Красная сирена - Дантек Морис - Страница 73

– Он работал в полицейских и армейских спец­подразделениях в Южной Африке. Выслеживал боевиков АНС в лесах и городах, понимаете?

– Да.

Скрип ручки по бумаге.

– Так… Это позволяет нам понять, что общего у Сорвана, Вондта и Кеслера – все они бывшие по­лицейские. Наверное, это один из принципов, по которым мать Алисы набирала персонал?

– Согласен.

– Хорошо, теперь давайте начистоту: этот тип мне мешает. Мне пора ехать на поиски Тревиса, в то место, о котором я вам говорил вчера вечером… Предлагаю вам вот что. Ваша рука зажила, и вы сможете проехать пятнадцать километров. Берите с собой Алису, и назначим встречу на границе в Вила-Реал, на набережной. Вы отдаете мне Алису, я вам отдаю Кеслера. Вы его допрашиваете, делае­те, что захотите, а мы с Пинту едем искать Тревиса, находим и вручаем ему Алису…

Еще одна длинная пауза.

– Послушайте, давайте сделаем, как я предла­гаю. Если мадам К. еще дееспособна, она по-преж­нему будет выслеживать Тревиса и Алису… Время поджимает. Нам надо закрыть это дело в течение дня… Делайте, как я сказал, не спорьте хотя бы раз в жизни.

Молчание, вздох.

– Ладно, я считаю, что это глупо и опасно, но все сделаю, как вы сказали, сама не знаю почему… где именно на набережной?

– Въезжайте на набережную через ворота и тут же остановитесь. Я там буду…

Он взглянул на часы и быстро сосчитал:

– Скажем, через сорок пять минут. Идет? Ответом ему было мрачное «договорились». Он повесил трубку и бегом вернулся к машине. Теперь надо как можно скорее передать дев­чушку ее отцу.

Он оставил Кеслера в багажнике, не останавли­ваясь, доехал до Вила-Реал, там попросил Пинту арендовать машину, оплатил бензин по карте Цукора, выдал ему пачку эскудо и сказал, что они встретятся на набережной.

Не прошло и пяти минут, как показалась «БМВ». Анита вела машину здоровой рукой, вто­рая безвольно лежала на коричневом пластике руля. Алисы в машине не было, и его охватила хо­лодная ярость. Он вышел из «ниссана» и решительно зашагал к ней по набережной. Если эта ба­ба решила еще раз наколоть его, пусть пеняет на себя.

Когда он поравнялся с машиной, Анита распах­нула пассажирскую дверцу.

«Где Алиса, черт побери?» – чуть было не за­орал он, залезая, но тут же заметил на заднем си­денье военное одеяло, из-под которого торчали пряди черных волос. На него взглянули синие гла­за. Он широко улыбнулся и подмигнул девочке.

Вздохнув, Хьюго уселся поудобнее, повернул­ся к молодой женщине и попытался придать лицу соответствующее выражение. Она молча смотрела на него, пока он приходил в себя. В машине царила тишина.

– Ну и что именно мы должны сейчас де­лать? – спросила она наконец.

Он вдохновенно изложил ей свой план:

– Нам необходимо найти Тревиса. Раньше дру­гих. Я оставляю вам Кеслера, забираю Алису и еду в сторону Одесеиксе вместе с Пинту… Надеюсь, в течение дня выйти на его след.

Бросив беглый взгляд на часы на приборной до­ске, он продолжил:

– Я и так уже потерял много времени. У вас есть Кеслер, с ним вы сможете проследить боль­шую часть цепочки и установить местонахождение матери Алисы. А пока вы будете его допрашивать, я отправлюсь с Алисой к отцу.

Анита смотрела на него, не видя, погрузившись в раздумья. Потом прошептала:

– Это слишком опасно…

– Теперь придется рисковать.

Они слишком долго топтались на месте. На све­тофоре вот-вот зажжется красный.

– Нет, – мягко повторила она. – Это слишком опасно. Часть бандитов на свободе. Ева К. наверня­ка скрывается в Каса-Асуль. Надо же, я не нашла ничего подозрительного, но теперь все представля­ется таким очевидным…

Судя по всему, она была недовольна собой. Хьюго вжался в сиденье.

– Алиса, все в порядке? – бросил он через плечо.

Она ответила слабым шепотом, толстая ткань приглушала голос.

Анита не сводила с него глаз.

– Ладно.

