Амбиции Богов (СИ) - Маллан Дмитрий - Страница 68

То есть, нет смысла обманываться, сбегать, прятаться. Надо просто понять свой собственный выбор, принять его и жить дальше.

Музыка всё ещё играла где-то впереди. Её мотивы стали тревожнее, тяжелее. Благодаря этому я испытал своего рода эмоциональный дискомфорт, похожий на гнетущее предчувствие надвигающейся опасности. Отчего-то казалось, будто на меня кто-то, или что-то смотрит со всех сторон, пристально изучая попавшую в ловушку жертву. Исключительно ощущение, никаких доказательств.

Вдыхая затхлый тяжёлый воздух я приблизился к ближайшей двери. На ней кто-то вырезал отчётливую надпись:

«Мать».

Стоило подойти вплотную, как всё сразу изменилось. Сердце наполнилось страхом, в голове ярко замелькали неразборчивые образы, благодаря чему ко мне будто что-то потянулось из глубин прошлого…

Резкий шаг назад полностью прервал необыкновенные ощущения. Немного переждав, я обратил внимания на стоящую подле статую. Похожие статуи находились возле каждой виденной двери. Они изображали недавно приснившуюся особу. Только здесь у неё присутствовало лицо. Совершенно некрасивое, даже уродливое. Неправильный нос, узкий разрез глаз, неприятное строение лица, оттопыренные уши. Только рот не имел видимых дефектов, впрочем, в сочетании с прочим и он выглядел ужасно. У бедняжки явно были схожи со мной проблемы в принятии себя…

Нет. Гораздо хуже. Девушкам тяжелее должно даваться подобное уродство. Если припомнить, в сравнении с ней я из прошлого мог показаться красавчиком.

Похожие друг на друга статуи отличались позами и ярко выраженными эмоциями. Например, находящаяся рядом со мной статуя держалась за сердце обеими руками. На её лице просматривалась грусть, глаза выражали затаённую злобу, а губы сильно сжаты. Нет, я не был великим знатоком искусства. Просто образ детально отражал то, что легко заметить.

Ещё заметил, что ближайшая дверь и следующая за ней приоткрыта. Скорее всего остальные тоже. Требовалось одно — подтолкнуть и войти…

Сделав шаг вперёд вновь ощутил неконтролируемые эмоции. Они захватили всю сущность, забирая её куда-то далеко…

Исчезла музыка, вместе с ней коридор, я сам и прочее, в том числе любые мысли. Пустующее место заполнила короткая сцена. Мать с дочкой, можно так назвать увиденное.

Они сидели на краю большого фонтана, о чём-то разговаривая. Женщина выглядела чересчур красиво для человека. Дело вовсе не в украшенном пышном наряде, лице, или фигуре. От неё исходила ощущаемая аура, в которой чудесным образом переплелась доброта, порядочность, сопереживание и нежность.

Всё это сильно давило на сидевшую рядом девочку. Она являлась полной противоположностью своей матери. Некрасивая, нервная, эмоциональная, требовательная. Дочь что-то хотела от матери, настаивая на своём. Женщина наоборот, успокаивала дочь, стараясь объясниться, найти компромисс.

Густой туман частично скрывал проходящее, не позволяя увидеть окружающее фонтан пространство. Кроме того отсутствовали звуки, память сохранила только эмоциональные моменты, не позволяя точно уяснить прошлое.

Было видно — мать и дочь не могут найти общий язык и проблема здесь в девочке. Не желая выслушивать мать, она взвилась, после чего убежала. Женщина осталась сидеть у фонтана. Её грустный поникший образ являлся выдумкой, поскольку девочка этого не видела.

Я сделал инстинктивный шаг назад, и дверь закрылась.

Если подобное находиться в таком месте… значит это память. Чья?

Статуя сожалеющей о былом точно являлась более взрослым вариантом только что увиденного ребёнка. Думать иначе глупо. Значит, вывод здесь один.

Сопровождаемый вернувшейся музыкой я прошёлся вперёд по коридору. Одна из статуй привлекла внимание. В отличие от прочих, выражающих в основном негативные эмоции, она выглядела счастливой. Руки статуи подняты вверх, кулачки сжаты, на лице застыла довольная улыбка. Надпись на двери гласила:

«Книга Алых Заклинаний».

