Когда-нибудь мы будем вместе (СИ) - Мархасин Вадим - Страница 208

И ведь в основе своей права во многом, в своем изобличении прогнившей, выхолощенной, извращенной коммунистической идеологии, клеймя новых демократов, вылупившихся из старых коммунистов. Попутно проходя паровым катком и по своим коллегам диссидентам, воздвигнутым либеральной прессой на пьедестал мученичества, а ныне заседающим в Верховном Совете и Советах всех уровней, с упоением делящим министерские и прочие руководящие кресла.

Но в своей ненависти ко всему советскому: власти, режиму, КГБ, соотечественникам засунувшим голову в песок, выплескивающим недовольство властью на кухнях, запивая водкой, погрязших в воровстве, несунстве, "нечиталноосужданстве", блате и политической апатии, она вырастила в душе ненависть и ко всему российскому, русскому, тому, что для многих дорого и свято.

"А сейчас мы потрошим Четвертый, советский Рим, и шлепаются на мостовую красные знамена, имперские комплексы, ленинские памятники, и разбирается на кубики евроазийский колосс, как при играх в детский конструктор. Очень хочется вытащить все реечки и детальки и сложить обратно в мировую коробку — пусть берет кто хочет наши тоталитарные вотчины."

Для нее герои уже другие — те, кто поучая нас правильному капитализму, макают мордой в грязь, ласково улыбаясь дают одной рукой в долг, другой шарят по карманам и запазухой, вытаскивая последние заначки, строя планы разделить уже Россию по губерниям и республикам и торопясь успеть половить рыбку уже даже не в мутной воде, а в половодье.

Все кто против нас, все кто травят и взрывают, берут в заложники, садят в зинданы — для нее герои и борцы. Прибалты и грузины, чеченцы и американцы. Первых, а особенно последних она превозносит, не минуты не сомневаясь в своей правоте, только за то, что они были и есть противниками России и СССР.

Госпожа Новохатская все ждет и ждет, когда он проснется "врагом несломленный народ" и подхватит ее знамя борьбы и воздвигнет на Российском "рейхстаге" и бросит склоненные знамена России к мавзолею Рузвельта там или Рейгана.

Ей плевать, сколько бомб вывалит Америка на Югославию и на Ирак, насаждая демократию. Ей плевать на то, какими способами американцы добиваются своих целей. Ведь цели-то изначально, априори верные!

Ей плевать на демократию, так как в нее она тоже не верит, и ведь права зараза! Читаешь ее статьи и она права во всем, что касается отношения людей и власти…. А потом начинают работать ее вирусные закладки, опошляющие все и вся и переворачивающие с ног на голову. Скольких она и такие как она еще смутят людей и отравят своей извращенной логикой…. Слава богу, таких единицы и в борьбе с ветряными мельницами большая часть инсургентов, диссидентов участвовать не желает.

Бедная, бедная баба, как обостренно она ощущает несправедливость, как сурово горит в ее груди "пепел Клааса". Увы, не быть ей легендарным "Данко", вырвавшим пламенное сердце и освещающим им верный путь своему племени. И не исправить уже и не перевоспитать, и не поставить такую в стойло, и не запрячь на благое дело. Поздно, все поздно, а жаль… Как она ловко все подмечает метко и емко характеризует. Песня!

"Я про демократию хочу поговорить, про демократию, которой нет нигде, и, может быть, никогда не будет, и скорее всего, не надо, чтобы она была. Про демократию, которая никому не нужна, кроме поэтов, артистов, инсургентов и заклинателей змей, то есть прежде всего — российской интеллигенции. И не соль она, и не сахар, и не дрожжи, и не пряности, а что-то еще, что-то производное от всего этого, какой-то вирус, духовный СПИД, дефицит инстинкта самосохранения. Демократия — это всегда желание "по своей глупой воле пожить"….. Мы жизнерадостно пилим свой сук. Слышите, как звенит пила? Видите порхание разных газет — той тучи опилок? Интеллигенция подрядилась пилить все суки под собой и государством, стягивать за ноги в партер с исторической сцены любую чванную власть"

Лучше и не скажешь! Господа интеллигенты начали процесс, а сейчас к ним присоединилась вся страна, вооружившись, вдобавок, топорами, пожарными баграми, автоматами и танками и пилят и рубят так, что только щепки летят!

