Пламенная для дракона (СИ) - Белая Лилия - Страница 67

Кристаллы усиливали и накапливали Силу. Полностью заряженные, они соприкасались сейчас только с одним-единственным заклинанием. Тем, что лежало на ларце…

Взрыв, ничего общего не имеющий со вчерашними фейерверками, сотряс дворец, разнес комнату, потолок, пол и пару стен, ударился о барьер магических камней в отделке, слегка сдержавших его, и заполнил все огнем. Как и вчера, пламя жадно пожрало всех, кто не успел обернуться. Тех, кто успел, Киан не стал добивать, спасая собственную шкуру. Магическое оповещение пророкотало вслед: «Король мертв! Да здравствует король Виллем!». Благая весть повторилась еще два раза, и крыша с грохотом обрушилась внутрь, в жерло пожара. Защиты на стенах больше не было, и Киан телепортировался прочь прямо в облике черного дракона.

Как и вчера, Киан переместился в просторный холл, чтобы ничего не сломать в ипостаси дракона, и только там, коснувшись каменных плит пола, обратился в человеческий облик. Бросив взгляд в узкое окно у дверей, он убедился, что стражники исчезли. Их тоже призвали на защиту короля.

Сняв ненужный уже парик, змей перешел в свою комнату, переоделся и устало сел на кровать. Сил и времени на ванну не было, и он просто стер дымный запах, пропитавший волосы и одежду, магией. Потом вытащил из ворота дворцовой формы не пригодившиеся ядовитые иглы и положил на тумбу. Да, все не по плану…И без разрушений опять не обошлось, но Виллем восстановит дворец. Если от него вообще что-то останется.

Киан усмехнулся, сжав в пальцах пуговицу, оставленную Диалем. Ответил советник сразу, и тишина выдала, что он находится в доме.

— Что случилось?

— Иррис мертв, дворец признал королем Виллема. Спустись ко мне.

Телепорт вспыхнул золотым сиянием, и Шадар материализовался возле дверей.

— Ты уже вернулся? — немного удивился этому факту Диаль и подошел к ближайшему креслу. Выглядел он слегка измотанным. Как и они все, наверное.

— Ты сказал использовать это, если все пошло не по плану, — Киан лениво показал пуговицу в руках и отложил ее к иглам на тумбочку. — Наступление мятежников разрослось слишком быстро, пришлось подкорректировать действия. Зато о кристаллах можешь больше не беспокоиться. Их нет. Как и половины дворца.

— Другого я от тебя и не ожидал. Как тебе удалось активировать их?

— Не их. Ларец. Этот идиот не выпускал его из рук, уже собираясь телепортироваться.

Диаль покачал головой, думая о том, как странно все сложилось.

— А Арси?

— Сбежал, пользуясь шумихой. Но учитывая все, что он сделал, можно обвинить его в перевороте.

— Границы все еще закрыты? — прищурился Шадар.

Киан подтверждающе улыбнулся, озвучивая их общие мысли:

— Приказ никто не отменял, а брать на себя ответственность пограничники не станут в условиях переворота. Так что… Он тоже попал в собственную ловушку. Как только Виллем доберется до секретарей, не только дворец, но и весь Нирран узнает, что он стал королем, а Арси задержат. Потребуешь казни?

— О, нет, — оживился Шадар. — Теон рассказал, как их пленили и содержали. После всего, что он наговорил Эстель, потребую дуэли. Хочу испытать ни с чем не сравнимое удовольствие покончить с ним самостоятельно.

Дворецкий кивнул. Он поступил бы так же.

— Эстель не обратилась?

— Нет, — Диаль ответил с видимым облегчением. — Как только она успокоилась, сумела взять магию под контроль. Не знаю, виной тому привитый страх, что ее кто-то увидит, или просто страх обратиться драконом, но она потрясающе держится. И у нас с магистром есть время подготовить ее к обороту.

— И озеро, — хмыкнул Киан. — Я видел ее вчера…

Шадар тяжело вздохнул. Опасность ее разоблачения еще не исчезла, но теперь, когда корону получил Виллем, все стало проще. Как жена первого советника, Эстель неприкосновенна. Виллем не станет воевать с саламандрами, как это сделал бы Альмис или Иррис. А их близость к трону только упрочит положение и рода Шадар, и самого Виллема. Но на все нужно время.

