Клоуны водного цирка (СИ) - Седов Константин - Страница 8

Но эти слова франта расстроили. Он кивнул одному из стражников и тот двинул древком алебарды наглецу под дых. Тот с удивительной для такого амбала проворностью, дернулся, пытаясь отскочить, но помешала толпа и он, согнувшись, скорчился на полу.

— Здравствуйте артисты, — продолжил тем временем франт и расплылся в неспешной улыбке, глядя на реакцию. — Вы не ослышались. Теперь вы действительно артисты. Вам выпала редкая честь…

— Рва-а-а-а-ать!!! — вопль карлика донесся откуда-то издалека.

Франт поморщился и закрыл ногой дверь.

— Вам выпала редкая честь выступать в удивительном и единственном в своем роде Цирке! И это не просто цирк. Это Водный Цирк!

Франт улыбнулся тонкими губами и продолжил:

— Нам с вами важно найти взаимопонимание. Я хочу, чтобы вы понимали, где вы находитесь и что вам предстоит… нет, не так — он качнул головой, — чего от вас ждут люди? Ждет публика. Да, вы люди подневольные. Но, поверьте, как и большая часть обычных артистов. А у нас представления куда ярче.

Толпа невольников молча смотрела на него. Никто ничего не понимал.

— Мечта каждого артиста — прославиться, — франт в шляпе вошел во вкус, — прославиться, сделать свое выступление незабываемым. Так, вот — у вас будет такая возможность.

Франт улыбнулся и прижал руку к груди:

— Обещаю — каждое ваше выступление будет, если и не незабываемым, то запоминающимся! — Улыбка стала шире, — во всяком случае, для вас. А теперь за мной.

Дверь перед ним предусмотрительно распахнули, франт скрылся в проеме.

— Пошли, пошли, бегом! — закричал один из стражников.

Толпу стали подгонять сзади невесть откуда взявшиеся за их спинами новые стражники. Крайних толкали древками алебард. Толпа, вслед за франтом вливалась в широкий проем двери. Бугай встал с каменного пола и с шипением втянул воздух сквозь зубы.

— Какой обидчивый, — покачал он головой. И опять непонятно, к кому обращался?

Курти вслед за всеми вошел в огромный зал. В лицо дыхнуло прохладой. Толпа невольников оказалась на большом, но невысоком балконе. Посредине балкона стоял круглый мраморный стол. Под балконом лениво плескался бассейн, занимавший большую часть зала. Конец бассейна уходил куда-то за дальнюю стену. Начинался бассейн не в помещении, а где-то за ним и стена служила скорее перегородкой, чем частью зала. По краям бассейна шло ограждение из красного мрамора. Из его прожилок вырастали чугунные ажурные решетки. Красивые, но массивные.

— Меня недавно спрашивали, кому бы я соответствовал в обычном цирке? Варианты были разные, но мне больше всего нравится слово «смотритель». Итак, я ваш смотритель Арман Пикар, — франт стоял у края балкона, упираясь спиной в ограждение и настроен был благодушно.

— Плавать надеюсь, все умеют? Хотя это не так уж и важно. Не все представления, напрямую связаны с плаванием. Но вода присутствует в каждом. А теперь я познакомлю вас с еще одними участниками ваших будущих триумфов… О-о-о… кого я вижу?! — от устремил взгляд куда всем за спины.

Все обернулись. Стражники ввели на балкон тех двоих, что были прикованы в тележке.

— Не поверите, скучал… — и тут же вновь к толпе. — Нет, нет. Знакомить я вас буду не с ними. Здесь есть другие, не менее важные участники. Причем прямо здесь. Они уже в этом зале, — и снова начал улыбаться. Стражники заухмылялись вслед за ним.

— Вот тебя мелкий как зовут?

Курти не сразу понял, что обращаются к нему. Смотритель Арман, подошел к нему и приобняв за плечи повел его к балконному ограждению.

— Посмотри вниз. Всех касается!

Курти посмотрел. Вода была прозрачная и он увидел.

Внизу плавало несколько тварей. Про акул Курти слышал, но сам не видел. Не водились они около Еловы. Но описаний от моряков слышал предостаточно, чтобы понять — внизу не акулы.

