Девятая стрела Хаоса (СИ) - Рудаков Алексей - Страница 67

Тогда... Чуть переношу вес на ногу, готовясь к рывку и прокручивая в голове свои манёвры. Сейчас, кувырком на левого - того, что меня обыскивал. Ствол у него за спиной - это хорошо и плохо. Ладно, справимся. Главное сбить с ног и под пули подставить. А пока они будут соображать - что своего завалили - сдёрну ружьё. В драке дохнуть оно легче.

- Эй? - Ствол старшего отрывается от плеча, но пока смотрит вверх: - Без глупостей. Убивать тебя я не собираюсь - если первый не начнёшь. Денег у тебя сколько?

- Все, что есть - мои. С трупа снимешь.

- Да не будем мы тебя кончать! И задерживать. - С явным раздражением произносит он: - У нас к тебе претензий нет, - он бросает быстрый взгляд на своих спутников и те согласно кивают - мол всё так и есть.

- Здесь ты ничего не нарушил, а что где-то наследил - так это не наше дело.

Снова дружное кивание.

- Сколько денег? - Повторяет он свой вопрос.

- Пятнадцать, - отвечаю чуть помедлив.

- Не густо, - качает он головой: - Но хоть что-то. Пошли, - чуть повернувшись старший подманивает меня к себе: - Да не бойся ты, - видя, что я не сдвигаюсь с места, расплывается в улыбке он: - Слово даю - пока ничего не нарушишь, тебя здесь и пальцем никто не тронет. А слово моё, - он на миг замолкает, давая возможность своим спутникам выразить согласие частыми кивками: - Все знают - я держу. Всегда. Недаром же я, Саймон Барк, шериф этого поселения!

Запись 93

Неизвестная планета. Город Вакстон и его обитатели.

Городок Вакстон был одним из десятка поселений, расположившихся в сотне километрах от местного планетарного центра - Столицы и космопорта. Как называлась планета, или столичный городок, Саймон мне не сказал, а спрашивать я не стал. Ну - узнаю, и что с того? Зачем забивать голову лишним? Мне было достаточно того, что жило тут менее тысячи человек - об этом, равно как и о названии, и о расстояния до Столицы, я узнал сам.

Как?

Просто. Даже слишком просто - с плаката, обозначавшего название этого городка.

"Город Вакстон! Добро пожаловать!" - Гласила надпись, нанесённая в самом верху белённого щита, доски которого были порядком рассохшимися.

"Нас 998!" - Шло чуть ниже и не так крупно.

"Девятьсот шестьдесят три весельчака, двадцать девять унылых ублюдков, пять старых грызм и одна цепная собака!"

Саймон, перехвативший мой взгляд, лишь хмыкнул, видя удивление: - Та собака, - подойдя к щиту он указал на последние слова: - Это они про меня!

Сказано это было с откровенной гордостью и таким чувством собственного превосходства, что шутки насчёт цепи и косточки, я предпочёл проглотить. Во избежание - ну мало ли, вдруг обидится, да и бросится на меня подобно сторожевому псу, сумевшему освободиться от той самой цепи. Так что - нафиг, хватит с него и кивка - мол понял и принял к сведению.

Сам этот городок, или вернее будет сказать, деревня, на меня особого впечатления не произвёл. Домики - чистенькие, окна с занавесками, тонкую ткань которых кое-где раздвигают цветы в горшках. Крашенные заборы, аккуратно постриженные газончики - иди себе, да любуйся на картину, годную на обложку любого журнала, прославляющего сельскую жизнь. Минусом была разве что дорога - грунтовка, и я, шагая чуть сзади шерифа, мог только радоваться, что осень, если конечно сейчас был именно этот сезон, не оказалась дождливой, превращая утоптанный грунт в подобие болота.

Кроме самих домиков время от времени мне на глаза попадались лавки, продававшие как местные, так и привозные товары. Их витрины, вернее сказать - окна, оформленные в милом провинциальном стиле, радовали уставшие от обилия столичных реклам глаза. Здесь всё было по-простому - стеклянная банка, с засунутым внутрь листом бумаги, обозначала молоко и плевать на то, что бумага давно утеряла свою белизну - понятно же? Так чего ещё нужно?