Шаг к двери и вновь эмоциональная буря. На этот раз то, что я якобы никогда больше не почувствую — радость.

В этот раз местом действия для туманной сцены являлась небольшая комната, заваленная всевозможными вещами, книгами и многочисленными сферами Ситри.

Уже виденная девочка немного подросла. Она сидела на кровати, с беззвучным смехом подкидывая вверх книгу. Ту самую, что получил я.

Поодаль от девочки, у окна, кто-то стоял. Туман скрывал детали, концентрируя внимание именно на радостном моменте. Приглядевшись, я разобрал кого-то низкого, с тёмной кожей и яркими глазами. Предположительно, образ мог принадлежать встреченной на равнинах хозяйке книги…

Неожиданно в комнату ворвался бледный тощий юноша. Глядя на книгу удивлёнными глазами он стал что-то объяснять, делая резкие жесты руками.

Как… его звали? Я не помнил. Вместо этого точно знал — парень был одним из любовников матери девочки. Обладал определёнными знаниями, много читал, часто с разрешения госпожи вертелся в Доме Знаний. Упоминание последнего указывало на не самую далёкую эпоху.

Девочка не слушала, она упивалась своей первой серьёзной победой. Видя, насколько его доводы незначительны, юноша попытался отобрать книгу. Тогда всё и началось — девочка в первый раз потеряла над собой контроль. Эмоции поглотили её, благодаря чему произошёл небольшой разрыв виденного действия.

Всё заволокло туманом, а когда он немного отступил, девочка обнаружила, что сидит на груди парня, чья голова вывернута вверх. Ей стало страшно, но подошедшая фигура, всё ещё скрытая прошлым, что-то сказала.

Ясно. Первая жертва. Мои догадки подтвердились — девочка положила книгу на пол, открыла её и слегка дрожа, потянулась к мёртвому телу. Всё для того, чтобы написать своё первое заклинание, чья сила была сопоставима с небольшими желаниями…

Дверь закрылась сама. Значит, ничего более память не сохранила.

Пришлось идти дальше. Коридор не заканчивался, он тянулся и тянулся. Пыльный ковёр, старый двери, воплощающие разные эмоции статуи — всё вело к тому месту, где играла музыка.

Вскоре одна из дверей привлекла моё внимание. С одной стороны она была обычной, но в отличие от ранее виденных когда-то закрытой. Совсем недавно на ней были цепи и находился замок. Сейчас ржавые цепи валялись внизу. Видимо, таких дверей здесь было двадцать семь.

Ясно. Первая дверь. Та самая, за которой находилась радость? Или наоборот, там место, где она исчезла?

Рядом с дверью не было статуи, так что я не мог заранее определить, какие эмоции там ждут. Зато написанное о многом рассказало:

«Предательство».

За дверью было то, что я никак не ожидал увидеть — бал. Множество мужчин и женщин в пышных нарядах и масках кружились по залу, видимо следуя за музыкальной мелодией. Вновь всё было в тумане, снова ни единый звук не сохранился в памяти.

Символ того, что девочка не желала слушать? Возможно, неприятно вспоминать когда-то сказанные слова?

Всё концентрировалось на одном месте. Уже виденная женщина знакомила свою дочь с мужчиной. Очередной любовник выделялся на фоне прочих. Сильный, харизматичный, красивый. Он прибыл из какого-то далёкого места на континенте, где живущие люди имели иные порядки. Гостившая там мать девочки оказалась запечатлена лидером небольшого, по меркам империи, поселения и между ними завязались крепкие отношения.

Девочке он не понравился. Более того, в тот момент она потеряла доверие к своей матери. Раньше женщина использовала пустых для своих игр. Теперь другое. Она привела того, кто собирался отобрать у девочки внимание матери, саму её тоже.

Женщина пыталась что-то объяснить. Тщетно. Именно в тот день проросли первые ростки, в дальнейшем способствующие всем действиям девочки. Её ревность и желание сделать так, как необходимо, в конечном итоге вылилось в истинный кошмар.

Поскольку образы больше ничего не сохранили, пришлось идти дальше. Я искал очередную дверь с замками. Судя по всему, должно быть ещё две, в которые смогу заглянуть до того, как окажусь в конце коридора.