Ангел-наблюдатель (СИ) - Буря Ирина - Страница 105

Когда Дара с Игорем пошли в школу, мы сделали все возможное, чтобы максимально занять все их силы, время и помыслы. Ну, мы — это я слегка загнул: у нас на фирме тогда глобальная реконструкция началась, которая, по совершенно недоступной мне логике людей, должна была включать в себя полное преобразование всей работы с одновременным и неукоснительным ее выполнением.

В результате, я света белого не видел, из себя выпрыгивая, чтобы обеспечить работоспособность всех единиц нашей техники. В самом прямом смысле слова, выпрыгивая — по крайней мере, из офиса. Сан Саныч уверовал, наконец-то, на мою голову, что одного моего появления рядом с компьютером достаточно для магического исцеления любого его недуга — и начал бестрепетно рассылать сотрудников с ноутбуками во все концы города, где те радостно и ломались. А я носился от одного к другому, героически подкрепляя репутацию мага восьмидесятого уровня.

И что самое обидное — насколько все быстрее было бы, если бы я мог спокойненько телепортироваться! Но на такое я решался лишь тогда, когда Макс машину на день забирал — и то, только к машине и, съездив к месту происшествия и вернув ее Максу, назад в офис. Сан Саныч в такие дни еще и деньгами на такси снабжал — для ускорения процесса. Приходилось брать их, корчась в душе от неловкости. Отказываться у меня, как у добросовестного работника, стремящегося как можно быстрее выполнить свою работу, язык не поворачивался. А по-настоящему их на такси прокатывать — рука не поднималась. По тем же причинам.

Вот так и удавалось мне с Дарой толком хоть парой слов перекинуться только по утрам, когда я ее в школу отвозил. Она, правда, спросонья не очень разговорчивая была, и у меня вечно какая-то работа на ночь оставалась, и к утру мысли ворочались с трудом. По вечерам же она делала уроки, проверяла их с Игорем в Скайпе, возилась с Аленкой…. а там уже и спать нужно было ложиться. По выходным я ее, конечно, поподробнее расспрашивал, но и Аленка требовала все больше внимания, и Дара неизменно докладывала мне о своих успехах по всем предметам, что Галя подтверждала после каждого родительского собрания. Я на них всего два раза за все время попал — вечно приходилось именно в этот день на работе задерживаться.

Днем же их с Игорем полностью взял на себя Анатолий, доставляя их после уроков на все дополнительные занятия и подвозя потом к нашему офису, откуда уже мы с Галей и Дарой за Аленкой в садик ехали. И, как нетрудно догадаться, ему потребовалось совсем немного времени, чтобы возомнить себя вершителем их судеб и во внешкольное время — летом после первого же класса он безапелляционно заявил мне, что Игорь с Дарой едут в лагерь отдыха. Небрежно бросив, что обе путевки оплатит он.

К его счастью, он тут же вспомнил — или по лицу моему увидел — что прошло уже то время, когда я в меценатах нуждался, но, естественно, не угомонился. Зашел с другой стороны — Даре, мол, нужен свежий воздух, а Гале — облегчение домашней нагрузки хотя бы наполовину. Со мной он никогда не стеснялся пойти на что угодно, лишь бы за ним последнее слово осталось — вот и в тот раз чуть ли не прямо в лицо мне бросил, что я недостаточно Дарой занимаюсь, сбросив ее ему на плечи. Против чего мне просто нечего было возразить.

А вот по средам даже его всемогущее и вездесущее величество оказалось не выше жизненных обстоятельств. Пришлось согласиться на предложение Макса отвозить Дару с Игорем в бассейн — с ним, то и дело уводя у него днем машину, я тоже особо спорить не мог. Я тогда еще и хмыкнул про себя, глядя, как пыхтит, не в состоянии ничего с этим поделать, Анатолий. Особенно после того, как его Марина в оборот взяла. Есть правда на свете, думал я тогда — пусть он, вечно лучше меня знающий, что мне делать, хоть раз в моей шкуре побудет! Да и в отношении Макса я уже успокоился — весь предыдущий год, забирая со мной Дару из садика, он ни разу не вызвал у меня никаких подозрений, играя рядом с ней исключительно роль внимательного слушателя.

