Великие алхимики
(В поисках Философского Камня) - Масалов Александр Александрович - Страница 20

За тайну Великого Деяния король был готов заплатить 4 тысячи экю.

В мае 1542 года Зашер побывал у короля и продемонстрировал «трансмутацию».

История не сохранила рецепт, который разузнал аббат.

Судя по всему, это был один из способов изготовления латуни — медного сплава, внешне похожего на золото.

«Золото», изготовленное Зашером, оказалось слишком легковесным.

Король, пришедший в восторг, когда увидел цвет полученного металла, очень быстро остыл: не совсем то, чего он ждал.

Тем не менее, честно выполнил свое обязательство.

Получив четыре тысячи экю, Зашер поехал обратно в Тулузу.

В дороге он познакомился с одним старым священником и рассказал о своих проблемах.

Священник мало что понимал в алхимии, но отличался здравым умом.

Он посоветовал Зашеру не искать в среде алхимиков готового рецепта — ясно, что обманут, продадут за деньги «липу».

Надо читать древние трактаты.

Разгадка тайны находится в них…

Половину гонорара, выплаченного королем, Зашер отдал аббату.

Отчитался по парижским расходам.

Из совместного капитала — 800 экю — у него осталось около двухсот.

Зашер вернулся аббату 90 экю и снова уехал в Париж.

Теперь он не тратил деньги на покупку «верного» рецепта.

Он читал старинные трактаты (особо его заинтересовали труды Луллия и Арнальдо де Виланова) и иногда обсуждал прочитанное со сведущими в этой области людьми.

Впрочем, каждая такая беседа лишь укореняла его во мнении, что каждый алхимик понимал прочитанное в меру своего интеллекта…

Уж слишком по-разному трактовали один и тот же текст он и его собеседник!

Когда у Зашера сформировалась своя точка зрения, что такое «первичная материя» и что такое «сера», он решил попробовать осуществить Великое Деяние.

Знакомые и родственники его отговаривали.

Советовали купить место в Судебной палате[57] и жить безбедно…

Родственники настолько завелись, что даже стали угрожать.

Обещали нанять стражников, чтобы они разгромили лабораторию, поломали плавильные печи…

Тем не менее, Зашер стоял на своем.

В мемуарах он точно указал день, когда от теории перешел к практике.

Это произошло на второй день Пасхи 1549 года.

В Париже тогда свирепствовала эпидемия чумы, большинство жителей покинули город…

Среди тех, кто остался, был Зашер.

Год он не выходил из дома, только иногда смотрел в окно на пустые улицы…

Питался запасами, которые заблаговременно сделал.

На Пасху 1550 года процесс благополучно закончился.

Для пробы Зашер превратил чашу ртути в золото.

Получилось.

То вещество, которое он сделал, оказалось философским камнем…

Адепт решил вернуться домой и разобраться с накопившимися проблемами.

По дороге он заехал в Тулузу, чтобы похвалиться перед приятелем-аббатом.

Выяснилось, что он умер от чумы.

Радость от успеха была омрачена…

Дома родственники встретили его в штыки. Не захотели даже разговаривать…

Зашер продал свое имущество, использовав своего кузена в качестве посредника, расплатился с долгами[58] и уехал в Швейцарию.

Окружающие восприняли этот поступок как правильный.

Дескать, накуролесил «алхимик» по молодости лет, а теперь одумался, раскаялся и хочет начать новую жизнь в дали от тех мест, где его знают…

To, что произошло потом, по-своему загадочно.

Вслед за Зашером в Лозанну отправился его кузен — тот, что помог продать недвижимость.

Возможно, он рассчитывал вытянуть из своего «сумасбродного родственника» деньги, которые остались после уплаты долгов.

Не исключено также, что он хотел войти в доверие к Зашеру, чтобы узнать — овладел ли он тайной Великого Деяния…

В Лозанне Зашер влюбился в одну девушку и женился.

Как выяснилось впоследствии, брак этот скорее всего был подставой.

Девушка была давно знакома с кузеном.

Кузен свел их умышленно, чтобы узнать, где Зашер прячет свои записи и образец философского камня.

Судя по всему, молодая жена узнала все, что нужно…

По официальной версии, кузен воспылал любовью к чужой жене настолько, что однажды ночью задушил Зашера подушкой.

После чего бежал с его женой, прихватив все деньги и некоторые другие ценные вещи…

Дальнейшая судьба обоих неизвестна.

Какие-либо записи в вещах убитого обнаружены не были.

Глава двадцать третья

ЭДУАРД КЕЛЛИ

Ситуации, когда Камень, изготовленный адептом, попадал в руки алхимиков-неудачников или обычных аферистов, породил целую волну адептов-суфлеров.

В отличие от адептов, суфлеры не скрывали свою причастность к тайне Великого Деяния.

Наоборот — они ее афишировали.

Чтобы извлечь максимально возможную прибыль.

Механика мошенничества была проста.

Суфлер выходил на богатого человека, демонстрировал ему чудо трансмутации и обещал изготовить столько порошка проекции, сколько надо…

При условии, если заинтересованное лицо поможет осуществить Великое Деяние материально, — будет содержать «адепта», покупать ингредиенты, оборудует лабораторию…

Было общеизвестно, что процесс этот трудоемкий и занимает от года до трех.

Иначе говоря, от года до трех суфлер мог жить в роскоши, воровать средства, выделенные на исследования…

Потом либо уговорить инвестора предпринять новую попытку, либо бежать в другое государство и сменить имя[59].

Когда скандал утихнет, подыскать другого богатого простофилю…

Тальбот Келли родился в английском городе Вустере.

Родители прочили ему профессию нотариуса.

Отправили изучать право и староанглийский язык, на котором писались все нотариальные акты.

Келли добился в учебе больших успехов.

Возможно, он сделал бы состояние на поприще нотариата и юридических услуг, но ему хотелось много-много денег.

И быстро.

Острый ум подсказал ему не совсем честный путь обогащения: подделка старинных бумаг на право собственности земельными наделами.

То есть Келли находил человека, желающего приобрести землю и объяснял, что это можно сделать намного проще и дешевле.

Он, Келли, подделает старинный документ, внесет в текст нужную фамилию…

И выяснится, что земля такая-то уже пару веков принадлежит клиенту, только он об этом не знал.

Келли вручает документ, а сам получает скромное, но приличное вознаграждение за хлопоты.

Дескать, случайно отыскал бумажку в архиве, завалялась…

Как и все мошенники, Келли быстро зарвался от безнаказанности, потерял осторожность и прокололся на мелочи.

Нотариуса судили и приговорили к наказанию, типичному для тех времен за подобные преступления: отрезали уши и изгнали из города.

Келли уехал из Вустера в Уэльс, сменил имя (из Тальбота Келли превратился в Эдуарда Келли) и заказал себе шапку с наушниками, чтобы скрыть отсутствие ушей.

Эту шапку он носил и днем, и ночью.

Даже спал в ней.

Как-то на постоялом дворе (это было осенью 1582 года) он обмолвился, что знает гэльский язык.

Хозяин двора тут же принес какую-то рукопись и попросил посмотреть, что это такое.

Дескать, эта рукопись у него очень давно и никто еще не смог ее прочитать…

Келли полистал тетрадку.

Рукопись была написана на одном из диалектов староанглийского языка и речь в тексте шла о золоте и трансмутации металлов.

Мошенник и виду не подал, что он хоть что-то понял.

Спросил:

— Откуда взялась эта рукопись?

Хозяин рассказал, что несколько лет назад умер один священник.