Мой любимый герцог - Грей Амелия - Страница 3

Рата обычно безумно раздражала нервная болтовня, но не сейчас: ему было любопытно и даже весело слушать мисс Фаст.

Он достал из кармана сложенный носовой платок и аккуратно вытер платком грязь со щеки девушки.

Ее голова непроизвольно дернулась, длинные темные ресницы затрепетали.

– Ну вот, – сказал он удовлетворенно.

– Его больше нет? – спросила она с тревогой.

– Нет.

– А что это было? Божья коровка? Она улетела?

Рат показал ей белый платок, на котором красовалось грязное пятно.

Мисс Фаст взяла платок, внимательно рассмотрела и удивленно уставилась на незваного гостя, но вскоре глаза ее вспыхнули негодованием.

– Грязь? – воскликнула она в гневе, смяв платок в руке. – У меня на щеке была всего лишь грязь?

Он кивнул, а девушка еще крепче вцепилась в ручку своей корзинки, едва не кипя от негодования.

– Вы все это задумали… заставили меня молчать, чтобы…

– Молчать? – рассмеялся Рат. – Это называется «молчать»?

Мисс Фаст фыркнула, а он заметил:

– Да вы не замолчали ни на мгновение, хотя я неоднократно просил вас об этом.

– Уверена, что вы ошибаетесь! – заявила девушка, а глаза ее метали молнии от возмущения. – В любом случае во всем виноваты вы. Все, что о вас говорят и пишут, – правда.

– Возможно, так и есть.

– Ни один приличный джентльмен не прикоснется к юной леди без ее разрешения.

– Я знаю правила, мисс Фаст, хотя не всегда им следую.

По правде говоря, Рат старался обходить стороной невинных девиц. Ну, возможно, была у него подружка-другая… или несколько – в ранней молодости, но это было так давно. Потом он осознал, как легко разбить девичье сердце, и теперь у него не было ни малейшего желания связываться с девственницами, и неважно, что его репутация в клубах и скандальных газетенках утверждала обратное.

Рат любил женщин и любил получать удовольствие, которое они ему дарили. Любовницы и вдовы охотно вступали с ним в отношения, но без всяких обязательств и уж точно не открыто, у всех на глазах, как юные девы. Опытные дамы искусны, щедры, угодливы и, как правило, думают лишь о наслаждении – своем и партнера. Они ничего не требовали, и это устраивало Рата.

Хорошо, что в глазах очаровательной мисс Фаст больше нет страха, только возмущение. Это было ближе и понятнее Рату.

– Мне необходимо обсудить с вами кое-что важное. Мы так и будем стоять здесь, на ветру, или, поскольку ваша кузина дома, пригласите меня внутрь?

– Да, конечно, – сказала девушка после некоторых колебаний и указала рукой на дверь, отцепив ее наконец от ручки садовой корзинки. – Пожалуйста, проходите в дом.

Тат опять залаял и побежал в дом, словно приглашение было адресовано ему. Служанка – или экономка? – распахнула дверь шире, но Рат кивнул мисс Фаст:

– Только после вас.

Когда она проходила мимо, он почувствовал слабый запах свежевскопанной земли и травы. Было в этом нечто первобытное, естественное и необычайно привлекательное. Рат вложил перчатки в шляпу, передал экономке и переступил порог.

– Миссис Додл, пожалуйста, разбудите кузину. Скажите, что у нас гость, и я прошу ее присоединиться к нам. А потом приготовьте чай.

– Хорошо, мисс. – Экономка положила шляпу Рата на столик, стоящий у стены под большой картиной, на которой был изображен цветущий сад, и отправилась выполнять поручение.

Войдя в дом, мисс Фаст поставила свою садовую корзинку, в которой теперь лежал еще и его испачканный носовой платок, на тот же столик рядом со шляпой и принялась нервно развязывать ленту, удерживавшую шляпку. Рат слышал, как она что-то тихо, но раздраженно бормочет. Судя по всему, затянула узел, вместо того чтобы развязать. Раздосадованная, что так и не справилась с узлом, она сбросила шляпу на спину, явив его взору потрясающую копну золотисто-рыжих волос, которые так сверкали, словно на них светило солнце. Неожиданно Рату захотелось уткнуться в них лицом.

