Наука и проклятия - Орлова Анна - Страница 44

— Не переживайте, — ответил он, нетерпеливо переступив на месте, как застоявшийся конь. — Без меня его не открыть.

Донал был одет в черные свитер и брюки, на которых не видно ни пыли, ни побелки. Неужели лично прибирается в потайных коридорах, чтобы не испачкаться в случае чего? Что-то тут не сходилось…

Вот только правду из него клещами не вытянешь. Состроил каменную мину и смотрит мимо.

— Так я могу идти, миледи?

Я кивнула, украдкой зевнув, и вспомнила:

— Мистер Грин, когда вы сможете заняться проводкой?

— Я уже все сделал, — перебил он, усмехнувшись. — Принимайте работу, миледи. Осталось только провести электричество сюда, я побоялся вас разбудить.

Как была — босиком и в одеяле — я кинулась в лабораторию. И уважительно присвистнула, обнаружив тихо урчащий холодильник и нормальные электрические лампы. Щелкнула тумблером вытяжки, и она негромко басовито загудела.

— Вы волшебник! — сказала я с чувством. — Вы что же, всю ночь тут работали?

Остановившись у входа, Донал привычно оперся плечом о косяк и скрестил руки на груди.

— Вы больше на меня не злитесь?

Я хмыкнула, разглядывая его лицо. Он улыбался, но взгляд — серьезный и строгий — выдавал нешуточное напряжение, хоть электроприборы подключай.

Значит, это он так извинился? Что же, деятельное раскаяние, говорят, смягчает наказание. Мне определенно нравился такой подход. Лучше сделать что-то полезное, чем трепать языком, присыпая свою вину банальными извинениями.

Я отвернулась, чтобы включить небольшую электроплиту. Еще вчера ее тут не было.

— Хотите кофе?

Пауза и спокойное:

— Не откажусь.

— Тогда устраивайтесь, — махнула рукой я. — Сейчас сварю. Стоять у плиты, кутаясь в одеяло, было неудобно, оно норовило съехать или угодить краем на раскаленную конфорку. Но светить перед Доналом обнаженными плечами было неловко, а одеваться — откровенно лень. Не хотелось нарушать волшебство момента. Сегодня Донал не смотрел букой, даже улыбался, а я… я по достоинству оценила его желание порадовать меня с утра пораньше.

Умудрился ведь даже не разбудить! Талант.

— Держите. — Я протянула нежданному гостю кружку с крепчайшим кофе и устроилась прямо на подоконнике. — Только у меня нет сливок.

Донал вдруг заговорщицки мне подмигнул и полез в карман.

— Зато у меня есть печенье.

Он развернул сверток, одуряюще пахнущий песочным тестом, ванилью и изюмом, и положил его рядом со мной. Сам же остался стоять напротив.

— Только не говорите, что вы сами это пекли, — попросила я, взяв одну штучку. — Я не выдержу такого изобилия ваших талантов.

— Не переживайте, — усмехнулся он и хрустнул печеньем, запив его большим глотком кофе. — Готовить я не умею.

— Какое облегчение, — пробормотала я, покачивая босыми ступнями.

— Я принесу вам туфли, — нахмурившись, предложил Донал, отставляя чашку.

— Бросьте, — отмахнулась я, понемногу отпивая горячий Кофе. — Я совсем не замерзла.

Мы молча пили кофе. Донал разглядывал меня исподтишка, притворяясь, будто любуется видом из окна. Я покосилась через плечо на хмурую равнину, затянутую туманом, и спросила:

— Вы, случаем, не в курсе планов Фицуильяма на сегодня?

Он слегка напрягся.

— Милорд уехал еще вчера, обещал вернуться завтра к ужину.

— Ясно… — досадливо поморщившись, я допила кофе.

— Если не секрет, зачем он вам понадобился? — осведомился Донал разом похолодевшим тоном.

— Да на опыты. — Я отставила чашку, надеясь, что не смахну ее ненароком, и взяла еще одно печенье.

Донал подавился кофе.

— Кхм?

— А? — наконец до меня дошло, как это прозвучало. — Кое-какие образцы у него нужно взять.

Донал понимающе кивнул, но допытываться не стал и в помощники больше не навязывался.

Опыты я планировала элементарные, так что справлюсь одна. Для начала — проверить под микроскопом подвижность сперматозоидов и выяснить, кто победит — проклятие или благословение. Для этого нужно взять мою яйцеклетку (благо я прихватила из домашней лаборатории достаточный запас) и сперму Фицуильяма, поместить в условия, близкие к реальным, и посмотреть, побегут ли на яйцеклетку заколдованные сперматозоиды.

