Дух-покровитель (СИ) - Коптев Андрей Алексеевич - Страница 52

До утра приходил в себя. Когда с болота приполз предрассветный туман и в лесу ухнул филин, только тогда, вздрогнув, сбросил оцепенение и огляделся. Люди спали беспокойно. Свернувшиеся калачиками тела дрожали, но никто не просыпался. Костер погас, но угли еще не остыли. Жалость и сострадание — вот те эмоции которые рождала открывшаяся картина. «Все будет хорошо, обещаю», — шепнул прижавшемуся к ноге духу ондатры. «Присмотри за ними, я за едой», — кивнул на людей, создавая порыв ветра и укладывая остатки веток на побагровевшие угли. Призрак кивнул и утвердительно пискнул.

Мои вчерашние действий аукнулись. Кровавая разделка бычка привлекла хищников и отпугнула травоядных. Возле останков во всю кипела жизнь. Две стаи гиен активно делили добычу. Сопровождалось все это лаем, рычанием, визгом и буйством эмоций. Ближайшее стадо выглядело точкой на горизонте, да и то увидел его лишь в энергетическом спектре. Большая масса травоядных — это довольно яркое зрелище для духа. В общем, пришлось не только далеко лететь, но еще и вести будущий обед по широкой дуге, чтобы он не достался кому еще. Нет, реши на замороченного тура напасть какой-нибудь хищник, отогнал бы легко, но потом пришлось бы снова с жертвой работать. Инстинкты — мощная штука. В некотором смысле они в обход разума действуют.

Из-за всего этого, довел тура лишь к обеду. Еще и повозиться пришлось, так как этот обитатель степей категорически не желала в лес заходить. Ничего, справился. Пусть далеко не сразу, но убедил животинку, внушив запах течной самки. Против такого тур не устоял и ломанулся сквозь кусты не хуже лося.

Глава 40

Пугать людей не стал, у мужчин не только сил для охоты не было, но и все копья в болоте остались. Немного магии и молния оборвала жизнь приведенного на заклание животное. «Все, осталось люде привести», — сказал, утирая несуществующий пот и спеша к стоянке болотников.

— Не понял, где шаман? — задал вопрос призраку ондатры, когда оглядел галдящую у костра толпу.

— Сбежал, — ответил дух.

Конечно, как таковых слов не было, но отправленный мне поток мыслеобразов сводился к тому самому «сбежал». Он же и картину произошедшего осветил. Мог бы и предвидеть, если бы дал себе труд заранее просчитать ситуацию. Элементарно же все!

Когда люди проснулись и к костру подтянулись, они задумались о всем с ними случившемся, а тут и шаман к огню приковылял. Дальше ожидаемо — народ стал задавать вопросы, на которые утырок не мог ответить. Что-то он наверняка плел, да только никого не убедил. Его бы линчевали на месте и, но вмешалась пятерка шашлычников. Все же они видели меня вот и воспротивились самосуду. Там и остальные вспомнили о летающих по воздуху веточках-шампурах с мясом. Короче говоря, остатки племени решили не спешить. Верней, отвлеклись на спор, чем и воспользовался шаман. Он тихонько отполз в сторонку и дал деру. Причем, побежал он к болотам, а у преследователей на топи с недавних пор аллергия, потому и ушел гад целым и невредимым.

«Ладно, снявши голову перхоть не лечат», — потрепал по голове опустившего морду призрака и послал искорку маны в старшего из мужчин. Тот так и замер с рукой в замахе. Просто он что-то остальным доказывал, сопровождая слова «рубкой» воздуха ладонью. Удивление, страх и надежда сменились на его лице за считанные секунда, а потом он прижал руки к груди и склонил голову. «То ли это интернациональный жест, то ли вся округа от общего предка-племени пошла», — хмыкнул, указывая на ближайших мужиков покрепче и делая жест идти за мной.

— Тыр-пыр, хыр-мыр! — рявкнул старший.

— Фыр-пыр-шыр, — ответили остальные вставая.

«Но язык определенно другой», — вздохнул про себя, летя неспешно к туру. Мужики резво бежали следом. Оставалось лишь поражаться их выносливости. Ведь сплошные кожа и кости, всего-то только вчера впервые за много дней поели, а смотри ты, бегут легко и даже радуются. «Вот», — указал на еще теплое тело тура, а затем продемонстрировал тут же срезанную веточку, надев на нее пару листиков. Охотники даже лбы морщить не стали, сходу сообразив, что сказать хочу. Дружно кулаки к груди поприжимали и головы склонили. Старший что-то сказал, но я лишь рукой махнул, призрака ондатры подхватил и ускорением к краю болот ушел. Позже решу проблему с языком. Сейчас и поважней дела есть.

