Моя судьба с последней парты (СИ) - Фарди Кира - Страница 21

— А Звонаревы не местные, — ответила женщина. — У нас появились года четыре назад. Венька еще совсем маленький был. О себе не очень много рассказывали, но мужчин в их доме никто не видел, это точно. Венечка, — в голосе появились ласковые интонации, — пойдешь со мной?

— А молоко с печеньем дашь?

— Конечно, дам, — женщина взяла Веньку за руку, потом повернулась к Илье, — а вы можете бабушку мальчика тоже ко мне привезти, если все в порядке?

— Конечно. Вы не подскажете, как мне пройти к больнице? Я совсем потерялся в лабиринте ваших улиц, — пошутил Илья.

— Точно. Строили поселок, как придется, хотя определенная планировка есть. Сейчас выйдите из проулка, поверните направо и увидите подобие памятника: рыбка с открытым ртом стоит на хвосте. Раньше там фонтан был, а при новой власти все запущено, — женщина махнула рукой. — Там спросите дорогу. Если весь путь буду рассказывать, опять заплутаете.

— Спасибо большое.

Обрадованный, что так просто разрешился сложный вопрос, Илья помахал рукой Веньке и, насвистывая, бодро зашагал по дороге.

Если бы он оглянулся, то увидел бы, как из калитки ближайшего дома вышла Ольга и направилась к женщине с мальчиком. Ребенок радостно вскрикнул и бросился к матери. Но судьба просто так не дается в руки. Ее повороты порой очень причудливы, а трудные жизненные загадки требуют непростых решений.

Глава 11

Оля бежала по лавандовому полю.

Белое платье взвихривалось вокруг голых коленок, лиловые цветы щекотали ноги, золото волос плескалось по спине. И счастье. Счастье ореолом окружало смеющуюся девушку. Она оглядывалась: сзади, в паре шагов от нее бежал Илья.

— Догоню! — весело кричал он, и тогда Оля подскакивала, как молодая козочка, и, хохоча в голос, неслась вперед.

Внезапно голубизна неба померкла. Оля остановилась и посмотрела вверх: солнце закрыли черные тучи. Откуда-то повеяло холодом. Девушка зябко передернулась и обхватила себя руками.

— Илья! — позвала она. — Я хочу домой.

Резко повернулась, и крик застрял в сведенном спазмом горле: рядом с любимым стояли два человека в спецназовских масках и держали его за руки. Оля рванулась навстречу.

— Нет! Не надо! Беги! — пронесся над полем хриплый крик.

— Беги! — шелестела лаванда.

— Беги! — свистел ветер.

Оля поднялась на цыпочки и взлетела, но что-то сильное дернуло ее на ногу. Она упала на землю. Тяжесть большого мужского тела навалилась, придавила ее к цветам. Она кусалась, царапалась, пиналась. Сопротивлялась, как могла, но человек был сильнее.

— Помоги! — выдавила из себя она. — Илья, помоги!

Но любимый пропал…

Проснулась Оля резко. Будто что-то толкнуло в бок. Она подхватилась на кровати. Руки дрожат, лоб покрыт холодным потом, щеки мокрые от слез. Сердце колотится, как бешеное. «Что-то случилось?» — мелькнула мысль. Первый год после насилия она постоянно видела кошмары, но после рождения Веньки они исчезли. То ли потому, что за день уставала так, что падала в постель без задних ног, как подкошенная. То ли потому, что острота впечатлений померкла. Чем вызван сегодняшний кошмар? Почему она опять видела Илью, причем так ясно, будто и не расставались на шесть лет?

Оля огляделась: ее комната, привычная обстановка, солнечный луч заглядывает в комнату сквозь кружевной тюль и заставляет зажмуривать глаза, на тумбочке тикает будильник. Все спокойно. Быстрый взгляд на циферблат. Она спала только час, и ни минутой больше. Мало, поэтому Оля чувствовала себя разбитой.

Она встала, выглянула в окно. Во дворе никого. Мама с Венькой еще не вернулись из магазина. Спать не хотелось. Оля оделась, умылась, сварила себе чашку кофе, чтобы прогнать остатки сна. Хотела заняться домашними делами, но почему-то не смогла. Ходила бесцельно по комнатам, то носочки Венькины положит на место, то игрушку поднимет. Вышла в огород, взяла лейку в руку, поставила. Не шла работа. Тревожное чувство, лишь слегка тронувшее крылом сердце, вдруг усилилось и полностью завладело мыслями.