Диаль побарабанил пальцами по подлокотнику и посмотрел на своего дворецкого. Уже, к сожалению, бывшего:

— Когда ты уйдешь?

Киан задумался и чуть погодя ответил:

— Через пару дней, когда будут готовы документы. И найду тебе нового дворецкого, ты вечно всякую шваль из Грязных кварталов подбираешь.

Шадар невесело рассмеялся:

— Только ту, что подбирает меня.

Эпилог

Арси с семьей действительно задержали на границе. Как он ни пытался доказать, что раз на приказе о закрытии пунктов стоит его имя, его обязаны пропустить, пограничники предпочли не выпускать его до связи с дворцом. На вызов, разумеется никто не ответил, это насторожило, и Арси, уже собиравшегося повернуть обратно и скрыться тогда уж на территории страны, определили под охрану. Со всеми почестями. И без возможности телепортации. А к ночи пришел приказ о задержании и конвоировании в столицу бывшего первого советника.

Виллему, как зачинщику и организатору восстания, не составило труда утихомирить протестующих и в самые короткие сроки и навести порядок в Нирране. Самым удручающим зрелищем стал роскошный королевский дворец: вытоптанный и выжженный сад, обрушенные и обгорелые стены в центре, покореженная, будто пожеванная ограда. Увидев это все, Виллем даже рассмеялся.

Через сутки все облепили строительные леса, рабочие приступили к восстановлению здания. Виллем расположился в уцелевшем крыле, принимая правление, секретари по всей стране объявили о смене короля… Как и ожидалось, воцарение бастарда опять породило волну недовольства и восстаний, теперь уже в среде сторонников Ирриса. Особенно в отдаленных от столицы провинциях, не знакомых с жестокими причудами законного наследника. Так что, границы по-прежнему оставались закрытыми, а стража и наемники наводняли города, следя за порядком. Контроль создавал иллюзию благополучия.

Так продолжалось несколько дней, пока Виллем выжидал положенный траур по отцу и брату. Не сказать, что скорбел искренне, но отказаться тоже не мог. Такое откровенное пренебрежение смертью двух королей подтвердило бы слухи о насильственном захвате власти. А дворец придерживался версии, что в заговоре виновен Арси.

И вот здесь открылся огромный подводный камень… После его заточения королевские Ищейки накопали массу интересных подробностей. И о том, что подосланные доктора травили Альмиса, и о том, что амбициозный мерзавец перехватывал власть у Ирриса. Сам заключенный молчал, но его приспешники с удовольствием сотрудничали со следствием, боясь разделить его участь. Он так долго пытался отомстить Шадару и растоптать его, что простой победы стало уже мало. Дракон хотел возвыситься. И очень быстро понял, что неженатый и сумасшедший принц вряд ли оставит после себя достойных наследников. Кроме того, им еще нужно было бы вырасти…

И интересы короны и Истинной пары, едва не разлученной, столкнулись.

— Диаль, — устало вздохнул Виллем, поднимая с позолоченной вазочки засахаренный миндаль. Золотые одежды ему очень шли, оттеняя темную медь волос. — Я признаю твое право на месть, но и ты пойми… Я не могу отдать тебе его, учитывая, что он обвиняется в измене. Ты — советник, ты сам знаешь, что закон государства весомее закона традиций. Мы ведь не варвары какие-нибудь.

Шадар непримиримо сложил на груди руки, стоя перед расслабленно сидящим на диване бастардом.

— Я тоже не могу оставить это просто так.

— Просто так? — фыркнул король, прокручивая в пальцах орешек. — Уж поверь, кровавое и яркое зрелище тебе и толпе я гарантирую! Могу его голову тебе на память потом отдать, прибьешь над камином рядом с оленьей!

Диаль зло сжал зубы, отворачиваясь. В глазах блеснули искры магии.

— Но хоть попрощаться с ним лично позволишь?

Виллем прищурился:

— А ты не наделаешь глупостей? Он все-таки мой жертвенный баран.

— Никаких глупостей. Я же первый советник, а ты на эту должность жертвенных баранов не берешь.