По воле тирана (СИ) - Бишоп Марина - Страница 108

Когда несколько свечей в настенном канделябре начали топить фитили в воске, и коридор погрузился в сумрак, Афира потянула Лисицу вверх и молча, обнимая за плечи, отвела обратно в комнату. Шалфейя опять села на кровать, отрешенно рассматривая ковер на каменном полу, пока кушина хлопотала у камина, подкормив его поленом и поворошив угли. В замке были тихо, и за окном ни звука. Все-таки, наверное, это была ночь. Боясь ответа, Лисица удивленно услышала свой вопрос:

- Фарлалы в замке?

Афира села рядом. Она мало изменилась на первый взгляд, как будто Лисица видела ее только вчера. Руки служанки, слегка позеленевшие возле указательных и больших пальцев от перетирания трав, поправили белоснежный передник. Афира развернулась к шалфейе, морщинка острой сосредоточенности образовалась на лбу травницы.

- Я помню, как выговаривала и умоляла вас не говорить о великанах, а сейчас вижу, что правда нашла свой путь.

Афира затихла, вспомнив мучения Коутрин, ее медленное угасание и неистовство, граничившее с умопомешательством. Она так и не смогла вытащить королеву из капкана безумия. Тогда, правда, казалось ничего и никто не могли бы помочь ей в этом мире. Лисица отвернулась, словно что-то почувствовав.

- Ты знала?

Афира хотела спросить, что именно, но как только она открыла рот для вопроса, ей стало ясно, о чем толкует шалфейя. Она опасалась, но в то же время ожидала этот вопрос: знала ли она, что Лисица вовсе не дочь Рэндела?

Вместо ответа кушина положила свою руку поверх дрожащих пальцев шалфейи.

- Кушины привезли вас в замок полуживую. Вам надо отдыхать, я не могу ответить ни на один из вопросов, которые сейчас сорвутся с вашего языка. Сначала вам нужно твердо стоять на ногах в прямом и переносном смысле. Вашу безопасность обеспечивает Временный совет, и пока вы не окрепнете, никто не посмеет приблизиться к вам.

- Значит, не фарлалы, - то ли с облегчением, то ли с горьким сожалением ответила на свой первый вопрос шалфейя.

Она ничего не чувствовала, она опять онемела внутри. Почему она не кричала о том, какие план вынашивает выходец из темных галерей по отношении к расе шалфейев. Почему не предупреждает о надвигающейся опасности, ведь шалфейям следует бежать из замка, чтобы спастись?

Лисица не задумываясь выпила очередной отвар быстро появившийся в руках Афиры. С каждым сделанным глотком онемение перетекало в приятную теплоту, отчего потянуло в сон. Она уже и не заметила, как голова опустилась на подушку, а кушина ласково погладила ее по голове, принимая обратно пустую чашу.

- Вот и умница.

Лисице почудились другие голоса, но снотворный настой сделал свое дело, и борьба за явь была проиграна.

Она проснулась опять под шепот диалога.

- Нет, она еще слишком слаба, - послышалось твердое утверждение Афиры.

- Сколько нужно еще времени? Все сложнее становится сдерживать Жреца. Он требует ...

Лисица резко развернулась, застав говорящих врасплох. Оба - Афира и неизвестный ей шалфей - вздрогнули от неожиданности. Еще мгновение назад мертвецки белая Лисица проявляла лишь слабые признаки жизни, а сейчас, распрямив плечи, вскочила с постели. Глаза блеснули откуда-то взявшейся твердостью духа.

- Жрец? Что от меня хочет Временный совет?

Кушина и шалфей поприветствовали Лисицу, слегка склонив головы.

- Госпожа, - опомнилась Афира и сделала шаг к принцессе.

- Выше высочество, - произнес средних лет шалфей в ладно сшитой одежде. Лисица инстинктивно запахнула ворот ночного платья, устыдившись своего вида. Но тот нисколько не смутился, напротив, сделал вид, что их встреча произошла не в спальне, а в приемном зале.

- Мое имя Ворг. Я из династии Кундл. Я ранее был не удостоен чести быть представленным вашему двору, ибо по роду занятия моей семьи мы находились очень далеко, представляя интересы короля в далеких Верхних землях.

- Кто Жрец? - не в силах больше терпеть, почти выкрикнула Лисица.

Ей показалось, что она вернулась в прошлое, когда ее отец произнес имя ее тогда будущего мужа в саду. И сейчас видя, как губы шалфейя складываются в трубочку, ей пришлось найти твердую точку поры.

