Ангел-наблюдатель (СИ) - Буря Ирина - Страница 55

Одним словом, очень скоро стало Игорю с Дарой на наших занятиях скучно, и занялись они самообразованием. В смысле, взаимообразованием, и отнюдь не шепотом. Отходить куда-то в сторону во время наших мини-уроков было нельзя, и пришлось мне — во имя сохранения тишины и дисциплины — давать им более сложные задания, пока остальные над бесконечными строчками букв и цифр пыхтели. А также объяснять и проверять эти дополнительные задания.

Мое повышенное к ним внимание опять не прошло незамеченным, и через некоторое время меня опять вызвала к себе заведующая. Нет-нет, она согласилась со мной, что дети всегда разнятся по способностям и более одаренных просто грех притормаживать, но не за счет остальных, как она выразилась.

— Да за какой счет? — обиделась я. — Я ведь для того и занимаю их, чтобы остальные ребята не отвлекались. Вы ведь сами столько раз говорили, что их и к школьной дисциплине постепенно приучать нужно.

— Именно, что к дисциплине, — согласно кивнула она. — А для этого вовсе необязательно постоянно подчеркивать неравенство между ними.

— Но ведь они действительно более способные! — воскликнула я.

— Нет, Светлана Андреевна, — строго глянула она на меня, — в системе образования они все равны, и каждый из них имеет право на равно внимательное к себе отношение со стороны учителя или воспитателя.

— Валентина Николаевна, — не выдержала я, — а если бы они оказались слабее среднего уровня, и пришлось бы действительно больше внимания им уделять, чтобы они остальных назад не тянули, Вы бы это тоже неправильным сочли?

— Речь идет не о том, что считаю я, — прищурилась она, — я Вам сейчас озвучиваю — опять — озабоченность родителей других детей. Которым точно также осенью в школу идти. И, способнее они или слабее, эти двое — дети Ваших знакомых, не говоря уже о том, что девочка — Ваша крестница, поэтому Ваше особое к ним отношение со стороны выглядит ничем иным, как фаворитизмом. С чем я мириться вовсе не намерена.

Вот зареклась я в тот момент еще когда-нибудь с детьми знакомых работать! Ненадолго, правда, но о будущем Игоря и Дары в этой самой системе образования задумываться стала всерьез. У меня и самой к тому времени вопрос возник, куда Олежку дальше отдавать. Начальную школу он при нашем садике закончил, средние школы поблизости оказались… средними (слава Богу, работая в этой сфере, я смогла справки навести), и решили мы с Сергеем, что будет он в колледж поступать — все равно ведь, в каком месте к новым учителям и одноклассникам привыкать. В том колледже и обучение более углубленное было, и специализация за два года до окончания, а там и подготовка по полной программе к поступлению в университет по выбранному профилю.

Съездив в этот колледж для более близкого знакомства, я узнала, что в него и первоклашек берут, если они вступительное тестирование пройдут. Чуть не запрыгав от того, как все удачно складывается, я тут же позвонила Татьяне.

— Зачем им в колледж так рано? — как и следовало ожидать, сразу же напряглась она. — Олежку ты почему-то туда не отдавала!

— Вот и жалею теперь! — решительно заявила ей я. — Страшно мне было из-под надзора его выпускать, как будто я его там всю жизнь продержать смогу! Только теперь вижу, насколько большему он мог бы уже научиться. А в отношении Игоря с Дарой даже думать нечего, чтобы в нашей школе их оставлять!

— Ты думаешь? — уже как-то неуверенно произнесла Татьяна.

— Это ты все время всякую ерунду думаешь, — в сердцах ответила ей я. — А я не думаю, я знаю. Если они у нас останутся, то в той же группе, что и сейчас — а я тебе точно говорю, что они всех уже давно обскакали.

— Ну, я не знаю… — стушевалась, как всегда при необходимости принимать решение, Татьяна. — Нужно с Анатолием поговорить, и с Тошей тоже.