Мда, мужика ей надо было в свое время, да детей побольше, а то вишь она писала бедная: "Секс — это занятие не слишком увлекательное. Это скучно: я читала!"

Читала она! С другой стороны посмотришь на харю…. Хотя… на вкус и цвет… Подушка в помощь… Нет! Это ж сколько надо выпить мужику?

"На свою, харю посмотри", — одернуло подсознание.

"Да, согласен, неправ категорически, виноват, исправлюсь. Но это ведь ты, подсознание, увело сознание куда-то в сторону. Я просто с прессой знакомился и вот… дознакомился. Слово за слово, мысль за мыслью — ушел в дебри".

Но все-таки, я думаю, еще можно поработать и с таким материалом. А что если ее пригласить поработать нашим представителем в ООН? Пусть поржут. Потом заплачут, когда она им вывернет матку наизнанку и покажет Кузькину мать. Глядишь и жива останется. А то, что-то припоминается мне, вроде как шлепнут ее. И кому помешала? Когда до этой должности дорастет Небензя, супостаты на него молиться будут. Надо обсудить этот вопрос с Примаковым, да пригласить ее к себе на беседу, попытаться направить в нужное русло.

СССР был самой читающей страной, а в России через тридцать лет забудут количество букв в алфавите. Реформа образования и единый госэкзамен будут тому причиной. А пока еще читающим Россиянам льют в уши помои от всей широты души. Не имеющие иммунитета ко лжи и передергивания фактов, люди искренне возмущаются следствиями, не видя причин их порождающих.

В "Советской культуре" пишут про тысячи работников образования и культуры, вышедших на демонстрацию протеста. От чего вы думаете? Обида взяла наш бомонд и педагогический корпус, что им не досталось от пирога приватизации. Подавай им театры и дома культуры от Большого до самого последнего в глубинке. Большой то себя окупит, а зачем им деревенские ДК и кинотеатры? Чтоб було?

Особенно меня восхищает именно бомонд, сливки или как там они себя называют…богема. Какой из них бомонд? Аристократы-дегенераты, с двадцатых годов поэты, блин, "Серебряного века" — через одного бездари, а единицы, действительно талантливые — большей частью психически ненормальные, наркоманы и алкоголики, педерасты и самоубийцы: Маяковский, Есенин, Ахматова, Чайковский, Лев Толстой, кстати единственный аристократ, граф однако и все равно под старость крыша съехала, от чего и помер.

Нынешние бездельники, призывающие прямо сейчас перековать мечи на орала и стройными рядами сдаться западу, восхваляющие друг друга, празднующие с экранов телевизоров творческие и прочие юбилеи, пляшущие и поющие на юбилеях воров в законе — тоже бомонд? Как-то измельчали. Эти уже самоубийством не кончают, а кончаются от дозы и алкоголизма.

Что-то не припоминается восхваления по телевизору юбиляров ученых, военных, рабочих, а певцы сплошь и рядом делятся воспоминаниями — как они такие замечательные добились любви народной, про себя называя его быдлом. Оно — быдло понастроило кинозалы, театры и стадионы, телевышки, придумало радио и телевидение, газеты и журналы, чтобы бомонду было где выступать и красоваться, покупает билеты на концерты, магнитофоны и приемники, кассеты и пластинки с песнями любимых певцов, но быдлом для многих быть не перестало.

Вместо кибитки "Бременских музыкантов" и палаток в чистом поле в их распоряжении вип номера в гостиницах и бизнес класс в самолетах, спроектированных и построенных, наверно, тоже быдлом. Помню одну такую бомонду — балерину, с голым задом загребащую в шпагате промежностью песок на пляже, красуясь на всех фотографиях, выкладываемых в социальных сетях, своей замечательной растяжкой в неглиже, хвастающуюся сорока любовниками под старость лет.

Вон они, такие же, маршируют возле Большого Театра, а чтоб и его не приватизировать? Али право не имеем? Другие бомондиане будут проявлять протест, прибивая свои яйца гвоздями к брусчатке Красной площади. Кто-то рисовать серию квадратов от черного до зеленого, переходя на овалы. Особо продвинутые малевать картины "силой мысли" заправляя заднее место краской и натужно выплескивая ее на холст. Их коллеги будут потом глубокомысленно комментировать получившуюся палитру, оценивая красоту переливов и приложенные усилия.