Дара практически никогда, никоим особым образом, не останавливалась в своих рассказах на этих средах. Из чего я лично сделал вывод, что Макс честно придерживается нашей договоренности, а разговоры с детьми по дороге ведет, в основном, Марина. Что меня вполне устраивало — Марина только с нашими черного от белого, как показывает состав ее сопровождения, не отличает, а в отношении земной жизни подход у нее весьма правильный.

Я был уверен, что оседлать своего анти-ангельского конька ей Макс не даст, а в остальном общение с ней Даре с Игорем не могло принести ничего, кроме пользы. Не скажу, что я разделял маниакальную озабоченность Татьяны их замкнутостью друг на друге, но и мне казалось, что совсем неплохо было бы, если бы они из своего собственного опыта узнали, что на земле совсем немало близких им по духу людей — независимо мыслящих, превыше всего ценящих справедливость и твердо полагающихся только на себя. На тот случай, чтобы наши талантливые дети случайно нос к небесам не задрали — ни сейчас, среди сверстников, ни потом, когда они правду о себе узнают.

Макс во время всех наших обычных встреч неизменно уверял меня, что речь у них идет исключительно о школе, театре, рисовании и спортивных успехах — что давало ему возможность тщательно просеивать сопутствующие мысли Дары на предмет выявления каких-либо скрытых конфликтов с одноклассниками и учителями. А также о дружбе и об умении одновременно дорожить родственными душами и не отгораживаться от остального мира — что открывало перед Мариной широкое поле для внедрения навязчивых Татьяниных идей по расширению их контактов с другими людьми. А также о верности себе и необходимости защищать более слабых и не тушеваться перед более сильными — что я поддерживал двумя руками в смысле их отношений с Аленкой и предстоящей, рано или поздно, встречи с нашей контрольной комиссией.

Ну, и о книгах, конечно. В то время у Дары с Игорем два новых увлечения появилось — общих, но на них еще ярче проявилось их стратегическо-тактическое разделение труда. Первое — компьютерные игры. Хронологически оно, правда, вторым возникло, но я уж позволю себе начать с того, что мне ближе и чем они с моей подачи увлеклись. Не скажу, чтобы я эти игрушки особо жаловал — уж не пасьянсы эти дурацкие точно! — но временами среди них весьма достойные экземпляры попадаются. Если они развивают логическое мышление и наблюдательность, отчего бы нет? Я и сам… иногда… но только, когда вся работа закончена, глубокой ночью, чтобы других не отвлекать… могу часок-другой… Исключительно, чтобы насладиться высоким мастерством создателей, полюбоваться знающим глазом на то, сколько труда ими вложено и как все детали проработаны.

Как и следовало ожидать, Дара с Игорем первым делом взялись за так называемые бродилки. И тут же выяснилось, что уж что-что, а наблюдательность Даре развивать вовсе не нужно — ей пары секунд хватало, чтобы разглядеть все открывающиеся на экране возможности, и пока Игорь размышлял, какой из путей является наиболее перспективным, она мгновенно перепробовала их все и намного быстрее находила выход на следующий уровень.

Игорь действовать наугад не любил, и еще меньше ему нравилось постоянно у нее в хвосте плестись, поэтому к этим играм он охладел очень быстро. В одиночестве Дара тоже вскоре пресытилась погоней за всевозможными сокровищами и преодолением еще более разнообразных препятствий. Я предложил им было стратегические игры, но там картина сложилась прямо противоположная — пока Игорь, просчитывая свои действия на добрый десяток шагов вперед, медленно и неуклонно наращивал свою мощь, Дара постоянно выигрывала сражения, проигрывая при этом войны.

Предпочитая, как всегда, разделять одни и те же ощущения, они принялись искать игры, в которых смогли бы побеждать вдвоем, общими усилиями. Я к тому времени уже тоже взял за привычку регулярно следить за новинками этого рынка, чтобы Дара с Игорем, не дай Бог, не пристрастились к какой-нибудь ерунде, которая только время убивает и которой этот рынок просто кишит. Вот так однажды я и наткнулся на созидательные игры, которые тут же пришлись им по вкусу — всерьез, надолго и основательно, благо, в них не было того сумасшедшего азарта, из-за которого почти все, без исключения, родители истово ненавидят компьютерные развлечения.