Сизое удлиненное тело. Семь-восемь футов в длину. Неярко выраженная форма головы и подобие толстой шеи, чего у рыб не бывает. Короткие, толстые лапы. Нижние почти не различимы, верхние чуть крупнее. Треугольный плавник на спине и поперечный хвостовой. Одна из тварей повернулась белесым брюхом вверх и Курти разглядел огромные зубы в вытянутой приоткрытой пасти.

— Парень, ты на меня не обижайся, судьба у тебя такая. По идее, мы должны были подготовить свиную тушу, чтобы продемонстрировать их возможности, но не успели.

У Курти, что-то оборвалось внутри.

— Сегодня день суматошный, — продолжал Арман, крепко обнимая его за плечи, — а без демонстрации нельзя. А ты мелкий…

— Нас кормить когда будут?

Хватка Армана обмякла. Он удивленно обернулся.

— Что?

Один из заключенных, невысокий и пухлый, с начинающейся лысиной среди курчавых рыжих волос, чуть заискивающе повторил:

— А нас кормить когда будут?

Арман поднял брови и произнес:

— Вот начало сезона в этот раз. Все суматошно, наспех. Кого только не покупают. Ты как сюда попал-то? Ты кто?

Он отпустил Курти и направился к толстяку.

Курти ухватился за ограждения балкона, не сводя глаз с бассейна. Ноги были ватные.

— Пит Андрес ваше Сиятельство. Камералист я. Казначеем был при купце Хилде айт Янсене. Он сказал, что я проворовался, но честное слово…

— Да плевать мне. Хотя с закупщиками я все же поговорю. Им даются совершенно ясные указания, какого типа рабы нужны, но все равно вот такие вот проскакивают. Камералисты.

Арман подошел к толстяку и теперь приобнял уже его.

— Рабы? Мы же артистами будем, вы сказали, — толстяк говорил все так же растерянно.

— Ой, чудо ты мое. Ты мне прям, понравился, честное слово. Ты до сих пор ничего не понял. То есть не как все, — которые хотя бы осознают свое положение, но не догадываются лишь о деталях, а не понял вообще ничего.

Арман подвел Пита к краю балкона и лениво протянул руку одному из стражников. Тот вложил ему в руку нож.

— Вы вниз так и не посмотрели? А зря. Там есть на что взглянуть. Стражники стали подталкивать людей к краю балкона. Армана с толстяком взяли в круг, чтобы никто не подошел слишком близко. Арман продолжил:

— Это знакомьтесь, кайкапы.

С этими словами, он поднес нож к шее толстяка.

— Они тоже, в некотором роде артисты. И большую часть времени, выступать вы будете с ними. Привезли их из такого далека, что вы никогда о таких местах и не слышали. Я и сам-то про Тагаронгу узнал только от малагарцев, но это не важно.

Глаза толстяка расширились. Он задергался, переводя испуганный взгляд от бассейна к ножу.

Арман перерезал веревку связывающую шею толстяка и начал резать веревки на его руках.

— Это не даже не для того, чтобы вас напугать. Это для того, чтобы вас мотивировать.

Он повернул толстяка лицом к себе.

— Проголодался, значит. Они тоже. Кого же накормить?

Бывший камералист затрясся.

— Кайкапы абсолютно слепые. У их нет глаз. А с акулами у них есть одно общее — продолжил Арман, поигрывая ножом, — реагируют на кровь. — Он вытянул руку толстяка над бассейном и быстрым движением провел ножом по его ладони.

Густая крупная капля упала вниз. Твари, которых смотритель назвал кайкапами, и лениво плавали кругами в воде, как взбесились, заметавшись по бассейну.

— Я же говорю — голодные. А ты им кажется, понравился. И еще — Арман руку толстяка не отпускал, сочувственно смотря в глаза. — Кайкапы реагируют на любое движение в воде.

Арман отпустил Пита Андреса и отошел. К толстяку подскочили два стражника и свесили его над бассейном вниз головой. Тот закричал и замахал руками.

— Макните.

Стражники спустили толстяка чуть ниже. Тот невольно замолотил руками по воде. Беспорядочно метавшиеся кайкапы замерли и бросились к этой части бассейна.

— Поднимайте.

Стражники стали вытаскивать Пита обратно. Натужно, с кряканьем.

— Тяжелый, ваша светлость.

Одна из тварей выпрыгнула из воды и клацнула зубами перед подвешенной жертвой.

— Это они сонные еще, — кивнул Арман. Если бы прицельно, на звук…