Ректор по семейным обстоятельствам - Никитина Анастасия - Страница 67

Костер разгорелся быстро. Пристроившись рядом на расстеленном плаще, я нанизала на тонкий прут кусочки холодного окорока, прихваченного в последнем поселке, и закрепила над огнем.

И тут где-то за границей освещенного пламенем костра круга со стороны тракта хрустнула сухая ветка. «Расслабилась!» — мелькнуло в голове, а в ладони уже плясал сгусток раскаленной плазмы. Охранный контур я, разумеется, поставила сразу, как собрала хворост, но мало ли на свете монстров, которым такая защита на два удара лапой?!

— Ровной дороги и чистого неба! — донеслось из темноты, но гасить плетение я не спешила.

На тракте и без монстров хватало опасностей. Да и вообще, правильно как-то сказал бывший хозяин трактира «У наемника»: «Самый опасный монстр — человек». Он знал, о чем говорил — самые страшные шрамы на его покореженном теле оставили как раз люди.

— И тебе ровной дороги! — отозвалась я, впервые услышав собственный новый голос, пока ругалась со стражниками, как-то не до того было. Ну и гадость! — С чем пришел?

— С миром, — отозвался поздний гость и шагнул в круг света.

Я резко выдохнула и забыла вдохнуть. В трех метрах от меня стоял Никс. Пока мое оторопевшее высочество глупо шлепало губами, чернак присел с другой стороны костра и произнес что-то непонятное. Судя по отрывистым рубленым звукам, говорил он по-чернакски, но я-то этого языка знать не знала. Меня, в отличие от Максы и Алексана, ему не учили.

— Совсем маленькой с Черного континента уехала? — с сочувствием проговорил Никс, по-своему поняв мое молчание.

— Угу, — буркнула я, кое-как совладав со сжавшимся горлом.

Мысли метались, как стая взбесившихся варанов. Прогнать незваного соседа я не могла. Не гонят на тракте одиноких путников по ночам. Разве уж гость совсем распоясался, но и то это считалось очень дурной приметой. Но и сидеть вот так рядом… Создатели! За что вы так со мной?!

— Не бойся, не обижу, — мягко улыбнулся чернак, видя, что я продолжаю молчать. — Не рассчитал, думал, успею до города, а тут ящер захромал.

— Прямо тут и захромал? — не удержалось мое язвительное высочество.

Чернак не обиделся:

— Нет. Это я, болван, решил скостить путь. Тут тракт петлю делает, знаешь, небось. А я через осыпь поехал. Ну и… — он развел руками.

— Ясно.

Про изгиб дороги, обходящий старые каменистые осыпи, я прекрасно знала, но при всей своей торопливости рисковать переломать варану ноги, а заодно и себе шею не стала и туда не сунулась. Чернак оказался более рисковым. Или торопился больше? Неужели узнал, что проклятая ректорша испарилась из Академии и мчится доложить об этом хозяину?

— Если я тебе мешаю… — начал было Никс, наконец, правильно поняв мою угрюмую мину, но у моего высочества на этот счет мнение уже изменилось.

— Не мешаешь, — перебила я. — Есть хочешь? Угощайся.

Я сняла прут с поджарившимися кусками мяса и разломила его пополам. Чернак чиниться не стал и угощение принял. А взамен над костром появился котелок, в который он мгновенно натянул воды из воздуха. Пока мы доели мясо, на весь лес уже пахло ароматным травяным чаем.

— Долг платежом красен, — улыбнулся Никс, зачерпнув жестяной кружкой кипящее варево и искоркой остудив его до приемлемой температуры.

Я пригубила напиток, одновременно принюхиваясь. Как бы мое упрямое высочество ни отбрыкивалось от зельеварения, но учили меня на совесть, и уж такие простенькие настои я могла разложить на составляющие по одному запаху. Но ничего вредного или опасного в этом вареве не было.

Когда кружка опустела, я уже окончательно успокоилась и даже решила, как действовать дальше. Никс меня не узнал, да и не мог узнать. Глупо было бы этим не воспользоваться. Мое подлое высочество и воспользовалось, старательно не обращая внимания, как саднит глубоко в груди.

Допивая отвар, я с преувеличенным вниманием вглядывалась в темноту за спиной чернака. В какой-то момент мои усилия увенчались успехом, и Никс обернулся. Этого мгновенья мне хватило, чтоб бросить в кружку щепотку серой пыли из кисета за поясом.