Девушка завела руки назад, чтобы развязать передник, и тот, в отличие от узла шляпы, сразу поддался. Сняв передник, она положила его поверх корзинки, а Рат вдруг подумал, что с радостью помог бы ей справиться с этим предметом туалета, если бы возникли проблемы, рискуя опять вызвать ее возмущение.

Ему бы это понравилось.

Рат видел, как она глубоко вздохнула: округлые плечи поднялись и снова расслабленно опустились. Ему нравилось наблюдать, как она собирает волю в кулак: красивая мисс изо всех сил старалась успокоиться, прежде чем повернуться к нему, – а когда это, наконец, произошло, ее лицо было спокойным и уверенным. Так намного лучше, решил Рат.

– Кузина вскоре присоединится к нам, – сообщила она. – Мы подождем ее в гостиной.

Рат прошел за мисс Фаст по короткому коридору в небольшую, хорошо обставленную комнату, окинул взглядом обтянутые камчатной тканью диванчики и стулья, вполне приличные шторы, фигурки и лампы на столах. Все здесь было хоть и просто, но вполне приемлемо.

– Прошу вас, садитесь, – предложила мисс Фаст, жестом указав на диванчик, весь в ярких весенних цветах. – Подождем кузину.

– Ничего, я пока постою, – сообщил Рат, не в силах оторвать глаз от узла, в который запуталась шляпная лента.

Он явно давил ей на шею, доставляя дискомфорт. Интересно, как она отреагирует, если он попытается его развязать? Она возмутилась, когда он вытер платком ее щеку, а что будет, если развяжет узел? Ведь при этом его пальцы коснутся ее кожи. Одна только мысль об этом вызвала напряжение в паху, и он с шумом втянул воздух. Что ж, все объяснимо: она – привлекательная юная леди, а он – мужчина. Так и должно быть, только не у него: никаких планов на подопечную.

– Итак, ваша светлость, я вас в бог знает который раз спрашиваю: почему вы здесь?

А чего еще ожидать от леди, которая с детства не боится лягушек? Только вот всей правды он не мог ей сказать. Не признаваться же в том, что в какой-то момент горько пожалел о своей былой невоздержанности. Он подумал, что, заменив престарелого опекуна этой девушки, хотя бы в какой-то степени искупит свою вину перед теми юными леди, которым навредили письма от тайных поклонников, и загладит вину перед отцом, который не только оставил ему процветающие поместья, но и всегда был джентльменом.

Были и другие причины, которые мужчине еще труднее признать: слишком много бренди и то, что два лучших друга недавно женились, были счастливы в браке, больше не ходили по вечерам в клубы и не сидели ночи напролет за картами. Рассказывать об этом нет никакого смысла. Главное – он откликнулся на просьбу Олингуорта о помощи. Остальное не имеет значения.

Он достал из внутреннего кармана сюртука запечатанный конверт и протянул ей.

– Это письмо от вашего опекуна, мистера Олингуорта. Прочтите, и поймете, почему я здесь.

Мисс Фаст взяла конверт, несколько секунд смотрела на него, потом подняла глаза на Рата.

– Я в замешательстве. Откуда у вас письмо, адресованное мне мистером Олингуортом?

– Оно вчера пришло вместе с документами.

Улыбка слегка тронула уголки ее губ, и Рат поймал себя на том, что мысленно просит ее улыбнуться еще, даже засмеяться.

Вместо этого девушка сказала:

– Я всегда рада получить весточку от мистера Олингуорта, но не понимаю, почему ее доставили вы. Трудно поверить, что вы взяли на себя роль посыльного.

– И вы правы, мисс Фаст, – усмехнулся Рат. – Я не читал письмо, но знаю, о чем оно, поэтому решил, что мне лучше быть здесь, когда вы его прочтете, поскольку у вас могут возникнуть вопросы.

– И о чем же он пишет?

– О том, что здоровье его неуклонно ухудшается и он должен передать опеку над вами кому-то другому.

– Да. – Девушка тяжело вздохнула. – Я знала, что это рано или поздно произойдет: он уже давно болеет. Его письма стали редкими и сумбурными. В последнее время я несколько раз просила разрешения навестить его, но он всегда мне отказывал.

Неожиданно она замолчала и подошла к окну. Рат тоже молчал, давая ей возможность осознать полученную информацию, которая напрямую касалась ее будущего. Он никуда не спешил. Ему нравилось просто смотреть на красивую девушку.