Любовь (не) прилагается (СИ) - Горская Ева - Страница 55

«Бред, в который поверил Исаев», — угрюмо напомнила себе. Вот кто настоящий дурак! Дурак, с которым мне явно не по пути. Презрительно посмотрела на оборотня. Поняла в очередной раз, что не хочу быть парой такого идиота. Вот просто не хочу! И плевать, что даже если он осознал свои ошибки и решил раскаяться. Хотя, признаться, в подобное верилось с трудом. Вернее, не верилось вовсе.

Он ведь даже не усомнился… не усомнился в том, что я предприняла попытку суицида. Даже не задал уточняющих вопросов. Вспомнились его слова:

— Акса, как ты могла!!!

— Ася, зачем ты это сделала?

— Детка, почему ты хотела себя убить?

Выходило, что он совсем не успел узнать меня за прошедшие три месяца. При всем моем плачевном отношении к себе, я слишком любила жизнь. Никогда! Никогда, даже при самом скверном исходе, я бы не пожелала умереть! Да, иногда готова была провалиться под землю… Но умереть никогда! Даже в мыслях!

— Ясно, — произнесла, когда повисшее молчание стало затягиваться. — А дальше что?

— Мне что-то не давало покоя. Я наплевал на дела и просто вернулся.

— А как бунт?

— Понятия не имею. Мне было не до чего. Сейчас со всем разбирается Миха. Мне не стоило тебя, вообще, оставлять без присмотра после побега. Надо было изначально отправить его. Киселев…

— Кто такой Киселев? — перебила оборотня.

— Альфа той местной стаи. Киселев слабее Родищева, а потому Миха без проблем все уладит сам.

— Ты вернулся… — снова перебила оборотня.

«Как только метка Фомина сойдет, по моим подсчетам осталось дня два, я сразу поставлю тебе метку».

Меня не слишком интересовал какой-то Киселев, сейчас даже дела не было до Родищева. Была более насущная проблема. Проблема, которую необходимо было решить в ближайшие пару дней. И я, кажется, знала, как именно. Отъезд беты был мне только на руку.

— Вернулся и обнаружил тебя. Вот зачем ты наглоталась таблеток, а? — очередной вопрос. Вопрос в новой интерпретации. Вопрос, который просто надоел.

— Из-за тебя, — огрызнулась.

— Акса! — возмутился мужчина.

— Где моя сестра? — проигнорировала негодование оборотня.

— Не знаю, — отмахнулся Егор. — Акса, что ты…

— Найди ее. Мне необходимо с ней поговорить.

— Акса!

— Что? — рявкнула. Сейчас Исаев неимоверно раздражал. Моя волчица была со мной категорически не согласна, иногда просительно скуля. Видимо, считала, что с собственной парой нужно обращаться более бережно… внимательно. Не волновать. Не расстраивать. Заботиться о ее душевном спокойствии.

— Причем тут я?

— А ты считаешь, что у меня не было повода? Исаев, ты обращался со мной, как с вещью. А я не вещь, я — твоя пара. Я хотела уйти по-хорошему, ты не дал. Вот решила так… — не знаю, зачем несла весь этот бред. Возможно, хотелось, чтобы Егор, наконец, осознал, что был не прав. Возможно, хотела, чтобы раскаялся и попросил прощения. В глубине души понимала, что я — его пара. Со временем злость пройдет, взбунтовавшиеся чувства улягутся… меня снова потянет к нему. Может, не меня… но ясно осознавала, что волчица будет всеми силами стремиться соединиться со своим волком. И если уж придется связать жизнь с таким болваном… Я предпочитала болвана, осознающего свои прегрешения. Болвана раскаивающегося. Болвана, который будет оберегать и заботиться. Цинично? А пусть хоть так, если иного выбора не будет.

— Детка, я ведь сказал, что все изменится… — Егор оправдывался? Поверить было довольно сложно. Но слушать это сейчас не хотела точно. Мне необходимо было подумать.

— Егор, я тебя прошу, давай оставим разговоры на потом. Я жива. Клянусь тебе, что больше глупостей совершать не буду. Найди мне сестру. Мне жизненно необходимо присутствие Ксении, а вот тебя я пока видеть не хочу.

— Акса! — снова возмутился Егор.

— Луна, Исаев! — ответила, пытаясь скопировать его тон. — Я ведь так мало прошу! Сделай для меня хоть что-нибудь!

