Глас Извечной Силы. Том 1 (СИ) - Морхем Элио - Страница 33

— Еще.

— Хм… Творец сотворил все то, что есть внутри Вселенной. Миры, галактики, солнца. Ты об этом? — некроманта начинал раздражать такой разговор.

— А откуда появился Творец?

«Ну что за вопросы?!»

— Он… просто появился, — неуверенно ответил Анафрахион, скривив лицо, мол, я угадал, нет?

— Такого не бывает. У всего есть начало, кроме одного.

— И у чего же нет начала?

— Откуда появился Творец? — повторил Дракон свой вопрос, уйдя, тем самым, от ответа. — И откуда взялась Анатиял?

— Творца кто-то создал… получается, что так. А Анатиял тоже создали, но не Творец, ибо странно выглядит, что он создал ту, кто может его убить.

— И кто же создал? — настаивал Дракон.

«Ты меня к чему-то ведешь… Создал. Кто создал. У всего есть начало, кроме одного. Почему ты так настаиваешь на этом?»

— А вот это лучше ты мне скажи. Кто создал тебя? — понял Анафрахион, какой вопрос нужно задать.

— Никто. Я есть и все.

— То есть, ты появился из ниоткуда?

— Не отвлекайся, Анафрахион. Кто же создал Творца?

— Сама Вселенная…, — тихо произнес некромант, ибо ответ пришел неожиданно, но он чувствовал, что это не все. — И Анатиял тоже.

— Ты почти прав.

Человек приподнял одну бровь и уставился во вращающиеся глаза-галактики исполина. К тому же, до этого разговора ему казалось, что это у него некогда был равнодушный и бесчувственный голос. Ан нет, по сравнению с Драконом некромант в молодости был очень чувствительным.

— Ты знаешь, что есть множество галактик, некромант? — тот утвердительно кивнул. — А не задумывался ли ты о том, что могут быть и иные Вселенные?

— Эта мысль несколько раз посещала меня, но думать над ней не получалось. Всегда находились иные дела, так что…

— Так знай же, что Вселенных существует множество. Они чем-то схожи, но различий у них достаточно. Представь себе огромный шар. А теперь представь, что внутри него много маленьких шаров, не соединенных друг с другом. Эти маленькие шары — Вселенные.

— Примерно также можно представить себе модель Вселенной, — кивнул некромант. — Но как назвать эту большую сферу?

— Это Сила, Анафрахион. Магическая энергия невообразимых почти ни для кого размеров. Оттуда и тянутся нити магии, что наполняют все Вселенные.

— И ты бывал в других Вселенных? — вот это уже было очень интересно.

— И да, и нет.

Некромант сузил глаза и спросил Дракона:

— Ты — олицетворение той Силы, в которой находятся все Вселенные. Я прав?

— Истинно так, — Дракон ответил сразу же. Видимо, он ждал подобного вопроса.

— Внутри тебя рождаются Вселенные, и ты заселяешь каждую из них Творцом и Смертью, — некромант постепенно начинал все понимать.

— Все верно, Анафрахион.

— Творец Творцов. Дарату тоже ты создал?

— Да.

— Она — верховная, скажем так, Смерть, я правильно понимаю?

— Да.

— Она следит за всеми Вселенными… как и ты?

— Я не слежу. Вы живете сами. Она же старается следить, но обязанности у нее иные. В каждой Вселенной есть своя Смерть. Здесь это Анатиял. У каждой галактики есть Смерть, а в каждом мире есть Жнец, коему доверили следить за погибшими. Но ежедневно умирают сонмы существ, а потому Жнецам помогают ангелы смерти, коль ты слышал про таких.

— А что же на счет тебя? Почему ты не следишь за Вселенными, что сам же создал? — в «теле» Дракона появилась леденяще-синяя концентрация Силы и вскоре стала гаснуть, заменяясь иной.

— Порой я смотрю, но не вмешиваюсь. Дарата тоже не может ни во что вмешиваться.

— Почему?

— Иначе нет смысла. Я сам наложил на себя и Дарату эти запреты. Я сам сковал себя Законами. Иначе все были бы такими, как того хотелось бы мне. Вы не были бы свободны. У вас была бы лишь иллюзия свободы. Я полностью предоставил вас самим себе. Ежели я или Дарата вмешаемся, то все Вселенные рухнут.

Звучало не обнадеживающе.

— И ты везде воплощаешься в виде Дракона?

— Нет. В каждой Вселенной у меня свой облик.

