Смерть во имя Империи (СИ) - Чудинов Халег - Страница 28

— Ветер от себя! Лей!

В тот же миг часть магов направила воздушные потоки в сторону нападавших, и из чанов на головы последних полились потоки бурой жижи. Шевелящаяся масса мертвых и живых тел у стены начала оседать, словно сахарная вата под горячей водой. Мощный едкий запах тут же ударил в нос, вызывая тошноту. Но лучше потерпеть это, чем ввязаться в ближний бой, когда орда еще слишком сильна. Не уничтожена даже четверть от двух миллионов, и Шаманы еще не начали активно действовать.

Когда Шуйца мрачно протирал Хрисаор, руны на котором начали гореть червонным золотом, в его голове раздался надрывный «крик» Ксении:

— Кащей! Их двое, Кашей! Два Шамана!!! Я не справляюсь!

Сразу после этих слов земля задрожала и начала подниматься, сравниваясь по высоте со стеной.

— Провалиться вам в Гиннунгагап! Рано. Рано! Князья Ада вас побери! Земляной тут совсем не к месту, — зло процедил Кащей. — Архимагистр, я поддержу Ксению.

— Давай, но не трать все силы, твоя помощь может быть нужна при ловле Шаманов.

Шуйца, мастер во всех видах так называемой магии карающих, не зря чувствовал какую-то неприятность. Два Шамана сразу — это очень плохо. Ловушку не рассчитывали на парную дичь. Тем более пару Огненного и Земляного — один усиливает, создает короткоживущих, но могучих воинов, второй их лечит, продлевая боевую эффективность. И это помимо банального превосходства в мощи и давления грубой силой.

Придется юлить и изворачиваться. Кащей моментально погрузился в боевой транс, расширяя восприятие и скорость реакции до предела. Сейчас он ощутил, какое чудовищное давление оказывает сила двух Шаманов на магическую защиту крепости. Аквамарин выкладывалась на полную, борясь с напором противника. Маги орков не использовали явных заклинаний, стараясь не задевать своих воинов. Они незримо воздействовали на крепость, подтачивая ее оборону, изощренно действуя на саму основу как магической, так и физической защиты. Каменная стена уже начала крошиться, а волшебный щит истончился до предела.

Кащею пришлось использовать все свое мастерство в сейд, спеа и гальд, чтобы исправить ситуацию. Он не был Обладающим, но полное знание Абсолютного письма, одаренность в прорицании, универсальность и изощренность ума делали его сильным воином. Не прошло и секунды, быстрый заговор восстановил магическую защиту, хитро найдя лазейку в заклинаниях противника и перенаправив их силу в щит. Со стеной он провозился дольше, сначала пришлось укрепить фундамент, зато потом сразу превратил ее в монолитную конструкцию из черной бронзы. Этого заговора должно хватить на основной удар орков, он как раз продержится до начала активной фазы ловушки.

Битвы с ордой зеленокожих всегда изнуряют. Непрерывный напор бесчисленного количества орков выматывает не только велетов и мисов, но даже нежить вроде Кащея. Несмотря на приказ Карателя не тратить силы, все же Шуйца слишком часто использовал гальд, хоть и не совершал по-настоящему сильных заклинаний. Приходилось постоянно вмешиваться в заклинания Шаманов, изменяя саму их суть и лишая силы. Магистр карающих не имел личного Источника, поэтому не мог просто поставить щит, как Ксения, его защита была активной, более эффективной, но и отнимающей больше внимания. Она выматывала морально.

Когда в голове раздался громоподобный голос Мстислава, Кащей уже давно потерял счет времени. Настолько сконцентрировался на отражении заклинаний Шаманов, что не заметил, как раскололся под очередным ударом щит Ксении, спал заговор со стены, и она начала обваливаться.

— Беги оттуда, Шуйца! — кричал Каратель. — Спасай воинов со стены, сейчас начнется. Ксения уже эвакуировалась.

