Песнь Гнева (СИ) - Кадышева Дарья - Страница 91

Иян прервал свою работу с оселком и поднялся к девушке на пригорок. Кто-то же должен был в конце концов отвлечь ее от горестных раздумий или чего у нее там было в голове.

Лета смотрела на расщелину между горами, где уже было пусто, и только тихое эхо доносило о недавнем присутствии более чем десяти тысяч воинов. Она была одета в короткую кольчужную лорику поверх черной рубахи, перетянутую кожаным поясом, плотно облегающие черные брюки и мягкие сапожки из оленьей шкуры. Последние были подарком Лиама. За спиной был Анругвин, к тяжелому весу которого она с трудом привыкла. Ее прошлый клинок, Пчела, даже не ощущался за спиной.

Когда Иян встал рядом с ней, она одарила его коротким взглядом и легкой улыбкой.

— Спасибо, что согласился помочь, — сказала Лета. — Но это может быть опасно.

— Не говори глупостей.

— Ты правда готов пойти на это? А твои люди?

— Чтобы отомстить за смерть человека, самого честного и верного из всех, что я знал? Да, мазелька, готовы, и мои люди, и я сам, — Иян стукнул себя в грудь. — С этого дня мои меч и сердце твои. Что бы ни случилось, я всегда буду готов ринуться в бой ради тебя, и гореть мне в водах Блазнгара, если я лгу.

Кустарник поблизости вдруг громко затрещал. Это был Лиам, вернувшийся из леса.

— С такими предложениями тебе уже пора задрать нос повыше, — хмыкнул он, подходя к ним. — Глянь-ка, мужики-то на все готовы ради тебя.

— Я не это имел в виду, — буркнул Иян и вновь посмотрел на Лету. — Хотя…

— Оставь, — девушка закатила глаза. — Я прошу только о помощи. Один раз.

— Я дал ответ.

— Хорошо. Но я не переживу, если еще хоть одна смерть будет на моих руках, — Лета повернулась лицом к лагерю. — Не нужно было устраивать самодеятельность, а больше слушать его. Тогда все было бы в порядке.

Лиам проследил за направлением ее взгляда. Девушка смотрела на Марка. Тот был далеко и сидел к ним спиной. Было видно только его макушку.

— Я надеюсь, ты не будешь винить себя в произошедшем, — сказал Лете Лиам. — Из-за того, что он тебе наговорил при встрече.

— Я удивлена, почему он меня вообще не убил, — ответила она.

— Перестань, Лета, — цокнул языком Иян. — Все прекрасно понимают, что Марк всего лишь вспылил. Он успокоится скоро, и вы помиритесь.

— Было бы хорошо, если бы он меня действительно ненавидел, — Лета поглядела в глаза командиру миротворцев. — Я это заслужила.

— Лета, что ты несешь?

— Знаешь, как мне противно от того, что все пытаются меня оправдать и сделать святой?

— О, ты далеко не святая. Ты хуже, чем все тебя считают, — кисло сказал Лиам. — Полегчало?

— Да. Скажешь это еще раз, завтра. Чтобы я не забывалась.

Эльф только покачал головой.

— Кстати, ты так и не рассказала, как прошла семейная встреча, — вставил Иян, складывая руки на груди.

— Тебе правда так интересно?

— Ну так…

— Хочешь спросить, мусолили ли мы ту щекотливую тему о нашумевшем в свое время любовном треугольнике? Совсем чуть-чуть, — Лета шмыгнула носом. — На деле он оказался отцом. Ну то есть он запретил мне возвращаться на острова, просил прощения, держал меня за руку, был счастливым…

— А ты?

— Я была дрянью. Я говорила ему много плохих вещей.

— Он простит тебя.

— Это уже неважно, — отозвалась Лета.

— Я так понимаю, ты не вернешься в Китривирию?

Она не ответила, посчитав, что ее молчание покажется Ияну достаточно красноречивым. Показалось. И он не стал больше задавать вопросов. Она заметила, как взгляд Лиама быстро скользнул по ее лицу.

«Да-да. Мы с тобой тоже еще об этом не говорили», — подумала Лета.

— Подождем ночи и выступим, — заговорила она минуту спустя. — Пойдем через расщелину.

— А не проще ли пойти через равнину Шароу, или как ее там? — спросил Иян.

— Туда сейчас направляются лутарийцы. Среди нас эльфы и миротворцы. Как думаешь, что они с нами сделают, если поймают? — произнесла девушка и выдержала паузу. — Если нас схватят, то пусть лучше свои.