Шарик маны лопнул и в голове возникло чувство направления. «Ну что, пойдем, пообщаемся с утырком?» — взглянул на духа ондатры. В ответ он продемонстрировал плоские зубы грызуна, которые тут же превратились в острые иглы клыков. Хмыкнув на столь недвусмысленное предложение полетел вперед. Беглый шаман не успел забраться далеко в топи, потому и спешить не стоило.

Пролетев над зелеными пучками трав, угнездившихся на кочках и ведущих непримиримую битву за жизнь, оказался в мрачноватое царстве поросших мхом осклизлых пеньков и украшенных лишайниками чахлых деревьев. Промеж которых раскинулся ковер водных растений. Мириады корешков сплелись и образовали подобие наполненного водой матраса. Коварная поверхность. Хорошо, что летать умею.

Огибая островок, на котором росло исполинское дерево неизвестной мне породы, отгородившееся от остального мира частоколом из камыша и осоки, услышал сиплый хрип, а затем и увидел его источник. Шамана нашла судьба. Или он ее встретил, что не суть важно. Провалился утырок в трясину, и теперь та медленно засасывала его вглубь.

Ужас наполнял округу, ощущался чем-то липким и горячим. На миг во рту появился вкус тухлятины и захотелось сплюнуть. Сдержался. Отгородился мысленно плотным плащом. Шаман хрипел и бился. Пальца с обломанными ногтями цеплялись за осклизлый корень, оставляли на нем окровавленные полосы, но болото уже вынесло приговор. «Не откупился от смерти чужими жизнями», — хмыкнул, присев возле тонущего и заглянув в безумные глаза. Шаман не ответил. Вряд ли он вообще мог хоть что-то осознавать.

— Мне нужны его знания, — сказал призрачной ондатре, замершей возле ноги.

Та не сразу поняла, что именно я от нее хочу, но после череды мыслеобразов уразумела и прыгнула на голову шамана, мигом вливаясь в его энергетику. Подкормленная верой людей, она не только вернула форму тела и обрела детализацию образа, но и стала достаточно сильна, чтобы справиться с заданием. Поэтому и взял ее с собой. Не хотелось лезть в протухший мозг, да и мысли кое-какие имелись.

Разумеется, безучастным наблюдателем не остался. Знания шамана полезны, но куда важней отследить процесс работы духа с разумом. Именно поэтому запустил руки в голову тонущего. Понять происходящее удалось частично, но в целом мне хватило и этого. Конечно, чудо-юдо не человек, но базовые принципы контакта схожи. В каком-то смысле все это можно сравнить с классикой по типу — любая вода жидкость, но не любая жидкость вода. Пронаблюдав процесс в деталях и сравнив его с недавним опытом, окончательно уверился в возможности промыть чуду-юду мозги. Или привить, тут как получится. Последнее могло стать идеальным вариантом, но основная задача все же стояла в объединении с племенем рыбаков.

Дух ондатры покинул шамана, причем, в некотором смысле, проявив на последок милосердие. Человек и так лишился рассудка от страха, а призрак окончательно добил остатки разума. Топь сомкнулась над молчаливым и безучастным телом. Утопленник даже глаза на рефлексах не закрыл, когда в них вода попала. Да и бездна с ним. Шаман получил по заслугам.

«Идем», — махнул в сторону берега духу, который вымахал до полутораметрового размера и приобрел антропоморфные черты. Такой себе человекозверь вышел. Несколько отталкивающий на морду, но вполне гармоничный телом. Правда мозгов у него не особо прибавилось. Во всяком случае говорить он так и не начал, но хоть передал знания шамана, послужив своеобразным экраном и фильтром. Информацию снимал выборочно, предварительно просматривая всю непутевую жизнь утопленника. Она меной как кино в ускоренной перемотки воспринималась.

Болотная эпопея отняла довольно много времени, хоть и пролетела чуть ли не мгновенно по субъективным ощущениям. К моменту возвращения на стоянку, люди не только съели тура, но и успели наладить быт, обзаведясь кое-каким инструментарием и оружием. Они бы и вовсе ушли с неудобного места, но Илдар не позволил. Этот мужчина лет тридцати стал не только лидером остатков племени, но и умудрился уверовать в меня. Может каким подспудным посылом приправил направленную в него искорку маны? Нет. Маловероятно. Всегда претило быть в центре внимания.