Наследники империи (ЛП) - Вебер Дэвид - Страница 75

Они выглядели уставшими, и неудивительно. Лорд Маршал Рокас, после выступления продвигался быстро. Логистические возможности Пардалианской армий поражали Таммана; он ожидал что-то вроде Земной эпохи пик-и-мушкетов, но на Пардале существовали ниогарки. Огромные животные с бивнями — они напоминали ему свиней размером со слона — которые могли есть все что угодно, что решало большую часть проблем с питанием, в отличие от армии, опирающейся на лошадиную силу, и их выносливость была поразительной. Правда, их максимальная скорость была низкой, что делало их бесполезными, как кавалерия, но они позволяли Пардалианцам двигать артиллерию, продовольствие, палатки, переносные горны, полевые кухни темпами, которые бы заставили Густава Адольфа позеленеть от зависти.

Но даже если и так, в войсках Рокаса чувствовалась спешка. Шон держал границы на замке, и Храм не знал о проведенной подготовительной работе — их развед модули не могли проникнуть в сам Храм, но они подслушали достаточное количество совещаний Рокаса, чтобы знать это. Но Лорд Маршал сделал довольно справедливую оценку их максимально возможной силы, и он не беспокоился о выяснении подробностей. Он собирался бросить достаточно сил, чтобы перепахать и подмять их всех … как он думал.

Тамман зловеще улыбался, глядя на передовых разведчиков. Они, может быть, очень устали, но они, казалось, были настороже. К сожалению для них, однако, они смотрели за возможными угрозами внутри ‘известного’ им радиуса поражения Пардалианского оружия.

“Группа, приготовиться,” спокойно произнес он, когда первый браналк преодолел барьер в четыреста метровый радиус поражения. В ответ прозвучал тихий хор голосов с подтверждением готовности, и сотня его драгунов залегла в отработанной позиции. Он пристально осмотрел их, сквозь поваленные деревья и бревна, в то время как группа разведчиков Рокаса приблизилась на расстояние около двухсот метров. Что было еще далеко за пределами зоны поражения гладкоствольного оружия, но некоторые из них стали проявлять повышенное беспокойство, чем ему бы хотелось.

“Огонь!” выкрикнул он, и пятьдесят выстрелов из нарезных малагорских мушкетов слились в одном залпе.

Тенистая роща озарилась мушкетными выстрелами и пороховой дым защипал у него в носу, но его внимание было приковано к разведчикам. Тридцать, а то и более из них попадали — хотя многие, он был уверен, спешились сами, а не от того, что их подстрелили; браналки были гораздо более крупной целью, чем люди — а остальные изумленно уставились на облако дыма, поднимающиеся над деревьями. Тамман усмехнулся, глядя на их ошеломленную реакцию, считая про себя время перезарядки после первого выстрела. Вторая половина каждой группы выждала, пока его партнер произведет ‘перезарядку’, а затем они снова произвели выстрел, попадало еще больше всадников. Выжившие наездники отчаянно отворачивали обратно, в сторону поворота дороги, спешившиеся мужчины припустили за ними на ногах, но разрозненные выстрелы раздавались им вслед, и большинство из них было подстрелено, прежде чем они смогли выйти из радиуса поражения.

“Ладно, ребята, уходим,” сказал Тамман и ухмыляющиеся драгуны поползли прочь от своего укрытия. Их командир немного задержался, и его улыбка исчезла когда он увидел, что творилось на дороге. Горстка раненых ползла по ней и своими улучшенными глазами он видел их агонию, в то время как другие корчились там, где они попадали, и даже не улучшенные уши могли слышать их крики и рыдания.

Он вздрогнул и отвернулся, немного даже ненавидя себя, потому что этот ужас ни на каплю его не удовлетворил.

Лорд-Маршал Рокас сердито смотрел на карту в свете лампы, но её яркий свет ничего не мог изменить, и отчеты были на столько тревожные на сколько они были свежими.

Он нахмурился. Первая засада стоила ему семидесяти одного мужчины, и как клялся унтер-капитан Туралк это произошло на дистанции в двести шагов, если её замерить. Вторая и третья еще больше. Общие потери составили больше четырех сотен бойцов, и большая их часть пришлась на его кавалерию. которых, вообще-то, и так было мало.

