Теневая месса (СИ) - Кадышева Дарья - Страница 46

— А ты его хочешь?

— Дело не в том, чего я хочу. А в том, чего мне никогда не получить. Я просто не смогу так жить. Я бы не простила себе, если бы то, что случилось с Кривым Рогом, произошло, когда я была далеко, — полукровка посмотрела вдаль. — Мирный путь избирают совершенно другие люди. Не такие, как я.

— Ты права. Но у тебя ещё есть я. Мы все, — изрёк Родерик. — И мы будем оберегать друг друга. Просто как одна большая семья.

«Замечательно ты придумал, Великанья Кость. И я, кажется, догадываюсь, кто в этой семье урод», — подумал Конор.

Полукровка улыбнулась.

Такие улыбки она не дарила Конору. И никогда не подарит.

Он ощутил ожог где-то внутри, под рёбрами, и перевёл взгляд в поле, на потоптанную скотом траву. Игла в мозгу навернула круг по черепу и вонзилась в лоб. Он потёр глаза, надеясь, что это хоть как-то исправит ситуацию. Но способствовал развитию ещё большей рези в глазах.

С вечерними порциями алкоголя пора было заканчивать, определённо.

Через какое-то время их взору предстала небольшая долина с одним из притоков Антанги. Как и предвещал Родерик. Лента реки поблёскивала в лучах солнца, огибая густо поросшие травой склоны. Конор несознательно подстегнул коня идти быстрее и едва не перешёл в галоп. Земля плавно уходила вниз, ко дну оврага, где виднелась берёзовая роща. Идеальное место для привала.

Вдруг с Конором и Рихардом поравнялся Брэннон из Зарибора. Конор скосил на него взгляд и ухмыльнулся:

— Эй, белобрысый!

Тот с недовольством посмотрел на него.

— Чего?!

— Ты полуэльф? — прямо спросил он.

Юнец опешил, потом неуверенно ответил:

— Моя… Моя бабушка была эльфийкой.

Конор не так часто встречал полуэльфов, но умел безошибочно определять их происхождение. Это было видно. По форме скул, маленьким чертам лица, по мелким зубам, ярким глазам и ушам, которые если не были острыми, то очень к этому стремились.

Брэннона из Зарибора выдавали его изумрудные глаза и высокие скулы.

— Так ты родственник полукровки? — уточнил Конор.

— Нет. Конечно, нет, — фыркнул юнец. — Если ты равняешь всех эльфов…

— Я просто спросил. Мало ли.

— У неё королевская кровь, — почти что с завистью произнёс он. — Бабушка называла её «испорченной».

— Вот как? — протянул Конор, стрельнув взглядом в Рихарда, внимательно следившего за разговором.

— Многие потомки Илуара Оллестаира грешили тёмной магией. Мать Леты не исключение. Эльфийский народ к этому спокойно относился, но… Колдовство есть колдовство, сам понимаешь.

— Сам небось грешил этим.

— Чем?

— Тёмной магией.

— Я из alcuri! — оскорбился белобрысый и дёрнул себя за платок на шее. — Мои предки брезговали колдовством, не то, что era`liver…. Да и какое тебе вообще дело до меня?

— Вопросы здесь задаю я, щенок.

Белобрысый застыл, как и конь вместе с ним. Конор притормозил тоже и лениво поглядел на парня.

— Как ты меня назвал?! — вспылил он, хватаясь за меч, висевший на поясе.

— Щенок, — невинно повторил Конор, упиваясь тем, как вспыхнули скулы юнца.

— Ах ты!… - Брэннон из Зарибора пришпорил коня и направился к Конору, вытаскивая клинок из ножен, но кобыла Рихарда вклинилась между ними.

— Довольно! — рявкнул он.

На лбу у юнца выступила пульсирующая жилка, а в глазах заметался огонь бешенства.

— Убери этого ублюдка, Рихард, иначе я за себя не ручаюсь! — выпалил он.

— Давай, давай, посмотрим, каков ты в деле, — вскинул бровь Конор и положил ладонь на рукоять топора.

Брэннон из Зарибора нацелил остриё меча в Конора. Тот склонил голову набок и вытащил топор на пару сантиметров.

— Я сказал, довольно! — мрачно бросил Рихарда и схватил юнца за ворот серого кафтана. — Иди в начало строя.

Белобрысый продолжил сверлить глазами Конора и перевёл взор на Рихарда, только когда керник хорошенько встряхнул его.

— Живо.

