Песнь Гнева (СИ) - Кадышева Дарья - Страница 81

— Непривычно их внимание?

— Не то слово, — вздохнула она. — Это просто пытка. Они смотрят на меня, как на какое-то чудище. Как на восставшую из мертвых.

— Так и есть.

— Ах, ну да. Многие наверняка удивлены, что Дометриан притащил меня откуда-то, когда все уже про меня забыли. О, Лиам.

Эльф, невольно заставший девушку и Лиакона врасплох, поклонился.

— Я вас оставлю, — Волк поспешил уйти, продолжая постоянно разглаживать на себе ту одежду, в которую был вынужден облачиться по случаю праздника.

Она его сконфузила своей вычурностью и отсутствием каких-либо частей, напоминавших привычную кожаную броню.

— Как я его понимаю, — сказал Лиам. — Примерно так я себя ощущаю, когда Кильрик заставляет меня наряжаться в парадный костюм на подобных этому торжественных вечерах. Это такая мантия, с красными перьями и застежками на…

— На нас все смотрят. Сейчас подумают что-нибудь не то. Говори, чего хочешь.

— Беседы с красивой женщиной.

Лета ответила улыбкой, мгновенно забыв про десятки пар любопытных глаз в зале.

— Ты выглядишь счастливой, — заметил Лиам.

— Встречи с семьей положительно влияют на самочувствие, — она сделала большой глоток вина. — Особенно такие встречи.

— Вот как ты заговорила.

— О чем ты?

— Ты никогда не жаждала встречи с ним, правда ведь? — произнес Лиам, наклонив голову. — Но именно сейчас ты решилась. Потому что захотела восполнить потерю. Заменить свое разбитое сердце новым. Только сейчас ты почувствовала, что родная кровь зовет тебя.

— Почувствовала.

— А ты и не отрицаешь.

— А ты всегда все говоришь в лоб, — невесело отозвалась Лета.

— Конечно. Зачем обманываться всякими речевыми выкрутасами, тратя на это драгоценное время.

— Все, что ты сказал о моем приезде, я знала без тебя.

— Ты уже сказала ему?

— Еще нет.

— Тянешь?

— Он выглядит счастливее, чем я, — сказала Лета, выцепив взглядом Дометриана из толпы, который был слишком увлечен разговором, чтобы заметить, что она смотрела на него. — Не хочу омрачать его мысли тем, что я скоро снова покину его.

— Такая заботливая дочь.

— Я такой и должна быть. Ты достал яд?

— Эти змеи, eryphta,водятся только в пустынях Секиры. Кентавры почти всех истребили, делая из их шкур и костей украшения. Такой яд на вес золота, и даже в Сфенетре его непросто найти. Нужно время.

— Ускорь своих агентов.

— Ты чего такая нетерпеливая? Наслаждайся тем, что происходит вокруг. Этот праздник — в твою честь, — Лиам сделал вид, что поднимает невидимый кубок в своей руке.

— Как только увижу последний вздох Милована Свартруда.

Эльф цокнул языком.

— Это скучно, — изрек он. — Нельзя постоянно думать о мести. Это вредит здоровью.

Лета издала что-то вроде фырканья.

— Кстати, мне придется вернуться на острова, — сообщил Лиам после небольшой паузы. — Видишь ли, моя помощь пришлась кстати, и наш царь хочет получать ее и дальше. Так, в принципе, и должно быть. Мы эльфы, кому, как не нам, прикладывать руку к уничтожению Катэля. Но, боюсь, лутарийцы или маги Сапфирового Оплота оттяпают все себе.

— А что маги Грэтиэна?

— Megi de Rour, Придворные чародеи? Они… — он выдохнул. — Они мало хотят вмешиваться в это дело. В Оплоте есть много таких, кто считает своим долгом спасать мир ежечасно, но чародеи Грэтиэна не такие. Они будут скорее оказывать стороннюю помощь, разгадывая сложные случаи или же консультируя. В бой они не полезут.

Эльф посмотрел на гостей, старавшихся делать вид, что они не замечают их с Летой, а занимаются своими делами, пьют, едят, беседуют, но наблюдая за эльфом и девушкой невзначай. Любопытство… Какая она, почему она такая, откуда она знает начальника королевской разведки Грэтиэна… Лиам их в этом не винил. Он смотрел на Лету, укрытую белым, как снег, платьем и переливавшимися, будто под лучами солнца, украшениями, думая, что только он из всех здесь присутствующих видел ее другой. Почти сломленной, разбитой, отчаявшейся…. Была она такой или вновь обретшей надежду и веру, она была прекрасна. Всегда.

