Копиист - Поселягин Владимир Геннадьевич - Страница 72

— Вот и я так думаю.

Леприкон спешным шагом направился к одной из шести самобеглых колясок, которых я рассмотрел на улице, тут транспортных средств хватало, а я выкатил мотоцикл на улицу, и закрыв ворота, не забыв поставить на сигнализацию, медленно покатил к нужным воротам. Быстро ехать не позволяла толпа зевак. Правда, быстро те рассасывались, бросаясь к свободным пролёткам, или каретам. Похоже все, кто тут был, торопились к месту встречи. Я могу ошибиться, но похоже там соберётся полгорода. Другие скорее всего будут у стен Академии, где продолжался ажиотаж в связи с работой приёмной комиссии. Сегодня все дела с королевством закончу и всё, можно уже поступлением в Академию заняться. Тем самым, из-за чего мы с дочерью вообще сюда прибыли. А то одна суета, нервотрёпка, а к цели своей я так и не приблизился, навалили на меня кучу дел, не повернёшься. Снова я решаю чужие проблемы и хотелки, как-то достало уже. Понятно, что сам виноват, но… Похоже идея испробовать план внедрения в это мир в открытую, с треском провалился.

Так бурча я доехал до ворот и предъявив разрешение покидать город, мгновенно развив большую скорость, погнал к стоянке авиатехники. За мной следовало с пяток пролёток, с учётом той скорости что я ехал по городу, это было не трудно, да с два десятка всадников было, так что когда я от них оторвался, проехав ворота, это произвело впечатление. Догнать меня, несмотря на все попытки, никому не удалось. Тут правда торговый караван со стороны ущелья подходил. Гнал больше по обочине, но вот ушёл, удалось. Даже леприкон на своей самодвижущейся коляске, которая явно развивала скорость километров до пятидесяти час, что для подобного транспорта запредельная скорость, остался далеко позади, за тем столбом пыли что я поднял.

Когда я подыхал к месту где оставил технику и охрану, то обнаружил что и тут зеваки появились, солдаты не подпускали с десяток крестьян из ближайшей деревни к самолёту, так что стояли те чуть в стороне. Заглушив мотор байка, снимая шлем я услышал вопрос сержанта:

— Почему так долго?

— Да зеваки на машину сбежались посмотреть, еле прорвался. Правильно ты говорил, вызвала ажиотаж моя техника. Даже за мной проследовать пытались, если ушёл на скоростях. Ладно, ты за байком присмотри, я отгоню первую машину, продемонстрировав её, и вернусь верхом за следующей, думаю лошадь и сопровождающего мне на месте осмотра выделят.

— Хорошо.

Оставив шлем висеть на ручке мотоцикла, я прошёл к самолёту и стал подготавливать его к вылету. Дальше запустил двигатель и пока он прогревался, всё проверил. Ну и взлетев, за пару минут до назначенного времени, разгоняясь, полетел на бреющем к месту где и назначен осмотр и передача техники. Появился я над огромной толпой зрителей внезапно, пролетев на двухстах километрах в час, успев разогнаться, и свечой ушёл в небо сделав красивую «бочку», фигуру высшего пилотажа. Потом снова набрав скорость, на высоте полукилометра ещё и петлю Нестерова. Тут я буду первым кто при такой толпе зрителей сделал эту фигуру высшего пилотажа. А самолёт так себе, и управление дубовое по сравнению с катером. Так что покрутился недолго, и пошёл на посадку. Два раза над головами прошёл, и ничего. Ну что за тупые, столпились прямо на взлётной полосе и не расходятся, так что развернувшись, я полетел к месту стоянки вертолёта. Если сами не дают сесть, чтобы продемонстрировать технику, это не мои проблемы. После посадки, встревоженный сержант подбежал ко мне. Я как раз остановил самолёт. После того как смог сесть и прокатившись по полю, потрясло изрядно, а остановил машину там же где та стояла ранее, ожидая меня. Ну и двигатель заглушил. Кстати, у моего мотоцикла крутился леприкон, а чуть в стороне стояла его коляска. Похоже тот проплатил солдатам чтобы те допустили его к моему байк. Тот работал амулетом, явно снимая с моей машины все данные, однако, когда я садился, то отошёл в сторону, делая вид, что его тут особо ничего не заинтересовало, ну кроме самой посадки самолёта. Интересно, а тут как защищаются авторские права? Как на Оклайне? Кто успел того и тапочки?

