко, и Гарри, не задумываясь, ответил:

- Да так, в подвале.

- Ой, ты в подвал? – тут же оживился Малфой, тоже вставая. – А можно я с тобой? Ну пожалуйста! Я так давно там не был…

Поттер рассеяно посмотрел на него, мыслями пребывая явно где-то еще, и кивнул:

- Ладно, но на тебя у меня времени не будет.

- Да разве я не найду, чем заняться? – горячо закивал Малфой, подхватив его под руку. – Идем?

- Идем.

Гарри резко сорвался с места, буквально потащив за собой висящего на его руке Малфоя. Остальные проводили парочку недоумевающими взглядами, и за столом повисла звенящая тишина, которую первой нарушила Луна.

- Как думаете, чем они в подвале заниматься будут?

- Насколько я знаю, в подвале ‘годовых домов обычно находятся алта‘ги, – загадочно сверкнув глазами, поделилась предположением Флер.

- И какие «срочные дела» могут быть связаны с алтарем? – заинтересовалась Луна.

- Ты не а‘гисток‘гатка, тебе не понять, – сморщила очаровательный носик француженка, а потом вздохнула. – Мне, вп‘гочем, тоже. Но я читала в одном любовном ‘гомане, что на алта‘ге иногда нужно заниматься… – она прикрыла глаза и сделала многозначительную паузу.

- Чем заниматься? – переспросила Лавгуд.

- Ну до чего же ты еще наивная, ma chère! – всплеснула руками Флер. – Любовью, ‘газумеется!

- Да-а-а? – задумчиво протянула Луна, явно примеряя новые сведения на ситуацию. – А зачем?

- Ну, там так четко сказано не было, – смутилась Флер, немного порозовев и оживившись. – Но в‘годе как ощущения совсем д‘гугие, более… я‘гкие и сильные. И для ‘года полезно.

- А почему он тогда с Драко туда пошел? – нашла новую нестыковку Луна, но у Флер нашелся аргумент в защиту своей скандальной теории:

- А может они с ‘Арри больше, чем д‘гузья? – пожав плечами, предположила она.

Снейпа, сидевшего в дальнем углу библиотеки и старательно делавшего вид, что он читает, словно током ударило. Сжав книгу так, что побелели пальцы, он уставился остановившимся взглядом в строчки и весь превратился в слух. Девушка тем временем продолжала:

- Заметь, ‘Арри почему-то никак не ‘геаги‘гует на мои ча‘гы, хотя на всех остальных мужчин они действуют. И в школе же у него под‘гужки нет? А, значит, возможно, он вообще не по девочкам. А с Д‘гако они так тесно общаются. Малфой еще тогда, во в‘гемя Ту‘гнира от него всех отгонял. Может, из ‘гевности?

Снейп скрипнул зубами, но сдержался. А следующая фраза Луны поставила его в тупик.

- Допустим, ты права, – кивнула Лавгуд, прищурившись. – Но тогда встает вопрос, как они это делают?

- В смысле? – захлопала глазами Флер. – Как они сексом занимаются?

- Да. Камень-то холодный и скользкий, наверняка, это неудобно. Я бы, например, не захотела чего-то подобного.

- Ну, Д‘гако был полон энтузиазма, – Флер пожала плечами. – А, значит, его все более чем уст‘гаивает. Может, ощущения пе‘гек‘гывают небольшие неудобства. Или сам ‘Арри настолько хорош, что Малфою все ‘гавно где, лишь бы с ним.

- Так, тебя где бросить? – по-деловому спросил Гарри перед подвальной дверью.

- К водопадикам, – мечтательно закатив глаза, выдал Драко. – Закуски какие-нибудь мне там оставь и можешь валить. Только потом забрать не забудь, когда возвращаться надумаешь.

- А сам?

- Да нет, лучше вместе, – покачал головой Драко. – Не хочу терять ни минуты: я так редко там бываю. Если вдруг куда-нибудь еще уйду, ты меня патронусом всегда найти сможешь.

Поттер кивнул и переместил друга в Ривенделл, после чего пошел в лаборатории. Обсуждение результатов работы заняло пару часов, а когда Гарри уже собирался послать патронус за Малфоем, к нему подошел Трандуил:

- Гарри, минутка найдется? Мы хотим тебе кое-что показать.