— Айнелет?

— Да?

— Когда я отдам тебе яд, ты ведь сразу отправишься искать Милована?

— Разумеется.

— Твоя нога может не выдержать падения или удара. А я не смогу быть рядом, чтобы помочь, — сказал он. — Мне придется отбыть на Пирин`ан Дарос.

— Тогда надейся, что Милован к тому моменту будет все еще прозябать на островах, и мы вернемся туда вместе с тобой.

— Я бы этого очень хотел.

Она наконец глянула на него, и в этом взгляде оказалось больше поводов для сплетен, чем во всех прочих событиях вечера. И Лиам надолго задержался глазами на ее лице, не видя и не слыша всего, что происходило в зале. Но тут к ним на помощь подоспела стройная илиарка в закрытом платье и с очень странной, напоминающей птичье гнездо прической.

— Тамариса, — женщина открыто улыбнулась Лете и Лиаму, а последнего погладила по плечу, чем вызывала у него неловкое недоумение. — Глава Конгрегации Золотой Крови. Я счастлива с вами познакомится.

Лета неуверенно что-то пробормотала в ответ, а Лиам тряхнул волосами, справляясь с замешательством.

— Нам тоже приятно познакомиться с представителем единственного, пожалуй, магического ордена в Китривирии, — сказал эльф. — Это я для того, что бы Айнелет имела представление, с кем она ведет разговор.

Тамариса показала клыки и подтерла растекшуюся угольную тушь под светящимися аквамарином глазами.

— Да-да. Мы не любим публичные сборы, но ради такого события решено было сделать исключение, — хохотнула она. — Айнелет, так приятно видеть тебя живой и здоровой. Я ведь говорила этим тугодумам-провидцам, что нужно ждать обычного ребенка, но они как один вопили: великое дитя, великое дитя! До чего ж бесполезные создания…

— Все могут ошибаться, — уклончиво ответила Лета.

— Да, но не сфенетрийские провидцы! Им же подвластна мантика… Дорогая моя, ты знаешь, что это?

— Что-то, связанное с гаданием?

Лиам, представивший, что ему придется выслушивать болтовню Тамарисы, славящейся на всю столицу своими странностями, поспешил отойти. Лета хотела возразить, но илиарская магичка снова захватила все ее внимание.

— О, это не просто гадание, это целая наука, подвластная только избранным илиарам! Владеющий этой наукой пророчит, зачастую правдиво…

— Однако может ошибаться, — повторила Лета.

— Точно, — Тамариса, с которой ответ девушки сбил чуть спесь, понизила голос. — Но все же это наука, требующая самоотдачи, и вот как раз ею некоторые из этих глупцов, к сожалению, не обладают.

— А вы?

— А что я? Я глава Конгрегации Золотой Крови, единственного, как заметил твой друг-эльф, магического ордена в Китривирии. У меня нет времени заниматься мантикой. Кстати, откуда здесь эльфы?

— Это был Олириам Тилар.

— Ох, правда же? — Тамариса растерянно заморгала. — Забери меня Собре, я даже не высказала должного уважения.

— Все в порядке, он не будет зол на вас.

— Нет? Ну хорошо! Тогда оставим эту пустую болтовню, — илиарка наклонилась к Лете, мягко коснувшись ее руки. — Будь начеку. Все здесь следят за тобой. Знатные господа Сфенетры мало чем отличаются от дворянства Велиграда. Уж я-то знаю. Ни питай на этот счет иллюзий. Здесь такое же змеиное логово.

Лета с интересом посмотрела на нее.

— Я предупредила тебя. И еще кое-что… Я хотела это сказать, как только тебя увидела, — Тамариса вдруг подняла руку и погладила ее по волосам. — Ты уникальна, дитя. Кто бы там что ни говорил, что ты результат извращений и прочее, это не так…. Тебя ждет удивительная судьба. Ну, мне пора. Была рада встречи.

В довершение ко всему, Тамариса без всякого стеснения запечатлела на щеке Леты долгий и искренний поцелуй, чем вогнала девушку в краску. Когда глава Конгрегации Золотой Крови скрылась в толпе, Лета выдохнула, словно обреченная мученица.

— Другая страна, другие маги, другое к ним отношение, — подметил Лиакон, подходя к ней бочком. — У вас маги — это особая каста напыщенных и высокомерных, но, надо признать, талантливых чародеев, а у нас — чудаки, да и только… Впрочем, они бывают полезными.