— Что случилось? — первым делом спросил сержант. — Не получилось?

— Сесть не получилось. Сам видел какой разбег у самолёта, места для посадки нужно столько же. Я вашему министру ясно сказал, для машины нужна посадочная полоса, нет, столпились, и стоят. Как я садиться должен был? На людей? Там холмы и овраги, самое неподходящее место для аэродрома выбрали. Видимо маги только в одном месте расчистили ровную как стол взлётную полосу, так все на ней собрались. Как будто специально.

— Так надо было показать…

— А я такой дурак не показывал, да? Да я два раза заходы на посадку делал, толпятся и смотрят на это, уроды. Ладно, это теперь проблемы вашего министра как самолёт туда перегнать, на том же буксире, лошадьми сделают. Ты видел, как это делается, покажешь. А я пока вертолёт отгоню, благо как раз ему много места не нужно. Да, и байк я забираю.

— Хорошо.

Оставив самолёт, отключив в нём все системы и прикрыв подачу топлива, я недобро покосился в сторону леприкона, прошёл к оврагу и спустился в него. Тут я запустил движок вертолёта и когда тот разогрелся, эх надо было раньше запустить, ничего бы с ним не стало, но кто же знал, что я так быстро вернусь? Подняв машину в воздух, я перегнал её наверх и посадил у мотоцикла. Тут быстро накинул заранее подготовленные ремни, и прицепил байк на тросе к крюку на вертолёте. Я уже поднимался, когда заметил, что с полусотни всадников во весь опор мчится к нам. Значит рассмотрели где я спускался и определили в каком месте сел. Понявшись, байк был тяжеловат, но в принципе грузоподъёмности хватало, да тут два байка поднять смогу, и полетел к месту передачи техники. Кстати, с десяток всадников рванули за мной следом, среди них я и министра рассмотрел, пролетел над ними на высоте семидесяти метров, тот с которым все бумаги подписывал, остальные продолжали путь к стоянке самолёта. Дальше, я без всяких вывертов или демонстраций полёта, подлетел к волновавшейся толпе зрителей, в этот раз вся взлётная ползаю была пуста, и аккуратно поставив байк, тот на бок лёг, сел рядом, длины троса хватало.

Пока я всё отстёгивал и убирал в салон вертолёта, больше не пригодятся, то меня окружила целая толпа зевак, которых едва сдерживали солдаты. Лопасти винта уже остановились, байк я поставил на подножку повесив шлем на руль, когда в толпе образовался коридор, и в мою сторону направилось с полусотни чиновников и военных, довольно высоких рангов и званий. Это я предполагаю, чем был уверен. Больше половины являлись магами. Туда же, подскакав на взмыленной лошади, влился и министр, с парой своих помощников. В его ауре бушевала злость, которая быстро проходила, держать себя в кулаке тот умел, и удовлетворение мелькало. Ну а сам виноват, и похоже тот это понимал, а может и нет, точно не скажу, такой букет эмоций в ауре. Технику я всё же доставил. Именно знакомый мне министр, единственный кого я тут из всех знал, и представил меня премьер-министру. Мы кивнули друг другу, этого вполне хватило. Однако начал премьер не с того что я ожидал, уже мысленно раскладывая по полочкам «ТТХ» вертолёта, который, как им казалось, военные незаметно проверяют на присутствие магии:

— Молодой человек, почему вы не приземлили первую самолетучую машину?

— А куда? — развёл я руками. — Разбег при посадке у машины сто пятьдесят метров, мне на головы людей садится нужно было? При подписании документов по передаче техники, было ясно указано, что принимающая сторона обязана предоставить правильно подготовленную посадочную полосу для посадки, не имеющую помех. Если это не сделано, передающая сторона ответственности не несёт. Этого сделано не было, на что у меня почти двадцать тысяч свидетелей. Нечего страшного, самолёт, а этот тип машин называется самолёт, можно отбуксировать на лошадях. Сержант, командир десятка что охраняет его, знает, как это делать, уже помогал мне буксировать самолёт из укрытия. Машину я продемонстрировал, так что как дальше её получить и перегнать уже не мои проблемы.