Произведения для детей (Том 2) - Маршак Самуил Яковлевич - Страница 62

НАСТЯ. Что ж ты горе с рук не сбудешь, Ваня? Дяде-то моему ведь вон как повезло с тех пор, как он с горем расстался. Может, и нам с тобой повезет?

СОЛДАТ. Эх, Настя! Сколько раз хотел я его в чужие руки передать, да совести не хватает. Ну, думаешь иной раз, отдам его первому, кого встречу, довольно мне с ним маяться, а поглядишь на встречного человека - и мимо пройдешь. Да посуди сама: могла бы ты кому-нибудь горе обманом навязать?

НАСТЯ (подумав). Нет, не могла бы.

СОЛДАТ. Вот то-то и оно! Видно, связаться с горем проще простого, а избавиться от него не так-то легко... Одна только у меня радость, что с тобой встретился.

НАСТЯ. Ох, и от меня радости тебе не будет!..

СОЛДАТ. А что - разлюбила?

НАСТЯ. Полно, Ваня! Люблю по-прежнему, да нет - больше прежнего. А только выдают меня против воли замуж... Видишь, стол накрыт? Будет у нас нынче пир - не то новоселье, не то обрученье.

СОЛДАТ. Вот оно - мое горе-злосчастье! Никуда от него не денешься!

НАСТЯ. Гляди, дядя домой с базара возвращается. Ох, увидит он тебя беда будет!

СОЛДАТ. Что же, он от богатства-то добрее не стал?

НАСТЯ. Куда там! Еще злее... А ты оставайся, Ваня, оставайся. Пусть дядя со мной что хочет делает! Хоть нагляжусь на тебя вволю.

Входит Дровосек, одетый по-купечески. За ним мальчик вносит большую корзину с покупками и тут же уходит.

ДРОВОСЕК (ставя па стол закуски и бутылки). Что ж ты не приоделась, Настасья? Того и гляди, гости к нам нагрянут, а ты замарашкой ходишь. Э! Да У тебя, вижу, уже есть гость!

СОЛДАТ. Здравия желаю, Андрон Кузьмич!

ДРОВОСЕК. Здорово, служба! Только кто ж ты такой будешь? Личность будто знакомая, а признать не могу.

СОЛДАТ. Первой роты запасного стрелкового полка отставной рядовой Тарабанов Иван.

ДРОВОСЕК. Тарабанов? Иван?.. Воротился, стало быть? И пуля не взяла, и штык не настиг! Вот не думали, не гадали... Ну да ладно, садись за стол, коли уж пожаловал. А ты, Настасья, поторапливайся, - чай, у тебя теперь есть во что принарядиться. Да чего ты ревешь, глупая, с радости или с печали?

НАСТЯ. И с радости, и с печали. (Уходит.)

ДРОВОСЕК. Что ж, садись, солдат. У нас на всех хватит - на жданных и нежданных, на званых и незваных.

Дровосек и Солдат садятся за стол.

Так, значит... (Насмешливо.) Повезло же тебе, брат Тарабанов! К самой свадьбе подоспел. Замуж я племянницу свою выдаю - и не за кого-нибудь, а за первой гильдии купца Поцелуева. Слыхал небось? Его все знают. Семь лавок в гостином ряду!

СОЛДАТ. Вон что!.. Значить, поздравить вас надо, Андрон Кузьмич. Семь лавок - дело нешуточное.

ДРОВОСЕК. А я и сам в купцы выхожу, вперед гляжу, а назад не оглядываюсь.

Раздается песня. В открытое окно заглядывают гости: Старик с медалью на груди, его жена - Старуха в чепце и в цветной шали, Молодой купчик в поддевке и сапогах, тощий, лысый Подьячий, его толстая жена - Подьячиха и другие.

Гости

(поют)

ДРОВОСЕК. Добро пожаловать, гости дорогие, милости просим. Заходите в избу!

Гости входят.

СТАРИК С МЕДАЛЬЮ. Честь имеем поздравить вас, Андрон Кузьмич!

СТАРУХА В ЧЕПЦЕ И В ЦВЕТНОЙ ШАЛИ. Жить гладко, пить-есть сладко! (Подает прикрытый полотенцем пирог.)

ПОДЬЯЧИЙ. Здравствоватъ вам, Андрон Кузьмич, век да еще сто лет! (Подает сахарную голову.)

ПОДЬЯЧИХА. А Настасье Васильевне под злат венец стать, дом нажить, детей водить.

МОЛОДОЙ КУПЧИК (лихо вкатывая бочонок). Э-Эх! Где пировать, там и пиво наливать!

ДРОВОСЕК. Благодарствуйте, гости дорогие. Милости просим нашего хлеба-соли откушать! (Солдату.) А ты подвинься малость, Тарабанов!

Солдат отодвигается. Рядом с хозяином садятся Старик с медалью и его жена.

Но прогневайся, служивый, подвинься еще маленько! Как говорится, в тесноте, да не в обиде.

СОЛДАТ. Что ж, мы подвинемся. Известно, - где тесно, там солдату и место.