Фыркнув, юнец с вызовом бросил Конору ещё один взгляд, обошёл их и поскакал к волколаку.

— Хелв, — со вздохом произнёс Рихард.

Конор хмыкнул.

— Тебе необязательно выводить всех из себя, — покачал головой керник. — Обстановка и так паршивая. А ты всё усугубляешь.

— Я ничего такого не сказал.

— Эти люди пережили трагедию. А ты больше не в Недхе. Держи язык за зубами.

— Да это ты стал мягким, я смотрю…

Взгляд Рихарда потяжелел.

— Брэнн моя семья. Так что если он кинется на тебя, я не буду ему мешать.

— Сбавь темп. Мне твой питомец совершенно неинтересен. Но осадить его не помешает.

— Он молод.

— Забавное оправдание. Для дурака.

Тут к ним подъехал Родерик.

— Что у вас тут происходит?

— Ничего важного, Великанья Кость, — ответил Конор. — Ступай себе дальше. Болтай с полукровкой.

Родерик скорчил самую сильную гримасу неприязни, которая только у него имелась. У Рихарда был примерно такой же взгляд.

«Да пошли вы все», — подумал Конор.

Цокнув языком, он погнал своего мерина вниз по долине, обгоняя весь строй всадников. Хотелось добраться до реки первым.

Конор отъехал от компании довольно далеко, пересёк рощу и только там остановился. Он знал, что сборище придурков не станет укрываться в роще, а разобьёт лагерь прямо перед ней. Поэтому тут его никто не потревожит.

Он спешился и окинул недолгим взглядом окрестности. На горизонте зеленел густой лес. Они доберутся до него только вечером, если стоянка затянется. Скорее всего, им придётся заночевать здесь.

Конор потрепал коня между ушами и освободил его от сбруи. Затем сбросил всё своё оружие на землю и разделся. Едва ощутимый ветер приласкал его обнажённое тело, и Конор вошёл в реку. Её глубины не было достаточно для нырков, да и этого не нужно было. Давно он не плавал в такой тёплой реке, нагретой под солнцем и гоняющей по своему руслу свежую воду, словно кровь по жилам.

Ополоснувшись с головой, Конор не сразу вылез из реки, а немного поплавал, дожидаясь, когда боль в мозгу исчезнет. Выбравшись наконец на берег, он натянул штаны и долго-долго сидел в траве, глядя на воду. Солнце ползло по небу, отражаясь на поверхности реки. Старый конь фыркал за его спиной и смачно жевал траву. Конор не знал, сколько времени прошло перед тем, как он решил, что пора возвращаться к остальным. Ему не хотелось уходить отсюда.

Он вышел из рощи и обнаружил, что костёр уже разгорелся. Рихард решил заняться стряпнёй. Другие разбрелись по своим делам.

Конор почувствовал на себе взгляд полукровки и поглядел в ответ. Магичка что-то ей втолковывала, махая рукой в его сторону. Конор поднял брови.

— Вон он. Иди, поговори с ним, — донеслось до него.

— Ив…

— Тебе нужно только попросить его.

Конор дёрнул плечом и привязал своего коня к дереву, там, где паслись остальные лошади. Чародейка тем временем не сдавалась и убеждала полукровку подойти к Конору.

«Черта с два она попросит меня о чём-то», — подумал он.

Но упорству ведьмы можно было только позавидовать. Осознав, что магичка от неё не отстанет, полукровка поплелась к нему, глядя себе под ноги. Конор погладил коня по спине и принял равнодушную позу, когда гадючка подошла к нему.

— Ты не мог бы… — начала она.

— М?

Она выдохнула. Раздражённо.

— Ты не мог бы помочь Брэнну и Родерику? — процедила полукровка. — Они пошли на охоту. Ты… ты же умеешь читать звериные следы.

— При условии, что пара кретинов их не затопчет.

— Помоги им.

— А псина твоя что? Вернее, псина ведьмы, — уточнил он и добавил с ухмылкой: — Или вы втроём?…

Её щёки вспыхнули. Не от стыда. А от гнева. Такого чистого, густого, что можно было руками потрогать.

«Да, вот так, гадючка. То, что нужно».

— Ты поможешь или нет? — прошипела она.

— Нет. У тебя есть другой охотник.

— Марк ушёл на разведку.

Конор промолчал, наблюдая за жалкими попытками полукровки держать себя в руках. Ему нравилось это делать — нагло смотреть ей в глаза и доводить её до состояния кипящего котла с гремучей смесью, даже обычным молчанием. Своеобразное и крайне острое удовольствие.