- Ульфей.

Ее истязатель был жив. Теперь стало понятно, о чем шептались двое.

- Временный совет отложил суд над вами, запрошенный вашим мужем, - объяснил шалфей.- Вы находились и, как я вижу, до сих пор находитесь в том состоянии, когда вы не сможете оправдаться, - жалость проскользнула в его словах. Лисице же стало почему-то противно от того, что за нее опять принимали решение.

- А вы считаете, что мне есть в чем каяться? Что ж, я готова предстать перед судом как можно скорее, если так желает Совет. - Если я правильно понимаю, то мое право на престол будет опротестовано?

Ворг почтительно кивнул.

- Ваш супруг обвиняет вас в предательстве, - начал шалфей.

- А если Совет согласится с обвинением, то он получит трон, не так ли? - перебила Лисица. Ее стало тошнить, спина покрылась испариной, но она не подала вида, что ей стало дурно.

- На трон претендует еще одна сторона, - сказал Ворг. - И...

- Я же сказала, что она еще слишком слаба, смотрите, на ней же лица нет, зачем вы ей сейчас об этом говорите? - оборвала Афира.

- Мне жаль, но претендентка должна знать, что происходит. А пока, формально, вы претендентка.

- Я же сказала...

Лисица взяла руку Афиры, тем самым уверив ее, что она готова выслушать Ворга.

- В чем меня обвиняет Ульф? И по какому праву кто-то еще претендует на трон?

- По тому праву, что другой претендент также из династии Гиа. Имя огласят только после того, как вас не будут уже рассматривать в качестве кандидатуры, - односложно ответил шалфей. - Ведь сначала Ульфею нужно будет представить доказательства вашей измены, и Совет должен согласиться с обвинениями, для того чтобы Ульфу самому стать претендентом.

Рука Лисица тут же метнулась к шее, этот жест не остался незамеченным и присутствующими. Вот и доказательство неверности. Шалфейя внезапно поняла, что ее битва уже заведомо проиграна. У Ульфа было столько козырей, что жалкие оправдания бывшей принцессы вряд ли будут приняты во внимание судом. Тем более, зная своего прозорливого супруга, Лисица не сомневалась, он выставит в таком свете, что все грехи мира поблекнут по сравнении с ее преступлением против расы. А тут еще, если верить видениям в пещере, ее родство c домом Гиа под большим вопросом.

Пребывая и без того в угнетенном состоянии, шалфейя пала духом. Плечи поникли, ей захотелось забраться обратно в теплую постель, выпить одну из настоек Афиры, которая помогла бы забыться. Лучше навсегда.

- Чем скорее вы сможете предстать перед судом, тем будет лучше для трона, сейчас началась охота за другим предполагаемым претендентом, несмотря на то, что информация держится в строжайшем секрете. Все сложнее подавить беспорядки среди шалфейев, каменщики устроили уже несколько рабских бунтов на фоне разлада. Этому способствовала сдача крепости Улей и освобождение каменщиков.

Ворг глянул на Афиру и как будто хотел что-то добавить относительно кушинов.

"А еще сюда идут великаны", - хотела озвучить шалфейя, но закусила язык.

- Я могу только представить, что вам пришлось пережить, находясь в плену фарлалов, - с неподдельным сожалением произнес Ворг и бегло стрельнул глазами по пустому пространству за спиной принцессы.

Пусть смотрит, пускай жалеет или делает вид, что жалеет. Лисица сглотнула горький ком. Знал бы он, кто причастен к этому преступлению.

- Пожалуйста, уведомьте Совет, что я буду готова завтра.

Ворг качнул головой и установил новый срок.

- Через два дня.

Афира, теперь приобняв Лисицу, одобрительно кивнула.

- Хоть так.

Шалфейя вдруг зажала рот рукой в попытке остановить внезапный приступ тошноты. Ворг быстро сообразил, поклонился и не мешкая скрылся за дверьми, пока Афира в мгновение ока поднесла ведро, куда Лисица и опорожнила содержимое желудка. После принцесса прополоскала рот, и Афира помогла ей лечь обратно в кровать. Она долго молчала, изучая лицо Лисицы. Та лежала с закрытыми глазами, чувствуя себя выпотрошенной птицей, слишком дохлой для жарки, но вполне годной для чучела. При других обстоятельствах шалфейя бы усмехнулась своим нелепым умозаключениям.