Терра инкогнита (СИ) - Серов Евгений - Страница 21

Пришли к тому, с чего начинали?

Меня охватила резкая слабость. Ноги подкосились и сейчас грохнусь на пол.

— Ваша Светлость! — обеспокоенный голос военного.

Он бережно меня подхватил и усадил на стул.

Я повернул голову и слабо улыбнулся. Осмотрел красавца. На военную форму, поверх, накинут медицинский халат, а в глазах отпечаталась тревога.

— Спасибо, Борис, — я пожал его пальцы, но спохватился и отдернул руку.

— Ничего страшного. Я и так мертв, Виолетта.

— Ну да, конечно.

Я посмотрел вниз, рассматривая на ногах темные всполохи.

— Я умираю, — мой голос дрогнул.

Борис присел на колено и сжал в огромной лапе мои тонкие пальчики. Участливо заглядывая в глаза.

— И боюсь не успеть.

— Все в ваших руках, Ваша Светлость. Мы обязательно победим.

— Хотелось бы, — осипшим и усталым голосом.

— Мы не вправе проиграть. Вы закончите своих клонов. Закончим силовое поле и, тогда, мы сумеем противостоять этой заразе.

Я поднял ладонь и рассматривал дымчатый маникюр, кивая в тон своим мыслям.

— Не было ли это ошибкой?

— Герцогиня! — резко окликнул меня офицер.

Я повернул голову и всмотрелся в его лицо.

— У вас нет права на ошибку.

И чего это я? Действительно. Последние слова дали мне нужный толчок. Глоток свежего воздуха и прилив новых сил? Возможно.

У нас нет ни времени, ни права на ошибку. Борис был прав. Иначе все было зря.

Я легко поднялся. Подошел к терминалу. Мимоходом бросил взгляд на довольного подчиненного.

Теперь сконцентрируемся на проекте. Пальцы запорхали на разноцветной панели. Таблицы. Графики. Строчки данных…

Проверка окончена.

— Активация!

Глава 33. Сеанс связи

— Ваня…

Я резко дернулся и чуть не перевернул столик-поднос для завтрака, который чьи-то заботливые руки поставили на постель.

— Ты спишь, как убитый, — признался нежный и певучий голос.

Проморгался и огляделся. Мое тело было заботливо положено на широкую кровать с балдахином.

Нашел глазами хозяйку апартаментов. Виолетта сидела на пуфике за будуарным столиком и, всматриваясь в огромное зеркало, расчесывала непослушные волосы.

— Всю ночь провалялся без памяти…

Что это? Нотки сожаления в ее голосе? Ей хотелось нечто большего?

Поверх ночной сорочки на плечи был накинут халат-пеньюар. Все нежно-молочного цвета.

М-м-м! Аж зажмурился от удовольствия.

Я опустил глаза и принялся поглощать свежие тосты с горячим кофе. Стараясь лишний раз не дергаться сильно, иначе столик-поднос точно полетит на пол.

И, ах, как не хотелось расстраивать заботливую хозяйку…

— Что ты видел?

Я упустил момент, когда она оказалась в постеле. Стояла на коленях и заглядывала мне в глаза. Глубоко и проникновенно. Тут, кто хочешь смутится. Впору даже покрыться румянцем, как невинная девица.

Особенно, когда она с оголенными плечами и ее волнующая грудь притягивает магнитом…

Уф! Кусок тоста застрял в горле. Пришлось нервно сглотнуть и взгляд скользнул по ее мраморной шейке.

Две отметины от вчерашнего укуса? Память услужливо подсказала сцену в лаборатории.

Дикое желание всколыхнуло мое естество. Желание укусить? Повторно?!

— Ничего такого. Никаких взрослых сцен с восемнадцать плюс… — смешался я и сдавленно выдавил из себя две фразы.

— Ничего такого говоришь?.. — дерзкий полушепот этой нахальной девицы, горячее дыхание на моей щеке, полураскрытые алые губы.

Я, как мог, отодвинулся подальше, загоняя подушки к стенки кровати.

— Угу, — сил не на что большее не хватило и я просто кивнул.

— Жаль, — напустила в голос печали Виолетта и перестала принимать соблазнительные позы.

Разочарованно отвернулась.

— Хотя…

Второй кусок тоста тоже застрял в горле.

Я столкнулся с горящими глазами Виолетты и ее невинная поза, с задумчивым пальчиком у губ.

