Магия чувств (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 44

– Знаю, – кивнул господин Каллен. – но и ты пойми, мы городская стража, а магов не так много. Пока кто придет… а если эта баба вас заподозрила? Удерет еще, тогда мы точно ничего не узнаем.

Спорить было сложно.

Я кивнула и согласилась.

Тот же дом, тот же переулок и та же женщина на пороге.

– Здравствуйте?

Она уже начинает что-то понимать, но еще не верит, что вот сейчас… вот уже… а зря.

На крышах арбалетчики, а Ирек мило улыбается.

– Вы арестованы, госпожа. Именем короля.

И тут-то…

Ах, как же прав был господин Каллен, как же прозорлив. Именно это он и предвидел.

Я видела весь сценарий в уме тетки так, словно оно уже происходит.

Сорвать с шеи бутылочку, грохнуть перед Иреком о мостовую, пока он помирает, шмыгнуть в дом… пока мы с ним помираем, я же рядом стою, а там погреб, подземный ход, и давай ноги.

Рука бабы взметнулась к шее.

– Замри! – рявкнула я, вкладывая в приказ всю свою силу, словно плеткой наотмашь хлестнула.

Женщина вздрогнула.

Пальцы ее сжимались и разжимались, она пыталась что есть сил преодолеть мой приказ, но ничего не получалось. Руки не поднимались.

– Ирек, – медленно произнесла я, – сними с нее все побрякушки. А лучше – раздень догола. Иначе можем умереть… я ее долго не продержу.

Уговаривать парня не пришлось.

Полетела в кучу одежда, на нее дождем посыпались кулоны, кольца, серьги, последние Ирек вырвал чуть не с мясом… фууууу…

Что уж там было на бабе, я не знаю, какой амулет давал ей силу сопротивляться, но оставшись полностью голой, она вздрогнула, поднесла руки к горлу и начала задыхаться. Но я уже читала в ее разуме.

Шаг, второй, вот одежда, а вот капелька обсидиана. Накинуть ее на шею гадалке и кивнуть.

– Есть. Не подохнет… пока.

– А потом? – прищурился Ирек.

Он понимал, что происходит что-то не то, да и все это понимали, но что ж теперь? Помирать, что ли? Мне нельзя, у меня брат, родители… и вообще, мне жить нравится. Пусть сама так делает!

– А потом – вот!

Я резко шагнула вперед и коснулась ладонями висков гадалки. Почти впилась в них когтями.

– Я беру твою память!

С Шайной было проще. Она была моложе и не такой гадкой. А сейчас…

В меня словно болото с гадюками хлынуло, но я держалась. Потом, все потом…

И только когда я отошла на шаг, а гадалка осела на мостовую, словно дохлая (а она и сдохнет минут через десять), Ирек смог нормально выдохнуть.

– Шани… ты – маг разума?

– Нет, – огрызнулась я. – Солнечных зайчиков.

Ирек замолчал, но слова уже вырвались. Да и не утаишь шило в мешке. И… это же Алетар! Тут хоть ты кем будь, но будь ты человеком!

– Пойдем отсюда? – Ирек так и не рискнул до меня дотронуться. Я тоже не стала протягивать руку. Боишься? Ну и поделом, бойся дальше, а говорить я буду с господином Калленом.

– Это целая сеть, – рассказывала я спустя час. – Их штук десять по городу, и все ловят девчонок.

– Как?

– Сетью, вестимо, – огрызнулась я. Чувствовала я себя прегадко, голова болела, тошнило, и вообще… фу! Какая ж тварь! – Бабы – дуры, готовы на все, чтобы услышать о любимом. Кому погадать, кому еще чего, а тут все было еще противнее. Эта дрянь выслушивала девчонок и давала им «приворотное зелье». Только вот принимать его надо было на двоих с любимым, в уединенном месте. Так и объясняла, результат будет практически сразу, если это увидят… вопросы хоть у кого возникнут.

– И что там было? – господин Каллен спрашивал, Ирек записывал и не жаловался. Дело такое… деликатное, лучше сначала в узком кругу решить, а то можно таких дров наломать – всем Алетаром не вывезем.

– Афродизиак, – покривила губы я. – И зелье для зачатия.

– Противозачаточное?

– Нет, наоборот. После такой ночи у девчонок стопроцентно начинал расти живот. Обязательно.