Оля поставила лейку на землю и выглянула из калитки. К своему удивлению она увидела сына, которого держал за руку высокий мужчина, разговаривавший с их соседкой Анастасией Ивановной. Адреналин прилил к голове. Ольга бросилась на улицу, но, увидев, что незнакомец передал Веньку соседке, перешла на шаг. Пристально посмотрела в спину уходящего мужчины, но не узнала. Сейчас ее гораздо больше волновал вопрос: «Куда пропала мама? Почему Венька один?»

— Анастасия Ивановна! Подождите! — крикнула она.

Венька обернулся на голос и с радостным визгом бросился к матери.

— Олюшка, ты только не расстраивайся, — осторожно начала соседка, заглядывая ей в глаза.

— А что случилось? — Оля обняла сына, потом отодвинула его от себя и заглянула в глаза. Но хитрый мальчишка сделал вид, что не понимает вопроса. — Веня, где бабушка?

— Оля, Галина Семеновна попала под машину, — ответила за мальчика соседка, но, увидев испуганное лицо девушки, заторопилась, — она не пострадала. Просто упала, когда гналась за этим пострелом.

— Ма-ма, — заревел в голос Венька, — это не я-я-я. Мячик укатился. Не ругай меня!

— Ох, Веня! Сколько раз я тебе говорила… — вздохнула Оля и погладила сына по румяной щечке. — Анастасия Ивановна, присмотрите за ним. Я в больницу.

Ольга сдала мальчишку на руки доброй женщине и заторопилась в стационар. В приемном покое больных не было. Ее сменщица Варя пила чай, здесь же крутилась и Гульнара, для которой больница давно стала родным домом.

— Узнала про мать? — лениво поинтересовалась Варя, шумно прихлебывая горячий чай. — Да не парься. Все в порядке. Немного давление повысилось от испуга и все.

— А где она?

— Так водитель, который ее привез, обратно домой обещал доставить. Они только что вышли. Ты с ними не встретилась?

Но Оля уже бежала по коридору, не слушая подругу. Она выскочила на крыльцо и заметила габаритные огни удалявшейся машины. Оля замахала руками. Автомобиль затормозил и остановился. Дверь со стороны водителя открылась, и, к своему удивлению, Оля увидела Михаила Васильева, с которым рассталась несколько часов назад. Его лицо тоже было ошарашенным. Глаза вспыхнули восторженным блеском. Оля даже подалась назад: с некоторых пор она боялась слишком сильных эмоций. Особенно у мужчин. И не верила им.

— Вот видите, судьба нам снова встретиться, — радостно воскликнул Мишка и рванулся навстречу. Оля опасливо по кривой обошла его,

— Вы о чем? Где мама?

— Это ваша мама? В машине. Ну, и дела! — Миша покачал головой. — Вы только не расстраивайтесь. Галина Семеновна не пострадала. Давайте я отвезу вас домой.

— Спасибо, но не надо. Мы сами доберемся. Это недалеко, — отказалась Оля. Она помогла маме выйти из автомобиля, подала ей трость и крепко обняла. Она чувствовала себя натянутой струной — чуть тронь, и лопнет. Только увидев мать целой и невредимой, Ольга немного расслабилась.

— Как жаль! — на лице Мишки было написано такое разочарование, что она невольно рассмеялась.

— Ольга. Не капризничай, — встала на сторону парня Варя, выбежавшая следом за ней. Глаза девушки горели любопытством, уголки рта поехали вниз. Внезапно выражение лица медсестры напомнило Оле ее школьную подругу Жанну, когда та смотрела на нее перед выпускным. «Это что? Зависть? — недоуменно подумала она. — Чему завидовать? Подумаешь, парень подвез маму до больницы! Сам и виноват, вот и исправил ошибку. Любой человек так поступил бы». Но избавиться от неприятного чувства дежавю не получалось.

— Варя, я сама разберусь, не обижайся. Ладно? — обратилась Ольга к девушке, добавив в голос просительную интонацию: не хотелось наживать нового врага. Есть ситуации, которые девушки не прощают друг другу. Эта — одна из таких. Замечание, сделанное в присутствии красивого парня, намного обиднее и порождает желание отомстить при случае.

— Да мне-то что? Тебе же помощь предлагают, а ты ломаешься, — все же фыркнула обиженно Варя, но не ушла, осталась.