Ведьмина Чаша - Лозовская Адель - Страница 25

— Я же за вас переживаю, Киммер. — Я смогла совладать с нахлынувшими эмоциями, даже голос не звенит, что удивительно. Интересно, а лицо не опухло от слез? — А вы целеустремленно пытаетесь свести счеты с жизнью, пока меня нет с вами рядом. Вы могли упасть, разбиться. И что бы я тогда делала?

Принц не пытался мне возражать, продолжая обнимать и не забывая проводить перчаткой по моим волосам. И тут же меня начал грызть вредный зверек по имени Каверзный Вопросик: а голой рукой, Киммер, вы можете меня погладить? Я не чумная и, между прочим, моюсь! Регулярно!

— Воскресили бы меня, — усмехнулся принц, и сидящий в его волосах птенец утвердительно пискнул.

Подхалим! Вот она, мужская солидарность в действии!

— У вас уже есть опыт, и он сидит у меня прямо в волосах.

Малыш подтвердил сказанное трелью и цапнул Киммера за чуб, приняв его за пищу.

— А если серьезно, милая Кайла, то у меня и в мыслях не было подвергать ваши чувства столь огромной опасности. Я уповал на то, что мое «путешествие» закончится раньше, чем вы проснетесь и заметите мое отсутствие. Мне так хотелось доставить вам радость, как тогда, на кухне, что я не продумал всех возможных последствий. Мой сюрприз не удался, но я надеюсь, что другие будут намного лучше. Мир?

И прежде чем я ответила на столь вопиющую дерзость наследника Элирии, прямым текстом мне заявившего, что меня ожидают новые потрясения от его незапланированных выходок, он сильнее сжал объятия, словно я была любимой подушкой недополучившего материнской ласки ребенка.

Кислород стремительно уходил из легких, что подстегнуло меня в принятии правильного решения.

— Ладно, принц, ваша взяла! Извинения приняты, и я больше не сержусь! — От столь бесцеремонного со мной обращения мой голос осип, и я получила порцию спасительного воздуха, когда Киммер отступил на шаг.

Хорошо, что места здесь глухие и слепые, иначе моя репутация после сегодняшних событий существенно бы пострадала. Это ж надо, незамужняя девушка обнимается не с женихом, а с принцем соседнего государства, чьей женой ей не стать никогда. Обидно и неприятно. И почему здравый смысл и совесть просыпаются только тогда, когда все уже случилось? Почему не раньше?

Принц выжидающе смотрел на меня, причем не в глаза, а как бы сквозь меня. Был бы на моем месте Марлоу, расплата за неуважение последовала бы незамедлительно. Я же поправила накидку и сухо заявила Киммеру:

— Я благодарна вам, принц, за то, что вы не оставили меня и попытались привести в чувство, но прошу вас впредь подобного не делать. Незамужней девушке не пристало бывать в объятиях мужчины, не претендующего на ее руку и сердце. Надеюсь, что мы друг друга поняли. За мной!

Киммер возвел глаза к небу, при этом решив не делать мне замечаний за командирский тон в адрес его королевского лица. Да и по большей части мои слова к принцу-то и не относились целиком и полностью. Я так обращалась и к самой себе, призывая смотреть на случившееся максимально трезво и взвешенно, не тешась напрасными иллюзиями. Я остро реагирую на Киммера лишь из-за того, что он первый симпатичный мужчина в замке, который относится ко мне сравнительно неплохо. И принц подходящего мне возраста, вот гормоны-то и бушуют! Пора прекращать строить воздушные замки, у меня есть свой собственный, и его потрогать можно. А Киммера трогать не надо. Не моя он пара, увы, не моя…

Разговор благоприятно подействовал как на Киммера, так и на меня. Настроение, получив заряд неописуемой бодрости и энергии, ощутимо подскочило вверх, желание дуться и обижаться тут же собрало свои вещички и убежало в неизвестном направлении, а принц решил провести со мной обстоятельную культурную беседу. Обо всем! О погоде, Ведьминой Чаше, увиденных мною городах и королевствах и даже (нельзя о таком говорить в приличном обществе, ой нельзя!) о политике, в которой никогда не интересовались женским мнением!