Вздрогнув всем телом, Кащей обратил свой взгляд на материальный мир. Оказывается, он до сих пор стоял на стене, серые камни которой уже не блестели как раньше, а мелкой крошкой осыпались вниз. Под ногами противно чавкала зеленая жижа. Грохот битвы закладывал уши: гром заклинаний, рокот огня, звон оружия, рык орков, крики защитников крепости — все смешалось в единый гул. Кто-то спешно отводил раненых, другие, поскальзываясь на крови, скидывали вниз трупы. Снизу по-прежнему прибывали орки, их орде так и не было видно ни конца ни края, но теперь вместе с ними шли в атаку и яомо, демонические существа Заречья самых различных форм. Они сеяли смерть и разрушения, нападая со всех сторон, даже с неба. И далеко на юге, на горизонте, разгорался огромный костер. Он походил на восходящее солнце. Яростное пламя светилось все ярче, его жар ощущался даже на стене — Шаман подошел ближе, почувствовав слабину в защите острога.

— Отступаем! — заорал Кащей. — Отступаем!

И первым бросился в сторону, подгоняя замешкавшихся ратников едва ли не пинками, а пару-тройку особо нерасторопных просто швырнул, как котят — сломают пару костей, но останутся живы, а остальное вылечат. Он успел в последний миг, еще б немного — и восстанавливать тело пришлось бы с нуля, а так только ноги обуглились.

Повинуясь спеа, Кащей прыгнул вперед, преодолевая сразу метров десять пути. В этот момент за его спиной раздался оглушающий рев, волна обжигающего воздуха подкинула приземлившееся тело и протащила по камням, ломая кости, еще метров пятьдесят.

Увидев то, что осталось от стены, Кашей лишь скупо выматерился. Отступать уже было поздно. Вряд ли кто-то кроме Шуйцы спасся там, где сейчас лились потоки расплавленного камня и вверх поднимались едкие испарения. За пеленой дыма и марева виднелся огромный оплавленный пролом в стене, сквозь который, не обращая внимания на жар, врывались толпы орков и яомо. Ужасающий по силе удар Шамана снес не только пятнадцать метров внешней стены, все защитные заклинания, но и сокрушил попавшийся по пути донжон, который сейчас величественно падал вниз. Словно подрубленное дерево, башня с грохотом обрушилась на землю, разрушая здания и раздавив не меньше сотни орков. Но и это еще не все — удар Шамана пробил другую стену крепости, просто снеся ее с лица земли.

— Проклятье, — зло прошипел Кащей, старясь отползти в сторону, так как стена продолжала обрушиваться.

Ноги не слушались, пока не восстановившись полностью. А каменная кладка разрушалась все быстрее, так как в дело вступил Шаман Земли, который просто раскидывал мешающиеся остатки защитных сооружений, лишившихся магической поддержки.

И тут Кащей впервые увидел Шаманов вблизи. Никогда прежде судьба не сводила Шуйцу с ними. Он много раз встречался с Обладающими, падшими, богами, даже Князя Ада довелось видеть, но они не шли ни в какое сравнение с этим. Само тело Шамана не отличалось от орочьего, но та сила, что пребывала в них, просто поражала. Она не была скрыта никакими естественными преградами, как у Обладающих. Она не была выставлена на показ, как у богов. Больше всего это походило на обнаженный Источник, сила которого не гармонично вписывается в природу, а просто лучится, засоряя магический фон своими эманациями. Это оглушало обостренные чувства карающего, по разуму Кащея словно пробежало стадо единорогов, выбивая все мысли, а потом все высушил обжигающий ветер. Ему кое-как удалось очистить свой разум, применив сейд на себя самого. Но тело продолжало чувствовать пагубное влияние присутствия Шаманов — кожу словно высушили, она жутко зудела, глаза жгло, в суставы будто насыпали песка, двигаться было очень сложно.

— Мстислав, как ты с этим сражался? — пораженно задал риторический вопрос Шуйца и телепатически передал Карателю: — Шаманы входят, Архимагистр. Огненный в ертауле, Земляной прикрывает.

— Вижу, Шуйца. Как состояние?

— Магию использовать могу. Тело восстановится минут через десять.

— Долго. Исцеляю так. Двигайся к остаткам внутренней стены и найди лук с хотя бы одной стрелой.

После слов Мстислава с жутким хрустом в теле Кащея встали на место выбитые суставы, срослись сломанные кости, за мгновения заросли все раны на теле. Не медля больше ни секунды, Шуйца превратился в ворона и стрелой метнулся к развалинам другой стены, прихватив с собой первый попавшийся лук и колчан со стрелами. Рядом во множестве лежали павшие ратники, в частности лучники-тролли с огромными ростовыми луками и стрелами, больше напоминающими сулицы.