Гости рассаживаются, постепенно сдвигая Солдата на самый край скамьи.

СТАРИК С МЕДАЛЬЮ. А почему это невесты и жениха за столом нет, Андрон Кузьмич?

ДРОВОСЕК. Жених издалека едет, а невеста хоть дома, да, видно, еще принарядиться не успела.

Слышен громкий звон бубенцов.

Вон кто-то с бубенцами едет! Не кто, как он, Силуян Капитонович.

МОЛОДОЙ КУПЧИК. Он, он самый! Поцелуевская тройка за три версты слышна.

ПОДЬЯЧИЙ. Генерал - и то с таким звоном не ездит!

СТАРУХА В ЧЕПЦЕ И В ШАЛИ. Да что там генерал! У самого фитьмаршала этаких бубенцов нет!

Входит купец Силуян Капитонович Поцелуев.

КУПЕЦ. Андрону Кузьмичу мое почтение. Всей честной компании - низкий поклон! (Едва кивает головой.)

ДРОВОСЕК. Добро пожаловать, Силуян Капитонович, только тебя и ждем. (Солдату.) Подвинься еще чуток, Тарабанов. Честь и место, Силуян Капитонович.

Солдату подвигаться больше некуда. Он встает со скамьи и стоит, прислонившись к стене.

МОЛОДОЙ КУПЧИК. Ну и сокол наш Капитоныч!

ПОДЬЯЧИХА. Орел!

КУПЕЦ. А что же это Настасьи Васильевны не видать?

ДРОВОСЕК. Сейчас будет. Небось все перед зеркалом вертится - жениху приглянуться хочет. Настя! Настасья! Ты что это там замешкалась?

СТАРУХА В ЧЕПЦЕ И В ЦВЕТНОЙ ШАЛИ. А вот мы с кумой сейчас ее приведем. Пойдем, кума.

ПОДЬЯЧИХА. И верно, пойдем. Уж такое ихнее дело девичье - без стеснения им никак нельзя. Иную и вчетвером к свадебному столу не вытащишь, хоть волоком волоки. Меня пять человек тащило.

ПОДЬЯЧИЙ. Ох! И хороша была девка, покуда я на ней не женился!

Обе женщины уходят и сейчас же возвращаются.

ПОДЬЯЧИХА. Ведем, ведем!

Появляется Настя. Она нарядно одета, но идет медленно, опустив голову, словно не на обручение, а на поминки.

КУПЕЦ. Привет и поклон, Настасья Васильевна. Примите от нас подарочки. К обручению - малый гостинец, к свадьбе - побольше будет. (Открывает две выложенные бархатом коробочки.)

СТАРУХА В ЧЕПЦЕ И В ШАЛИ. Ай да сережки! Аи да перстенек! Самой царевне надеть не стыдно.

ПОДЬЯЧИХА. А чем у нас Настасья Васильевна не царевна? (Вполголоса.) Только что до прошлого года в лапотках ходила!

НАСТЯ. Спасибо вам, Силуян Капитоныч, за привет да ласку, а только ваших подарков мне не надо. (Отодвигает коробочки.)

КУПЕЦ. Аль не угодил?

СТАРУХА В ЧЕПЦЕ И ШАЛИ. Да где же это видано, чтобы невеста от жениховых подарков отказывалась?

НАСТЯ. Я - не невеста. А Силуян Капитоныч, может, и жених, да не мой.

ПОДЬЯЧИХА. А ведь нас, кажись, на обрученье звали?

НАСТЯ. Нет, на новоселье.

ДРОВОСЕК. Не ты звала, я звал, а уж я-то знаю, на что зову. Ну, а за подарки премного благодарим. (Прячет коробочки в карман.) Садись, Настя, подле Силуяна Капитоныча. Вот и весь мой сказ. Угощай дорогих гостей. Настя. А почему же моего гостя за стол не посадили?

СОЛДАТ. Нам, Настасья Васильевна, не впервой стоять. То за родную землю стояли, а теперь и за себя постоим.

ДРОВОСЕК. Вот нелегкая принесла этого солдата окаянного!.. Ох, горе-злосчастье!..

СТАРИК С МЕДАЛЬЮ. Зря вы горе на радостях поминаете, Андрон Кузьмич! Выпьем-ка лучше за жениха и невесту!

НАСТЯ. Ну, коли так, благодарствуйте на добром слове. Кланяйся, Ванюшка, - за нас с тобой пьют! (Берет у Купца из рук стакан с вином и передает Солдату )

СТАРУХА В ЧЕПЦЕ И ШАЛИ. Вот тебе и раз!

ПОДЬЯЧИХА. Батюшки!

КУПЕЦ. Это что же такое?..

ДРОВОСЕК. Опомнись, Настасья. Ума ты решилась что ли?

НАСТЯ. Нет, дядюшка, в ум пришла!

СТАРИК С МЕДАЛЬЮ. Мое дело сторона, но только вы себя и дядю вашего напрасно срамите, Настасья Васильевна. Мы-то люди свои, а ведь вон сколько чужого народу в окна заглядывает! Прикрыл бы ты лучше ставни, сосед.