К моему удивлению, Исаев поднялся и, ничего не говоря, просто покинул палату. Когда за ним захлопнулась дверь, я задумалась о том положении, в которое угодила. Очень сильно рассчитывала, что оборотень выполнит мою просьбу и разыщет сестру. Сестру, которая, возможно, сбежала и спряталась, когда выяснилось, что ее жертва выжила. К моему облегчению, Ксения оказалась очень наглой и самоуверенной особой, но об это я узнала только ближе к вечеру…

Сестра… Сестра оставалась единственным заинтересованным человеком, который желал, чтобы я и Исаев расстались. А у меня было, чем стимулировать милую Ксению… я собиралась шантажировать дорогую сестрицу. Впервые думала о шантаже и чувствовала себя на редкость спокойно. Никаких угрызений совести или других неприятных эмоций это слово у меня не вызывало. Просто не узнавала себя. Признаться, я изменилась. Изменилась за те сорок часов, что спала. Изменилась кардинально. И не совсем понимала, как относиться к подобным переменам. Понимала, что в мире оборотней наивной доброй простушке вроде меня просто не выжить… Но с другой стороны, эта простушка никуда не делась. Я по-прежнему старалась видеть в людях только хорошее… Даже уже подыскала подходящее оправдание выходке сестры… Луна, я ее действительно оправдывала… оправдывала все годы… как и оправдывала Исаева. Но, видимо, походы к Марине Евгеньевне все-таки оказались для меня более полезными, потому что оправдания оправданиями, но мириться с таким отношением к себе более не собиралась. Я впервые планировала поставить собственные интересы на первое место.

— Здравствуйте. Меня зовут Галина, — открылась дверь и в палату плавно вплыла довольно дородная женщина. А во мне, действительно, что-то изменилась. Я почти что с ходу смогла определить, что передо мной полукровка без возможности оборота. Как это произошло, не совсем понимала. Но отчетливо знала… была уверена где-то на уровне инстинктов. Это было весьма любопытно. Раньше я не могла похвастаться подобными навыками. Да, по большей части могла отличить оборотня от человека, но только в том случае, когда оборотень был довольно силен.

— Добрый день! — я с удивлением рассматривала тележку, которую женщина вкатила в палату.

— Я принесла вам покушать, — пояснила она. Хоть кто-то решил позаботиться о моих базовых потребностях, — но сначала давайте померяем давление.

«Померяем давление… возьмем кое-какие анализы…»

«А, вам нечем? Тогда вам стоит выпить воды.»

Луна, со мной никогда так не обращались! Почувствовала себя, словно, маленький ребенок, которому объясняют самые тривиальные вещи.

Когда за немного назойливой медсестрой закрылась дверь, а произошло это где-то минут двадцать спустя, я облегченно вздохнула. Села на постели, перетащив к себе поднос, и приступила к еде.

Через пару часов, когда часть моих анализов была готова, меня снова навестил Марк Денисович.

— Еще раз здравствуйте, Аксинья Анатольевна, — мужчина оглядел палату и удовлетворенно кивнул. — Рад, что у нас есть возможность спокойно поговорить наедине.

— О чем? — подозрительно поинтересовалась у врача. С некоторых пор меня настораживали подобные фразы. Слишком непредсказуемые события они порой за собой влекли.

— Не волнуйтесь, — успокаивающе улыбнулся оборотень. — Мы просто обсудим ваше состояние.

— А что со мной?

— Сейчас все хорошо. Вы стабильны. Прием препаратов на вас почти не отразился. Но я все-таки волнуюсь о вашем душевном состоянии, — мой лечащий врач придвинул кресло к больничной койке и уселся в него. Я же молчала, ожидая продолжения. — Вам нужна помощь специалиста?

— Какого? — осторожно поинтересовалась у него.

— Психолога.

— Нет! — мне сейчас требовалась помощь несколько другого рода. Вряд ли господин Краснов мог мне в этом поспособствовать. Я, кстати, уже успела проверить. Моя палата была на первом этаже. На окнах решетки отсутствовали. Все складывалось идеально для побега… вот только ни денег, ни документов, ни даже одежды при себе у меня не было. А за дверью стояла… сидела на стульчиках охрана. Охрана из двух оборотней. Охрана, видимо, приставленная Исаевым. Хорошо, хоть не додумался кого-то из них оставить в палате.