- Да, конечно, – кивнул Гарри.

Эльф подошел к нему и, взяв за руку, переместился в лаборатории Лориэна – вотчину Галадриэль. При появлении Гарри и Трандуила она вышла из-за стола и, обратив на Поттера сверкающие глаза, выдохнула:

- Мой лорд!

- Добрый вечер, красавица, – кивнул Гарри, с интересом оглядываясь. – Трандуил сказал, у вас есть что-то интересное?

- Да!

Женщина просияла и, обернувшись, взяла со стола накрытый плотной тканью предмет, очертаниями напоминающий клетку. Прищурившись и перейдя на магическое зрение, Гарри разглядел наложенные на покрывало чары от возгорания.

– Это фендра! – гордо выдала Галадриэль, стянув с клетки ткань.

На ее дне лежал комочек ярко-алых перьев. Увидев свет, он встрепенулся, поднял хохолок и на подошедшего поближе Поттера уставился любопытный глаз-бусинка.

- Фендра, значит? – глядя на миниатюрного феникса, юркой змейкой развернувшегося из того клубка, в котором до этого он лежал, и подбежавшего к прутьям клетки, протянул Гарри. – Феникс и… саламандра?

- Да! – закивала эльфийка. – Идея была моя, но материал добывал Трандуил.

- Телепортировался в Хогвартс и выдрал пару перьев у Фоукса, – пожав плечами, заметил эльф, пакостно улыбнувшись. – Ничего сложного.

- А потом мы воспользовались наработками магглов о трансплантации генов и приживили гены феникса саламандре. Такая лапочка получилась, правда?

Гарри кивнул, с восхищением рассматривая маленькое чудо. Птичка склонила головку набок и нежно курлыкнула.

- Вы ей понравились, – прошептала Галадриэль. – Хотите взять на руки?

- А почему она в клетке? – не спешил соглашаться Поттер.

- Слишком любопытная и прячется хорошо, – пояснил Трандуил. – Но к дому привязана и сбежать не пытается, мы проверяли. Просто чтобы тебе ее показать, пришлось три часа искать чертовку по всем каминам – там она обычно гнезда вьет. Вот и заперли на время, чтобы ты долго не ждал.

- Тогда давайте, – кивнул Гарри, протянув руку к клетке. – Привет… а имя-то у нее есть? А то называть ее фендрой нелепо – все равно, что лошадь лошадью.

- Ты и назовешь, – хмыкнул Трандуил, остановившись за его плечом. – Это же твой подарок, в конце концов.

- Хорошо, – Гарри задумался, но быстро нашел нужное имя. – Она шустрая, говорите, и камины любит? Тогда пусть будет Искоркой.

Птичка снова курлыкнула, будто поняла его, и Гарри внезапно припомнил, что фениксы, по слухам, прекрасно понимают человеческую речь и являются природными эмпатами. Дверца подалась легко, и алая молния совсем как обычная ящерица вскарабкалась по подставленной руке, остановившись на плече.

- Уже тестировали ее способности? – с видом естествоиспытателя поинтересовался Гарри.

- Да, – кивнула Галадриэль. – Летать она умеет, но не любит – предпочитает перемещаться на четырех лапах и делает это очень шустро.

- Я заметил.

- А вот с грузоподъемностью у нее все в порядке – она спокойно подняла меня к потолку и не устала. Слез мы пока от нее не добились – не хотелось злить или пугать, а плакать просто так она отказывается. Она вообще очень упряма и обидчива. При этом умеет замечательно прятаться. Один раз на нее Элронд случайно чуть не сел, так она три дня на него засады в каминах устраивала и, подкараулив, искрами плевалась. Три мантии так ему прожгла, пока он не догадался все свои вещи антипожарными чарами обработать. А от саламандры у нее невосприимчивость к возгоранию и страсть к каминам. Кстати, петь мы ее пока тоже заставить не смогли. Может, у нее связки не так устроены, а, может, вся проблема в том, что у нее примера перед глазами нет, – посетовала Галадриэль. – Я ей даже записи трелей соловья ставила, но она так красноречиво на меня посмотрела, что я даже смутилась.