Когда он снова посмотрел в мою сторону, я как ни в чем не бывало протянула ему пустую кружку. Ну почти пустую. Но кто в темноте заметит налипший на влажные стенки порошок? Никс не заметил.

— Что там? — спросил он, зачерпывая настой для себя.

— Показалось, наверное, — пожала плечами я, отчего-то чувствуя себя последней сволочью. Даже захотелось вскочить и вышибить кружку из рук чернака. Но я была принцессой. Меня с детства учили подавлять эмоции и прочие вредоносные порывы. Поэтому мое невозмутимое высочество спокойно смотрело, как переселенец пьет.

— Как меня от тепла разморило, — потянулся Никс, выплеснув в кусты остатки настоя.

— Бывает, — усмехнулась я. — А что тебя по тракту носит?

— Это раньше носило, — хохотнул чернак. — Теперь я оседлый. Ну пока оседлый.

Он немного нахмурился. Похоже, последняя мысль ему не понравилась.

— А что так?

— Раньше я наемником был. Ходил с караванами по тракту. А потом… — плавная речь прервалась. Никс тряхнул головой, пытаясь прогнать навеянную моими травами сонливость. Но этот сбор в свое время не зря так понравился Тайной канцелярии. — В общем, помогли мне, устроился на постоянное место. В Академию стихий в Питруге. Вот уж не думал, что после учебы туда вернусь… Только, как оказалось, ненадолго.

— Надоело? — подначила я.

— Мне-то нет, а вот я надоел, — хмыкнул Никс. — Начальство сменилось, и кончилась моя спокойная жизнь. Такая стерва…

— Почему это стерва?! — не сдержалась я.

— Не потому, что женщина, ты не думай! — спохватился Никс, опять по-своему и в очередной раз неправильно истолковав мои слова. — Она из белаков. Ну знаешь… Из тех, у кого родословная длиннее тракта и самомнение выше неба. Ты же тоже из наемников. Должна была с такими сталкиваться. Для них слова «чернак» и «дурак» — синонимы.

Скрипнув зубами, я сменила тему. Выслушивать о себе гадости мне не хотелось от слова совсем.

— Так тебя уволили?

— Пока нет, но за этим дело не станет.

— А что ж ты на тракте тогда забыл? — наигранно-равнодушно поинтересовалось мое затаившее дыхание высочество.

— Да тут такое дело…

— Какое? — поторопила я, не дождавшись продолжения.

— Девушку ищу, — буркнул чернак и умолк.

— Ну нашел. Вот она я, что дальше?

Но очередная попытка не увенчалась успехом. Никс захлопнул открывшийся было для ответа рот и, завернувшись в плащ, лег ногами к костру:

— Прости. Что-то я заболтался, а ехать еще далеко. Надо отдохнуть.

Говорить, что я удивилась, стало бы сильным преуменьшением. Мое замороченное высочество слетело в откровенный ступор. Да той дозы порошка болтливости, что я ему скормила, хватило бы, чтобы разговорить десяток министров. Противиться действию невзрачной серой пыли было очень сложно, мне ли этого не знать? Ведь подобные штуки я, вопреки приказам и запретам Па, испытывала именно на себе. Так вот. Сама я, зная, что проглотила и каково действие, смогла сопротивляться этой ифитовой смеси раз на пятый, и то с переменным успехом. Раздумывая, есть ли у чернаков врожденный иммунитет к одному из компонентов или это Никс такой экстремально сильный духом уникум, я тоже улеглась.

С необычной сдержанности чернака мысли плавно переползли на собственные планы. Мало того что мне на голову свалился Никс, явно стремившийся туда же, куда ехало мое непредусмотрительное высочество, так еще и вопрос, как попасть в мятежный замок, снова встал во всей красе. Раньше-то я думала покрутиться вокруг, выбрать подходящий момент и наврать охране на воротах что-нибудь про послание Круппа. Наверняка Алексан с нетерпением ждет известий от купленных для сестрички женишков. Но теперь меня все больше терзали сомнения. Да и как отделаться от Никса? Если он узнает меня в замке, мне не жить.

ГЛАВА 24

Что попутчику скормишь, в то и вляпаешься

Проснулась я, вопреки обыкновению, с первыми лучами светила. Впрочем, тому было вполне обыденное объяснение. Варан, которого я из-за вчерашних сюрпризов забыла покормить, выдернул зубами сумку у меня из-под головы, пытаясь добраться до остатков окорока. Шлепнув нахальную рептилию, забывшую, что представители ее породы могут не есть неделями, по морде, мое отбившее затылок высочество поднялось на ноги.