Однако Фицуильям не оставил мне материал для исследований, так что пока возьмусь за анализы крови. Надо же с чего-то начинать.

— Удачи вам, — тепло пожелал Донал, отставляя опустевшую чашку. — Спасибо за кофе.

Хм. Мне кажется или он перестал назойливо тыкать мне под нос вечное свое «миледи»?

— Донал! — окликнула я, когда он уже начал спускаться.

— Да? — отозвался он с запинкой и нехотя обернулся.

— Почему вы так, — я попыталась подобрать слово, но нужное все никак не находилось, — переменились? Мне казалось, вы всерьез на меня разобиделись.

По лицу Донала пробежала тень.

— Вы ведь скоро уедете. Я понял, как мало у нас времени, не хотелось бы тратить его на глупые обиды. Простите, мне нужно идти.

Он исчез прежде, чем я подобрала достойный ответ.

— Мяу? — вопросительно мурлыкнула подкравшаяся Марка и вспрыгнула на подоконник.

— Полное мяу, — согласилась я и тряхнула головой.

Ну, за работу!

Анализы крови я перепроверила трижды, но результаты не изменились. Оч-чень любопытно! У семейства Скоттов в шкафах столько скелетов, что удивительно, как туда помещается что-то еще. Интересно, Донал в курсе?

Стоило мне об этом подумать, как с лестницы вежливо постучали.

— Миледи, — позвал Донал громко. — Можно войти?

— Да, заходите. — Я оторвалась от микроскопа и потерла затекшую шею.

В лабораторию впорхнула Бетти, опасливо поглядывая по сторонам. В руках она несла поднос, груженный разнообразной снедью. Куда мне столько?

Надо же, я так увлеклась, что не слышала дребезжания посуды и шагов Бетти. Начальник стражи передвигался бесшумно, а вот горничная цокала каблучками по каменному полу и громко, запыхавшись, дышала.

— С вашего позволения, миледи, я позавтракаю с вами, — официальным тоном объяснил Донал, мотнув подбородком в сторону изобилия на подносе. — Чтобы не отлучаться надолго.

— Конечно. — Я кивнула и посторонилась. — Бетти, накрывай тут.

— А… — Горничная хлопнула ресницами и прижала поднос к себе. — Вы не отравитесь, миледи?

И с испугом покосилась на заставленный пробирками и колбами стол.

— Не переживай, — хмыкнула я. — Ядов тут нет.

Хотя как сказать. Моя драгоценная свекровь — та еще змеища, мало ли, что там в составе ее крови?

Бетти мне явно не очень-то поверила, поскольку завтрак сервировала, то и дело вздрагивая. Со стороны моя лаборатория наверняка выглядела страшновато. Во-о-он на том старинном гобелене у рыцаря такой вид, будто ему что-то оттяпали без наркоза, и теперь бедняга разевал рот в беззвучном крике. Ни дать ни взять, жертва безумного ученого. Вместо пресс-папье я использовала побитый жизнью моргенштерн, а кукушка в часах из-за множества ремонтов стала выглядеть каким-то странным мутантом. Она вскочила аккурат в тот момент, когда Бетти закончила расставлять тарелки, и своим хриплым «ку-ку» перепугала бедняжку до трясучки.

— П-простите, миледи, — еле выговорила Бетти, собирая с пола оброненные салфетки. — Я…

Я отмахнулась, не слушая извинений.

— Ничего. Можешь идти.

— Да, миледи. — Она торопливо сделала книксен и умчалась, только каблучки по лестнице застучали.

— Присаживайтесь, — на правах хозяйки позвала я гостя. — Надеюсь, вас еда на лабораторном столе не испугает?

Донал хмыкнул и отодвинул мне стул.

— Кровь и трупы на мой аппетит не влияют.

Прозвучало так буднично, без малейшего ерничанья, что мне стало не по себе.

— Трупов обеспечить не могу, уж простите, — пошутила я натужно.

— Обойдусь, — ответил он серьезно. Лишь блеск в глазах выдавал иронию.

— Тогда приятного аппетита, — пожелала я и принялась за яичницу с ветчиной.

Донал, как всегда, методично и плотно заправлялся. Я тоже обнаружила, что успела здорово проголодаться, и умяла свою порцию в два счета. Так что некоторое время мы молча жевали.