Скиталец чужих миров (СИ) - Иевлев Геннадий Васильевич - Страница 175

Прошло некоторое время, но никакого ответа от сына не пришло.

— Своим молчанием ты проявляешь не уважение к капитану. Это такой же нехороший поступок. — Вновь заговорил Антон. — После полученного приказа от капитана корабля, пилот всегда должен отвечать: да, гард капитан, тем самым проявляя уважение к капитану и показывая, что ему понятны слова капитана. Тебе понятны мои слова?

— Да, гард капитан. — Донёсся едва слышимый голос Влада.

Он, вдруг, спрыгнул с кресла и бросился к выходу.

— Стой! — Произнёс Антон, несколько повысив голос.

Влад, сделав ещё несколько шагов, всё же остановился и развернулся.

Развернувшись вместе с креслом, Антон поднялся и шагнул к сыну.

— Без разрешения капитана, пилот не имеет права покинуть зал управления. — Заговорил Антон, положив руку на плечо сыну. — Если ты хочешь стать настоящим капитаном, ты должен быть дисциплинированным пилотом и прежде, чем покинуть зал управления, должен предупредить капитана, что хочешь уйти. Ведь капитан рассчитывает, что в трудную минуту ты поможешь ему, а ты будешь отсутствовать, а он об этом знать не будет. Это нехороший поступок и так же наказуем, как и предыдущие. Я понятно объяснил?

— Да, гард капитан! — Всё тем же, едва слышным голосом произнёс Влад.

— Иди! И обязательно найди маму. — Антон убрал руку с плеча сына.

Ничего не сказав, Влад развернулся и возобновил свой побег из зала управления.

Проводив его взглядом, пока он не скрылся из вида, Антон вернулся в своё кресло.

Не слишком ли я строг был сейчас с ним? Замелькали у него противоречивые мысли. Так можно и отбить у него стремление стать капитаном космического флота. Уж слишком он избалован. Но он уже не малыш и должен привыкать к какому-то порядку, тем более на космическом корабле. Попытался Антон найти оправдание своей строгости. Возможно, я тоже, в какой-то степени, неправ, только лишь сейчас взявшись за его воспитание. Но я ведь лишь несколько дней, как сам стал нормальным человеком. Он глубоко и протяжно вздохнул. Как-то сумбурно всё получилось. Его лицо исказилось гримасой досады. Нужно обязательно поговорить с Олитой, что бы она была построже с сыном. Только бы не перестараться. Он вновь глубоко и протяжно вздохнул.

Прошли сутки движения файтага в пространстве Дайранской системы, а база на экране пространственного обзора зала управления корабля так и не отобразилась. Так же не приблизился к файтагу и ни один из кораблей цивилизации траков, вызвав у Антона вполне обоснованную тревогу.

Олита и Влад сейчас находились в зале управления в своих креслах и тоже всматривались в экраны пространственного обзора, видимо, тоже недоумевая.

После строго разговора Антона с Владом, ни сын, ни Олита долго не появлялись в зале управления и Антону в сердце уже закралась тревога, что сын мог обидеться и свою обиду донести и до матери и та теперь пытается его утешить своими чрезмерными ласками, но пришедшая через какое-то время Олита, сказала, что сын уснул, хотя ей показалось, что он чем-то недоволен, хотя на её расспросы предпочёл отмолчаться и уткнувшись в подушку своей спальной платформы, посопел некоторое время и уснул.

Антон тоже не стал рассказывать Олите о своём разговоре с сыном, дипломатично соврав, что после её ухода, сын захотел спать и потому ушёл, всё же предложив Олите, впредь быть с ним построже, так как он уже достаточно большой и должен привыкать к дисциплине, иначе ему будет непросто находиться в коллективе своих сверстников, хотя и не совсем похожих на него.

Посетовав, что зря они поддались на уговоры Антона и ушли с Креусы, Олита, всё же, согласилась с Антоном и ушла к сыну. Вернулись они оба не скоро, принеся Антону воду и одну из упаковок из продуктовых запасов шхертов. Подал Антону продукты Влад, за что получил от капитана благодарность по всей строгости устава космического флота. Насколько понял Антон, сын остался доволен этим событием и даже горделиво вкинув голову, посмотрев в сторону матери. Переведя взгляд на Антона, Олита промолчала, но видимо, о чём-то, всё же, догадалась.