Толстый блин спил ствола, небрежно выкрашенный жёлтым - сыр. Гирлянда разноцветных тряпочек на верёвке - лавка тканей. Не стану скрывать - лично меня наличие подобных обозначений даже удивило.

Здесь же всего девять сотен проживает? С хвостиком из унылых и грызм? К чему всё это? Местные же и так знают - кто что продаёт? На туристов? А им то что тут делать? Вот на все сто, двести, и так далее процентов, уверен - этот мир был выбран Джессикой именно по тому, что он, никому никакого интереса не представляет. Дыра, она и есть дыра. Или, с другой стороны - рай высшего проявления, если вы ищите спокойное место, где никогда и ничего не происходит. Ну а если и случается что-то эдакое, нарушающее привычный ход событий, то поднятые этим "эдаким" круги волнений и обсуждений быстро уходят в глубину сообщества, оставляя на поверхности лишь привычную взгляду безмятежно ровную гладь.

- Да, мы живём тихо, - подтвердил мои мысли Саймон, перехвативший мой взгляд, едва он оторвался от витрины, в которой висело грубо выструганное из доски ружьё. Очень грубо, но вполне узнаваемо.

- И нам тут неприятности не нужны.

- Это я понял, - киваю, и прибавив шаг иду рядом: - Но ведь будут же. Из-за меня. Чего не шлёпнул? Да и деньги опять же.

- Шлёпнуть всегда успею. Это дело нехитрое. А ты сам подумай. Вот прилетят, станут тебя искать. Я им - твою тушку, в холодильнике - нате вам и до свидания. - Произнеся последнее он покосился на меня и приподнял шляпу, словно и впрямь прощаясь.

- Ну? - Не понял я его построений, но осознавая, что убивать он меня точно не будет: - Сдал, пожали руки, тебя поблагодарили за содействие и всё!

- А если им допросить тебя надо? Мало ли что за тобой? Опять же - сообщники, кто планировал? Ууу... дорогой мой. Вопросов к тебе может, - на миг остановившись, шериф несильно толкнул меня пальцем в грудь: - Может быть много. А ты мёртв и виноват в этом - в том, что тебя уже не допросить, кто? - Остановившись он ткнул себя в грудь большим пальцем: - Я. Мне это надо?

- Хм... Думаю, что нет.

- И верно думаешь, путешественник! А вот посади я тебя в камеру, так что?

- Что?

- Кормить, поить, - принялся он загибать пальцы: - Отопление кутузки включить - ночи у нас прохладные. А вода, канализация? Бельё постельное, на прогулки водить. Нее... Зачем мне это счастье? Да и расходы кто оплатит? Твои же трогать нельзя. Вдруг - ворованные, или, что ещё хуже - ты невиновным окажешься?! - Жизнерадостно заржав - шутка ему показалась удачной он толкнул меня локтем в бок.

- А прилетят - а меня нет, - потерев бок, мстительно улыбаюсь: - Тогда что?

- Ну нет и нет - чего тут такого? Корабль, инкассаторский - был. Чего отрицать - его пол города видела. Ну сел, это не запрещено - не на поле же? Ущерба не нанёс. Ну сел, ну улетел - нам-то что? Может пилоту срочно отлить приспичило? Всякое же бывает. Согласен?

Киваю - ну да, тут он прав. Сели мы за городом, на опушке леска. Тут, разве что, урон экологии притянуть можно - вот только не парятся здесь подобным.

- Потом ты появился, и, заметь, - продолжил шериф и подмигнул мне: - Ничего не нарушая покинул город. А на том корабле ты прибыл, или нет - то не моё дело. Может тебя и вправду инкассаторы подбросили - подхалтурить решили. Может иное что - пока не нарушил ничего - мне до тебя дела нет. Ты же свободный человек?

Молча киваю, видя в его словах железную, покрытую бронёй местных принципов, логику.

- Ну а раз свободный, - он указывает рукой на очередную лавку, в окне которой висит на прозрачной леске нечто вроде сильно располневшей гусеницы, зачем-то выкрашенной серебрянкой: - То ты имеешь полное право на свободу перемещений.

Последовавший хлопок по спине и вправду перемещает меня. Точно вперёд - в объятья появившегося на крыльце продавца.

Запись 94

Город Вакстон. Лавка торговца.