Его разведчики были не простыми людьми, и если то, что произошло сегодня, не сделает их осторожными завтра, будет достаточно плохо, но как еретики сделали это? Где они раздобыли, так много драгунов? Или скрыли их? Он не мог представить как можно укрыть больше ста мужчин в любой из тех засад, но полученные потери могли быть только если их было в три четыре раза больше — с малагорскими мушкетами — в каждом укрытии.

Он налил бокал вина и опустился в кресло. Как они сделали это малыми силами, хоть и имело значение, но засады их не спасут. Если они не хотят потерять возможность закупорить его в горах, они должны выйти и воевать; а когда они выйдут, он раздавит их.

Он понимал, что две трети пушек и мушкетов Матери Церкви, равно как половина ее доспехов и пик, прибыло из литейных заводов Малагора. Рокасу никогда не нравилось такая зависимость от единственного поставщика, а то, с чем они столкнулись теперь, было еще хуже, чем его худший кошмар, поскольку каждый упущенный Матерью Церковью литейный завод, приносил пользу еретикам.

Рокас знал до последней пики и пистолета, сколько оружия находилось на оружейных складах Гвардии в Малагоре. Его данные по светским арсеналам были менее точными, но все же достаточными для прикидочной оценки, и даже если еретики соберут все, они могли вооружить чуть более ста тысяч человек. Однако, со временем, Малагорские мастера могли бы вооружить каждого человека в княжестве, и если это случится, цена вторжения в эти, охраняемые горами земли, станет практически непосильной.

Ему наконец удалось убедить Правящий Круг в этом простом, очевидном факте; если бы он не сделал это, прелаты задержали бы войско до первого снега ‘укрепляя их души против ереси’.

Но первосвященник Вроксан, на конец, его услышал, и теперь Рокас размышлял, склонившись над картой с отметками, представляющими сто двадцать тысяч человек — отборные части Гвардии с Восточного побережья Северного Хилара. Его силы были велики для такой узкой местности, но, как он сказал первосвященнику, возможности для стратегии и маневров были весьма скудными в этой ситуации.

Он уныло уставился на голубую линию реки Мортан, потягивая вино. Даже ребенок мог предугадать его единственно возможный путь, и Тиболд был не младенец, проклятие ему! Он был селдак, со всей скорость и хитрость этого зверя; селдак, который обидел старшего капитана и был сослан на самый жалкий пост, который этот старший капитан мог найти. Тиболд точно знает, что планирует Рокас … и как сделать все возможное, в его силах для противодействия.

Маршал мысленно пережевывал свои усы. Последним настоящим вызовом Матери Церкви было завоевание варварского Хердаана шесть поколений назад, и даже то было совсем недавно, по сравнению с тем, чем могло стать это. Если ересь не будет сокрушена очень быстро, то она может перерасти в другой кошмар, такой как Раскольнические войны, которые превратили половину Северного Хилара в безжизненную пустыню, от этой мысли у него по коже побежали мурашки.

Шон Макинтайр стоял на стене города Йортаун и смотрел вниз, на огни вокруг, зажженные его людьми. Его люди. От этой мысли он приходил в ужас то, что пятьдесят восемь тысяч людей были там, внизу, и их жизни зависели от него.

Он сложил руки за спину и еще раз начал прикидывать шансы. Хуже, чем два к одному, и они были бы выше, если б церковь решила выдвинуть дополнительные войска в долину. Он очень надеялся, что они смогут это сделать, но этот Лорд Маршал Рокас лучше знал кого ему выдвигать — к сожалению.

Он закусил губу и ему захотелось, чтобы он находился не так далеко от своего времени, или чтобы военная история в Академии не пробегала столь поверхностно по стратегии и не экономила, по военному закручивая гайки, на более ранних эпохах. Половину из того, с чем они познакомили Малагорцев, было извлечено из памяти разговоров с Дядей Гектором. Остальное было экстраполировано из этих разговоров или почерпнуто из ограниченной (и ужасно не специфичной) военной истории Израиля, и он наметил себе серьезный разговор с Тетей Адриенной о ее учебной программе.