Киммер меня выслушал, над чем-то необидно посмеялся, над чем-то задумался и в итоге похвалил за смелость суждений и наблюдательность. От столь лестной похвалы я зарделась аки маков цвет. Подозреваю, что если бы не густая хвоя деревьев, то видно меня было бы с любых крыш башен замка.

Я достала список ингредиентов от Гарконаша и еще раз с ним сверилась. Забывчивость не являлась моей постоянной спутницей жизни, но изредка наведывалась в гости, да еще и без предупреждения. На всякий случай я записала все то, что транслировала мне в голову умная летающая книга, ведь помимо беспамятства со мной был еще один значимый фактор — наследный принц Элирии, чье странное воздействие для меня оставалось непредсказуемым.

Могла ли я его не брать с собой за пределы замка? Могла. Но мне спокойней, когда Киммер находится рядом, под присмотром, и у меня не останавливается сердце от подозрений — вдруг он решил сбежать? К тому же в этих лесах одной ходить небезопасно, есть тут ребята, от которых стоит держаться подальше. А если милостью богов мы попадемся, то мужская сила Киммера будет очень кстати. Не хотелось бы превращаться в дракона и вызывать ненужные вопросы. Рано пока Киммеру знать о способностях девушки Кайлы. Рано.

А лучше вообще о них не знать. Целее будет!

— Вот это гигант! — восхищенно произнес принц, глядя на выделяющегося из общей массы деревьев исполина, чей облик действительно впечатлял.

Окруженный игольчатыми собратьями, объект пристального внимания Киммера не имел той стройности и взъерошенности кроны, как у остальных, у него был массивный гладкий ствол и длинные искривленные ветки, устремленные вверх. Чем-то ярмата душистая (Гарконаш уверял, что сей уникум природы зовется именно так, и никак иначе!) напоминала погасший факел, если рассматривать ее отдаленно и без определенного скептицизма.

— На острие копья похоже, что-то есть в этом дереве такое… разящее, — задумчиво произнес Киммер, разглядывая ярмату со всех возможных ракурсов.

Свое мнение насчет ассоциаций я принцу озвучивать не собиралась. Главное, чтобы не мешал мне, пока я буду пробираться к верхушке дерева.

Копье, значит, копье. Посмотри еще, принц! Это так увлекательно.

— Киммер, если услышите мой крик, — я изобразила вопль раненой гарпии, отчего птенец негодующе пискнул и зарылся в волосы наследника Элирии от греха подальше, — то сразу же прячьтесь и не высовывайтесь, пока я не подам сигнал снова. Вам ясно?

— В этом лесу живет кто-то еще?

— Да, и они не слишком дружелюбны. Лучше им на глаза не попадаться, целее будете!

Не люблю лазить по деревьям! Скинув обувь, я не стала просить Киммера отвернуться и полезла к верхушке ярматы. А чего стесняться-то? Я в штанах, не в юбке, все приличия соблюдены. На руках — перчатки, дабы не испачкать пальцы едкими выделениями дерева, портящими вещи не хуже, чем драконья… хм… не важно что! Жаль, что носочки придется сжечь вместе с перчатками, они мне нравились. Правда, мне все мои вещи нравятся, а куда, собственно, деваться-то? Приходится жертвовать и получать свободное место в подарок. Только этой мыслью я себя утешаю в подобных ситуациях.

Пару раз я сползала, один раз едва не сорвалась вниз под треск все же выдержавших меня веток и обеспокоенный взгляд переживающего Киммера, но судьба лишь проверяла меня на прочность.

Балансируя на пружинящих ветках ярматы, я старательно пробиралась цели — неприметному ореху размером с мой кулак. Он сливался с ветками дерева, являясь, по сути, его сердцем, которое можно спокойно забрать, если сюда доберешься и проявишь силу воли. Мне приходилось залезать так высоко в далеком детстве, когда нестерпимо хотелось чего-нибудь красивого, чтобы аж за душу брало.

И ярмата душистая в этом плане была выигрышным вариантом: завораживающий вид открывался с ее верхушки, да и мудрость жизненную дерево давало с избытком. За все хорошее рано или поздно приходится платить. Ничего просто так не бывает.

Я с трепетом коснулась шершавого ореха и потянула его на себя, искренне надеясь, что Гарконаш прав. У дерева вырастет новое сердце, и ярмата не погибнет по прихоти одной глупой драконицы, желающей докопаться до правды всеми возможными способами.