Это заинтересовало Анафрахиона, и он хотел расспросить об иных образах Дракона, но понял, что тот не ответит.

— Зачем ты начал творить? — в итоге человек решил задать иной интересующий его вопрос. Хоть бы только ответил!

— По той же причине, почему ты перестал быть Богом, — некромант сжал губы и отвернулся в сторону. — Но я осознал себя не сразу. Много лет я был лишь огромным сгустком Силы. Во мне не создавались Вселенные, и не было никакой жизни. Был лишь я, подобный простому камню. Потом я понял, сколь я силен и что я могу творить и воплощаться.

— Зачем ты мне все это говоришь? Сколькие еще удостоились чести узнать это все?

— До тебя был лишь один. Я поведал тебе все это, дабы ты знал. Ты должен совершенствоваться и дальше. Неужели ты никогда не задумывался о том, почему ты столь силен?

Чем дальше — тем интересней становился разговор.

— Потому что при рождении я получил больше магической энергии, нежели другие, — пожал человек плечами.

— Ты получил гораздо больше. Ее в тебе столько, что можно в ней потопить целую галактику. Ты пользуешься частью вложенных мною в тебя возможностей. Ты способен на большее.

Вот это уже было неожиданно. На пару мгновений Анафрахион замер с несколько глупым выражением лица и поднятым указательным пальцем.

«Эва вон как»

— Но… зачем ты это сделал? — ничего более умного в голову человеку не пришло.

— Вселенной нужен такой, как ты. Кроме тебя я наделил огромными Силами многих, но ты остался в живых.

— Селестос тоже был…, — договорить некромант не смог. Нет, его не перебили, просто он не смог, ибо вспомнил лучшего друга.

— Да. Я специально познакомил вас, объединив ваши судьбы. Но он погиб, увы.

— То есть, ты помогал мне? — удивился Анафрахион.

— Направлял, — поправил Дракон. — Ты медленно развивался. Я вложил в тебя гораздо больше Сил, нежели в остальных, но ты почти ничего не умел от рождения. Тебе нужно было учиться, в то время как тот же Селестос в один миг постиг множество заклинаний. Я специально указал Демиусу на тебя, — некромант покосился на дракона и выпучил глаза. — Если бы твоих родителей не убили, то ты бы в итоге не встал на нужный Путь.

— Это и есть твое направление? — зло спросил Анафрахион. — Из-за тебя погибли мои родители! — завопил человек. — Не мог поступить иначе?

— Мог, — подтвердил Дракон абсолютно спокойным голосом. — Но этот вариант был самым эффективным. И я не раз направлял тебя. Вспомни двойника-некроманта, что давал тебе советы. Твоя встреча с Селестосом, который помог тебе и многому научил. То, что ты встретился с Даратой, которая помогла тебе раскрыть себя — тоже моя заслуга. Я всегда пытался указать тебе Путь, Анафрахион. Когда же ты узнал свое истинно имя, то я более не направлял тебя.

— Разве это не было вмешательством с твоей стороны? — некромант с трудом подавил в себе бушующую ярость.

— Нет, ибо я направлял тебя и лишь давал подсказки зачастую. Вспомни тех двух эльфов, коих ты встретил рядом с Хиар-армере. То было моих рук дело. Я сказал тебе, как добраться до «Последнего убежища» сцерров, но не я помог тебе войти в него.

Справедливо. Вроде как. Но как простить Вселенскому Дракону то, что именно из-за него, все-таки, погибли его родители? Да, это помогло в итоге некроманту, но какой ценой.

— Скажи, а имя… его дал мне именно ты? — человек чувствовал себя сокрушенным и жутко уставшим.

— Именно.

— Но почему не родители?

— Я создал тебя таким, следовательно, право на имя мое. По сути, я твой создатель. В какой-то степени я тебе как отец. Жаль, что ты не успел узнать свое имя раньше. Быть может, быстрее бы раскрыл свои возможности. И поступить с твоими родителями так мне пришлось из-за твоей особенности. Я лишь выбираю, наделить ли мне кого силой аль нет, но есть множество иных факторов, в которые я не могу вмешиваться. Ты человек, твои родители — маги, но даже несмотря на это, ты не должен был становиться могущественным чародеем. Я это исправил, ибо увидел в тебе особую искру, особый потенциал, коим можно было воспользоваться, что я и сделал. Ты познал и раскрыл все, кроме собственного имени. Тебе осталось пройти лишь через одну дверь.