— Татьяна, ну, ты вообще, честное слово! — возмутилась я. — Тут, куда ни глянь, родители самых обычных детей куда угодно их проталкивают, чтобы им было, за кем тянуться, а ты одаренного ребенка в обычную школу запихнуть хочешь.

— Да я не хочу, чтобы он куда-то тянулся, — огрызнулась она, — я хочу, чтобы он спокойно жил!

— Вот, кстати, насчет спокойно, — ухватилась я за ее слова. — Олег, даст Бог, тоже туда поступит — будет, кому за них вступиться, если что. И Анатолию с Тошей не забудь об этом сказать — им же меньше придется бегать, разбираться, если ваших кто-то обидит.

Разумеется, и Анатолий, и Тоша полностью согласились с разумностью моего предложения. Я вообще не знаю, кому еще, кроме Татьяны, пришло бы в голову волноваться из-за того, что ребенок хорошо учится. И, разумеется, Игорь с Дарой оба блестяще прошли это вступительное тестирование — я, например, в этом ни секунды не сомневалась. И Олег мой тоже туда поступил — даром, что ли, мы с ним почти на все лето на даче заперлись и готовились?

И вот так и закончилось то время, когда я практически каждый день видела Игоря с Дарой, не переставала удивляться тому, в каких интересных человечков они вырастают, и даже (Марина, не смей вычеркивать — я не хвастаюсь!) немного приложила к этому руку.

После этого мы уже виделись только на наших традиционных встречах, да еще Олег мне периодически рассказывал, что видел их в колледже. Все у них, вроде, было в порядке, а у него своих забот хватало — нужно было привыкать к разным учителям, осваивать новые методики обучения, завоевывать авторитет у новых одноклассников (особенно мальчишек — такой у него возраст наступил), чему постоянная возня с мелюзгой как-то не способствовала.

Вновь сблизился он с Игорем и Дарой — и на этот раз довольно тесно — через несколько лет, и вновь вспомнил о своей роли их покровителя. Тем более что он к тому времени уже выходил из колючего периода отчуждения с родителями, а они в него только вступали, и, хотя они все также довольствовались обществом друг друга, временами им нужно было мнение кого-то старше их — и стал Олег поверенным многих их секретов. О чем мы все узнали значительно позже. К сожалению.

Глава 6. Крестовый поход Марины

Далеко не секрет, что, несмотря на общность целей всех подразделений небесного сообщества, каждому из них присуща своя тактика в достижении этих целей и стремление рассматривать свой участок работы как более значимый по сравнению с деятельностью коллег. Определение причин такого ведомственного «патриотизма» и оценка его влияния на скоординированность действий представителей разных отделов, привлеченных к проведению совместной операции, не входит в задачу данного исследования; однако, нельзя закрывать глаза на тот факт, что известные трения между структурами небесного сообщества существуют. Причем, тогда как в привычной обстановке его представители оказываются, как правило, способными преодолеть несущественные расхождения в способах достижения цели во имя общего конечного результата, во время их пребывания на земле отмечается не только углубление существующих противоречий, но и возникновение новых источников противостояния.

Появление в очагах напряжения исполинов, еще незнакомых со структурой небесного сообщества, но интуитивно стремящихся заручиться расположением и поддержкой любого из встретившихся им на пути его представителя, в большинстве случаев играет роль катализатора в процессе перерастания подобного противостояния в откровенную борьбу за верховенствующее положение в рядах направленного на землю отряда. В результате, задействованные участники операции начинают либо создавать друг другу помехи в исполнении должностных обязанностей, либо, не определив сильнейшего, заключают между собой пакт, направленный отнюдь не на достижение поставленных перед ними задач, а на сохранение баланса их интересов и авторитета, что в равной степени противоречит высокому призванию небесного посланника на земле.

(Из отчета ангела-наблюдателя)

Как же я люблю, когда Анатолий обращается ко мне с просьбой! Особенно, когда ему приходится это делать. Особенно, когда ему приходится делать это через кого-то, снабдив меня свидетелем столь невероятного события.