— Обязательно ждать ночи? Войска успеют пройти до того, как стемнеет, а уж потом выдвинемся и мы.

— Нам будет легче передвигаться под покровом ночи.

Лиам вновь заметил, как Лета стрельнула глазами в сторону Марка.

— Иди уже, поговори с ним, — сказал он. — Вот увидишь, он извинится за свои слова.

— Это я должна извиняться.

— Какая разница, кто это сделает. Вам двоим нужно о многом поговорить. Ступай.

Лете этого не хотелось, но потом она решила, что тянуть с разговором было бессмысленно. Они втроем вернулись к лагерю, где уже вовсю разводили костер эльфы и миротворцы, знакомясь между собой. Лета старалась не встречаться с эльфийскими воинами глазами, которые пялились на нее все время, пока она шла к пеньку с огромной трещиной, расколовшей его надвое, у которого сидел Марк. Он выбрал место уединенное и удаленное настолько, насколько это мог позволить себе человек, желавший одновременно быть и на виду.

Лета подошла к Марку. Прислонившись спиной к пню, он осматривал каждую стрелу из своего колчана. Лук покоился у него на коленях.

— Как ты? — спросила девушка.

Марк смолчал, не удостоив ее даже взглядом. Она вздохнула и неуверенно приблизилась к нему, садясь рядом и поджимая под себя ноги. Она посмотрела в его угрюмое лицо, с ранними морщинами вокруг глаз и небритыми впалыми щеками, превратившими его ухоженную прежде бородку в неопрятную густую щетину.

— Можно мне посидеть с тобой? — шепнула Лета.

Марк кивнул.

— Так значит, Дита тебе все рассказала? — спросила она.

— Угу. Я ей не поверил. А потом Иян получил письмо от твоего остроухого. Я подумал сначала, что ты его написала.

— Я не хотела тебя в это втягивать, — произнесла Лета, сглотнув.

— Конечно. Ты же считаешь, что со всем справишься сама. В одиночку.

— Марк…

— Ты знаешь, что Иветту оправляют на острова с другими магами? Это мы уже узнали перед отъездом из Тиссофа.

— Она? Сюда? В этот ад?

— Ну, она же взрослая уже.

— Откуда ты это узнал?

— Парни Ияна увидели ее среди тех, кого торжественно благословляли на битву с Орденом перед воротами Васильковой Обители.

— Боги… — буркнула Лета.

— Меня это тоже не радует, — Марк посмотрел ей в глаза. — В последнее время меня ничего не радует.

— Марк…

— Перестань, Лета. Мы здесь, чтобы найти и убить ублюдка. Все.

Его снисходительный и раздражительный тон ей не понравился. Несмотря на чувство вины, которое Лета ощущала, ее злость все равно прорвалась наружу.

— Мы должны поговорить об этом.

— Тут и так все ясно.

«Пора переходить в атаку».

— Да ну? — выпалила Лета. — Мне, допустим, многое непонятно… Ты ведь с самого начала знал обо всем. О Миловане. И не сказал.

— Драгон запретил тебе рассказывать, — отрезал Марк.

— Я имела право знать.

— Да. Но мы хранили тебя от твоей же собственной глупости. Это, к сожалению, не помогло.

— Вот именно. Потому что если бы вы рассказали…

— Я не хочу слушать тебя больше, Лета, — перебил Марк. — Оставь меня.

Лета чуть не вцепилась ему ногтями в лицо. Стерпела и прикрыла глаза, испуская тяжкий вздох. Ну, вот. До слезного обоюдного прощения и примирительных объятий было еще далеко. Но ей хотя бы удалось вызвать у него хоть какие-то эмоции, кроме молчаливой ненависти.

Лета поднялась и направилась к Лиаму, который отдавал какие-то распоряжения своим воинам. Эльфы и миротворцы выпивали, потроша и нанизывая на вертел тушку какого-то похожего на зайца животного. Никто, кроме Ияна, не рвался к расщелине вслед за войском илиаров. Все были согласны на предложение Леты и готовы подождать ночи.

Лета подождала, пока Лиам переговорил с воинами, которых он посылал в чащу на поиски пресной воды, и подошел к ней.

— Когда ты вернешься к Дометриану? — спросила она.

— Перед началом боя, — ответил эльф. — Я согласился помогать лекарям с ранеными.

— Правда?