– Зачем?

Я вздохнула.

– Потом все делилось на две истории. Некоторые пары и правда создавали семьи. Уж сколько там счастья будет, не знаю, но – это есть. А некоторые… Не все мужчины женятся после такого.

– Это уж точно, – буркнул Ирек. – Хоть ты ее сахаром облепи!

Я пожала плечами.

– И тогда девчонка неслась к гадалке с воплем. Парня не приворожила, да еще и… хотя она могла и не знать о последнем… о беременности. Зато о ней знала гадалка.

– И что дальше?

– Девчонкам предлагался ритуал, после которого парень обязательно на ней женится. Бесплатный.

– Вот как?

Я опустила плечи.

– А еще к ней обращались те, кто хотел скинуть плод. Не было никакого ритуала… то есть он был, и есть, но – не тот.

– Шани? – помотал головой господин Каллен. – Я не понимаю?

– Жертвоприношение, – просто ответила я.

– Что?!

Ахнули оба. Я вздохнула еще раз.

– Да. Боюсь, это касается короля. Эта баба не все знала, она просто приводила клиенток в одно и то же место на берегу. Приводила, привозила… для ритуала нужны были беременные. Там их забирали, это все.

– Почему они раньше не спалились? – удивился господин Каллен.

Я повертела в пальцах один из кристаллов.

– Я раньше этим не занималась. Потом уже, в Алетаре… смотрите, – я тряхнула запястьем так, чтобы браслет из разных камней сполз на запястье. – Здесь каждый камень для своего. Хрусталь для очистки мыслей, малахит для сосредоточения, гранат… камень – чувство. У нее было нечто вроде, вот обсидиан. У нее почти все кулоны обсидианы, морионы,[1] только разного размера и вида, чтобы не спутать. Допросить хватит. Они не брали семейных и тех, до кого было дело родственникам. Тщательно отбирали, твари!

– Но дочь графа Аран?

– Виконтесса? Тут не знаю. С ней имела дело другая, не эта… может быть, Анна чем-то угрожала, что-то пообещала… Нет, не знаю. Надо спрашивать.

– Поймаем – спросим, – согласился господин Каллен. – а почему кулоны почти все одинаковые?

Я вздохнула.

– Потому что некромантам легче всего работать с этими двумя видами камней.

– Некромантам?

– Не магам разума?

Я замотала головой.

– Некромантам и только им. Я же говорила, кулон был сделан давно, а вот сила, которая его подпитывала – чужая. И вот он… капелька малахита. Единственная. Видите?

– Что? – не понял Ирек.

– Он словно обуглен по краям.

– Ну… а это не от природы так?

– Нет. Это его подпитывали некромантией.

Господин Каллен медленно и от души выругался. Я улыбнулась. Я бы и почище сказала.

– Да, господа. Где-то у нас ковен. И где, и с какими целями… думаю, это стоит доклада королю? Или мне лучше рассказать канцлеру?

Ох, стоило!

Колесо завертелось почти мгновенно.

Как известно, до неба высоко, до короля далеко, поэтому господин Каллен принял решение, которое устроило всех. Я рассказываю все Моринару.

Если он решает все рассказать королю… разумеется, господин Каллен меня полностью поддерживает и идет со мной, и говорит вместе со мной. К королю-то так просто не попадешь!

Надо прошение подать, объяснить, что и как…

И – тайно.

Не выйдешь на площадь, не заорешь во все горло, мол, ваше величество… а докладную напишешь, так кто ее еще прочитает!

Простите, ковен подразумевает прикрытие.

А прикрытие – это кто-то высокопоставленный. Может, ему проще будет удавить нас по-тихому? Или того хуже… вот не верю я, что беременных дурех приносят в жертву ради выращивания нового сорта роз. А если у них уже почти все готово для… для чего?

Темный его знает! Но если готово, и если они атакуют?

Эти соображения изложил господин Каллен, и я с ним была согласна. Гадалка же…

Этого она не знала. Кто бы ей что доверил? Ее биографию я тоже записала – на всякий случай, но что это даст?

Она из Андаго, приехала в столицу в поисках лучшей доли, но…

Часто люди говорят «вот у нас тут болото, а в столице-то жизнь кипит, там я бы пробился, сразу, да в королевские советники!»