— Странно! — Нарушил тишину зала управления Антон. — Не мог я так недостойно ошибиться. Определённо, за годы моего отсутствия, что-то неординарное произошло в Дайранской системе. Неужели опять шхерты? Это невозможно. — Он покрутил головой. — Всё, что можно было значимое уничтожить из их космических объектов, я уничтожил. Если только какой-то из вернувшихся колониальных кораблей? Но тогда бы пространство было изрядно замусорено обломками, а оно чисто. Определённо, чего-то я не знаю. — Он опять покрутил головой.

— Мы возвращаемся на Креусу. — Раздался, явно возбуждённый голос Олиты.

— Мы идём на Урокану. — Опять заговорил Антон. — Уж она-то никуда не может исчезнуть, по крайней мере до тех пор, пока светит Дайра. Или, если повезёт, на космическую верфь.

— Это далеко? — Раздался голос Олиты, уже безо всякого восторга. — Я уже устала болтаться в пространстве.

— Ещё сутки пути. По крайней мере, через сутки, мы, непременно, должны увидеть планету на своих экранах.

В тишине зала управления раздался долгий и шумный вздох креусы.

Сине-бело-зелёный диск Уроканы, действительно появился на центральном экране пространственного обзора зала управления файтага к концу следующих суток пути корабля в пространстве Дайранской системы. Возможно, он стал виден бы и раньше, но Урокана, по тому вектору пути, по которому Антон вёл файтаг, в своём орбитальном пути сейчас находилась очень близко к Дайре и яркий свет звезды слепил экипаж файтага, мешая видеть планету, а как поставить заградительный фильтр на Дайру, Антон найти не смог, как ни пытался. Чтобы сделать контроль за планетой комфортным, Антону пришлось отправить файтаг по широкой дуге, ещё на несколько часов удлиняя время пребывания экипажа в пространстве, но после завершения маневра, Дайра теперь виднелась на боковом экране и почти не слепила глаз. Вскоре, неподалёку от Уроканы начали просматриваться и её спутники: естественный, далёкий и большой светлый круг; и совсем крошечный, рядом с планетой, который, несомненно, был ничем иным, как космической верфью «Зоторре». Немного поразмышляв, Антон направил грузовик к космической верфи, решив, что, совершив посадку на космодром планеты, может невольно принести на Урокану какой-либо неприятный вирус. Как только однозначно обозначился путь файтага, от космической верфи тут же отделились две крохотные, сверкающие в лучах Дайры красные точки и быстро заскользили в сторону грузового корабля шхертов.

— Наконец-то! — Заговорил Антон, вытягивая губы в широкой усмешке. — А то мне в мозг уже закралась мысль, что траки покинули Дайранскую систему.

— О чём ты? — Поинтересовалась Олита.

— Нам навстречу, наконец-то, направились какие-то корабли траков. Только бы они не начали палить в нас, не разобравшись.

— Что такое палить? — Задала Олита ещё один вопрос.

— Обстреливать нас. Я толком не разобрался с защитными полями этого корабля и он может вспыхнуть от первого же залпа.

— Мы сгорим? — В вопросе Олиты послышалась тревога.

— Надеюсь, что мы успеем перебраться в левет. Его-то они должны бы опознать, как своего.

— Давай сейчас и переберёмся. — Предложила Олита, со всё той же тревогой в голосе.

— Я не могу бросить неуправляемый корабль так близко от планеты. Это жестоко карается, вплоть до увольнения из космического флота, а я этого не хочу. Будем ждать.

В тишине зала управления раздался шумный вздох креусы.

Идущие навстречу файтагу корабли оказались треями — это Антон понял, как только их точки на экране пространственного обзора трансформировались в фигурные чёрточки. Оставалось надеяться, что их экипажи, всё же попытаются вначале как-то приказать экипажу файтага остановиться, а не сразу начнут его обстреливать, но у экипажей леветов, видимо был свой взгляд на, приближающийся к космической верфи, чужой корабль и они решили вначале обстрелять его, а уже потом разбираться с причиной его появления в пространстве Дайранской системы: передние стороны серых чёрточек треев, вдруг, окрасились красным ореолом. Антон мгновенно рванул жёсткий акселератор на себя, тормозя корабль. В сторону файтага метнулись два ярких красных луча, но, видимо не ожидая, что приближающийся корабль начнёт резкое торможение, экипажи треев неправильно вычислили траекторию своих лазерных лучей и они сойдясь на некотором расстоянии от файтага, затем разошлись и растворились в пространстве, где за ним. Хотели ли таким образом экипажи треев приказать чужому кораблю остановиться или же преследовали какую-то другую цель, Антону осталось неведомо, но всё же обстреливать чужой корабль, начавший резкое торможение, они больше не стали.