— Раз ты не хочешь говорить мне правду…

И заметив мое протестующее мычание, продолжила:

— Или не можешь. В нашем случае — без разницы. Есть одна идейка. Пойдем!

Она схватила столик-поднос и мигом соскочила с постели.

Ну вот я и поел. Я разочарованно вздохнул и повторил за ней маневр.

— Садись! — она указала на пуфик.

Ничего не остается, как подчиниться. Я сел и вгляделся в зеркальную поверхность.

— Что? Ничего? — разочарованно пропела Виолетта.

— А должно?

Я ко всему скептически относился. И к этой взбалмошной девице тоже.

Девушка положила мне руки на плечи. Я почувствовал, как от ее тонких пальчиков исходит непонятное то ли напряжение или покалывание. Сложно объяснить, все смешалось.

Я вывернул шею и попытался поймать ее взгляд.

— На меня не смотри. Все внимание к зеркалу! — приказала она.

Глаза ее закатились. Белки прям не вызывали во мне дикого восторга.

Я пожал плечами, на сколько смог. Пришлось согласиться.

— Кроме своего отражения, я там ничегошеньки не вижу, — проворчал я, бессмысленно пялясь в зеркало.

Да ну нафиг! Поверхность зеркала помутнела.

Ну не может оно реагировать на мои слова! Тогда стоит додумать дальше, что оно понимает человеческую речь.

Артефакт?

— Свет мой, зеркальце! скажи. Да всю правду доложи*…

Я нервно рассмеялся. И было чему!

Ибо я там, по ту сторону, увидел свою знакомую. Свое альтер-эго. Чему несказанно удивился и, вероятно, у меня отвисла, сейчас, челюсть.

— Привет! — мило подмигнула девушка.

Из одежды на ней только нижнее белье. Иначе… иначе и не скажешь о том, в чем она щеголяет. Аппетитная девочка!

— Зачем ты меня вызвал?

А я все следил за узором ее чулок и крутому изгибу бедер. Ласкал взгляд прелестными формами груди, сквозь прозрачный ажурный лифчик. Глаза предательски стремились к запретному треугольнику светлой ткани…

— Значит поглазеть решил?! — взвизгнула девица, по ту сторону экрана, то бишь зеркала.

Я справился с заметным волнением. Заглянул ей прямо в глаза.

— Я хочу знать правду!

— Какую из них? — озорная девица прядала огромными ушками.

Ушные раковины нежного сиреневого цвета. Сияющая орхидея — во! Вспомнил название этого цвета.

— Почему я здесь?

Ну вот, как можно на такую сердиться? Я мысленно вздохнул.

— Ты сам так решил, — она расправила свои крылья летучей мыши и схлопнула.

— Сам?! — вот тут она явно переборщила. — Да ты рехнулась!

У меня нежная и ранимая психика, со мной нужно чуть поделикатнее. Не вываливать все сразу!

— Это твой добровольный выбор.

— Добровольный? — я зачем-то переспросил, пытаясь скрыть свое смятение.

— Ты решил меня защитить, дурачок, — ласково выделила, словно любя?

— От кого или от чего?! — я от волнения схватился за край стола и готов был перевернуть весь будуар.

Она потупилась и стала рассматривать свой маникюр. Свои остро заточенные коготки.

— Хорошо, давай зайдем с другой стороны, — я постарался взять себя в руки.

Есть от чего взорваться. Словно заткнуть фонтан!

Еще чуть-чуть и я смогу, возможно, узнать правду об этом мире и своем место в нем. Или, что мне уготовила судьба…

— Как тебя зовут?

— Лилу**, - словно стесняясь, повернулась бочком и загадочно на меня посмотрела.

Пятый элемент? Совокупность образов девы-воительницы и девы в беде?

Мозг лихорадочно пытался соображать. И тут память услужливо подсказала про…

— Лилит*** — так звали мою мать, — ее глаза увлажнились, словно вспомнила что-то, что постоянно гнала прочь.

Я это сказал вслух? Точно.

Засада! Что не спрошу, то молчок, то слезы. Как же с ними все сложно…

— Ты, сейчас, защитить себя не можешь, не говоря уже обо мне, — включилась в разговор девушка.

— Почему все так? Почему мне сложно тебя вызвать? Почему ты появляешься все реже?

Она улыбнулась и покачала головой.

— Одни почему… Я тебя спасала в критический момент.