– Вы и правда хотите пуститься в доро­гу с Алисой? Это глупо…

– Вы можете предложить что-то лучшее?

– Конечно! Доверьте мне Алису и Кеслера, и я немедленно помещу их обоих под охрану сотни по­лицейских.

– Мне плевать на Кеслера, но вы знаете не ху­же меня, что сотня вооруженных полицейских не помешает г-же Кристенсен вернуть девочку – при самом строгом соблюдении буквы закона, благода­ря высокопоставленным сообщникам в министер­ствах.

– Нет, это не пройдет. Теперь, когда у нас есть Кеслер и другие…

– Анита, нельзя недооценивать ни эту даму, ни тех, кому удалось уйти из ловушки.

– Вот именно! Алиса должна быть в безопасно­сти. Не думаю, что ее отец сможет это обеспечить. Нам пора выйти из подполья и рассчитывать отны­не на правосудие, если хотим чего-то добиться.

Ее фраза странным эхом отозвалась у него в памяти. Месяца два назад такой же вопрос задал ему один друг, молодой писатель, живущий в Па­риже, француз, принимавший участие в самых се­кретных операциях сети «Колокола свободы»: «Ты не думаешь, что нам надо пересмотреть подходы? Довериться официальному правосудию? И выйти из подполья…»

– Не в тех случаях, когда речь идет о преступ­лениях против человечности, – ответил тогда Хьюго. – Мы – вооруженная рука Судьбы.

Он снова взглянул на Аниту:

– Мое доверие к административным механиз­мам более чем ограниченно.

– Вы не правы. Хороший механизм часто ока­зывается более эффективным, чем взвод элитных бойцов.

– Зависит от того, чем они занимаются. Меха­низм уж точно не способен импровизировать, изоб­ретать, думать, творить, приспосабливаться.

– Господи, да кто вы такой, в конце-то концов? Анархист?

– Я из вида, близкого к вымиранию. Не волнуй­тесь, до конца века мы попытаемся в последний раз защитить нашу честь…

На лице Аниты он прочитал любопытство.

– Ладно, пойдем на компромисс, – сказал Хью­го. – Предлагаю следующее: еще двадцать четыре часа подполья. Скажем, до завтрашнего полудня. Ес­ли до тех пор я не найду отца Алисы – сдаюсь. В ин­тересах ее безопасности предлагаю: вы обе поедете с нами, и мы оставим вас в укромном местечке – в од­ном отеле, о котором мне рассказывал Пинту.

– Нет, – ответила она почти сразу. – Я должна заняться Кеслером.

– Но черт бы вас побрал! – взорвался Хьюго, переходя на крик. – Вы можете побеседовать с Кеслером через день или два, когда мы отыщем Тревиса!

Он чуть не оглох от звуков собственного голоса.

– Нет, я не могу дать Кристенсен ни секунды передышки… если она в Португалии, я должна ее прижать, пока она не смылась… Вы сказали, что Кеслер называл ее имя. Будет достаточно, чтобы он подтвердил это под протокол, и я засажу ее до кон­ца дней…

– Подождите, подождите, Кеслер клялся, что в жизни не признается в этом полиции… Пленка не имеет никакой юридической силы, вы это знаете…

– Это средство давления. После хорошего пре­дупреждения он расколется…

– Вы знаете, как проходят допросы задержан­ных?

– Мне удалось переговорить с инспектором, который занимался поиском в портовых управле­ниях. У всех людей подложные документы – чаще всего бельгийские или немецкие. Они все говорят, что работали на некоего Сорвана, а один из них упоминал госпожу Кристобаль…

– Ну, теперь понимаете, что вас ждет с Кесле­ром? Слушайте, это ключ.

– То есть?

– Кеслер, конечно, будет сопротивляться. Пусть им занимаются ребята из Фару, вызовите ваших коллег из Амстердама…

– Я уже это сделала…

– Дайте же мне закончить! Вызовите их сюда, а мы будем искать убежище Тревиса, потом отда­дим ему Алису и…

– Да вы не просто упрямы, вы…

– А вы? Какими словами определить ваш норов?

Мгновение она смотрела на него, потрясенная, потом рассмеялась:

– Ничего я не думаю…

Хьюго расслабился и тоже расхохотался:

– Слава богу, что наше сотрудничество носит временный характер и…

Он осекся.

Их глаза встретились на долю секунды, пока­завшуюся ему часами. Как будто зрачки связала линия высокого напряжения… Природу смутных чувств, живших в его душе, Хьюго понять не мог.