Шаукар - Рахаева Юлия - Страница 44

— Ты сверху или снизу? — спросил шоно, когда к нему подошёл Юрген.

— Да мне без разницы, — ответил тот. — Давай я наверх залезу. Так интереснее.

— Главное — не свались, когда спать будешь.

— Не свалюсь.

— Я тоже не свалюсь, — проговорил Элинор. — Так что я наверху.

— Ну, ты схему оставь, — ответил Альфред.

— Какую схему?

— По какой тебя собирать, если ты упадёшь и развалишься.

— Не развалюсь, — уверенно сказал Акст и полез на верхнюю койку.

— Вообще-то спать рано ещё, — проговорил Оташ. — Предлагаю оставить вещи, подняться на палубу и полюбоваться морем, пока светло.

— А ты долго был моряком? — спросил Элинор, слезая обратно.

— Больше трёх лет, — ответил шоно. — Но вообще я не просто моряком был, я был штурманом на пиратском корабле.

— Ты был пиратом? — удивился Акст.

— И его звали Фарра, — гордо добавил Юрген. — Гроза морей!

— Да не был я грозой, — усмехнулся Оташ.

Все вместе они вернулись на палубу и увидели Густава, стоявшего у борта почти на самом носу корабля. «Вотан» только что отчалил, и волосы принца развевались на ветру, а сам он выглядел счастливым. Жорж стоял неподалёку и тоже смотрел на море.

— Холодно, — проговорил Юрген, подходя к принцу.

— Но смотри, красота какая, — ответил тот.

— Да, я мечтал всё это увидеть. Но холодно.

— Теперь я хочу быть моряком, — проговорил подошедший Элинор. — Это безумно красиво.

— Посмотрим, что ты скажешь, когда почувствуешь качку, — ответил Альфред.

— Да всё в порядке будет, — сказал Акст.

— Сюда надо в одеяле приходить, — проговорил Юрген. — И с чаем.

— Или с чем покрепче, — улыбнулся Оташ. — Я бы не отказался от кружки рома.

— А тут есть ром? — оживился Шу.

— Надо поинтересоваться у капитана.

Рома на борту «Вотана» не нашлось, зато было пиво, которым Брадан щедро угостил своих гостей. Юрген довольно быстро захмелел и с радостью побежал в кубрик за флейтой, когда Густав предложил сыграть на арфе и спеть. Брадан, Донован и матросы приняли выступление принца Нэжвилля и визиря Шоносара на ура. Когда стемнело, Юрген почувствовал, что уже клюёт носом, и отправился спать. Он едва не упал, забираясь на верхнюю койку, а, как только его голова коснулась подушки, провалился в сон.

Шу проснулся от какого-то шума и обнаружил, что лежит на самом краю и вот-вот свалится. Внизу мирно спал Оташ. Посмотрев на соседнюю койку, он не обнаружил там ни Альфреда, ни Элинора. Юрген стал спускаться и случайно наступил прямо на друга. Тот подскочил и сонно уставился на Шу.

— Эне, ты чего?

— Я хочу посмотреть, куда эти делись, — Юрген показал на койку рядом. — А ещё в туалет хочу.

— Тут гальюн.

— Да помню я, — Шу встал на деревянный пол и только сейчас понял, что корабль качало. — Ой, — он схватился за столбик кровати.

— Тебя проводить? — предложил Оташ.

— В туалет? Сам справлюсь.

— Как знаешь, — и шоно лёг обратно.

Кое-как добравшись до палубы, Юрген обнаружил Альфреда и Элинора у борта. Над волнующимся морем сгустились сумерки, а небо было покрыто серыми тяжёлыми тучами.

— Чего вы не спите? — спросил Шу, подойдя к сыщикам.

— Дышим воздухом, — ответил Акст.

— Элли кормит рыб содержимым своего желудка, — проговорил Брунен.

— Ну, вот обязательно надо было? — возмутился тот. Альфред лишь пожал плечами.

— Вообще качает знатно, — сказал Юрген. — Меня тоже мутит. Я-то сам в туалет шёл. То есть в гальюн.

— Заблудился, что ли? — усмехнулся Брунен.

— Да я вас проверял. Вы ж пропали.

— Вот куда, скажи на милость, мы могли деться с корабля в открытом море?

— Выпасть.

— По-моему, ты ещё не протрезвел.

— Это хорошо, что тут крокодилов нет, — проговорил Шу.

— Ты к чему? — не понял Альфред.

— Иначе у меня сейчас появилось бы желание познакомить тебя с ними. Хотя ты знаешь, — Юрген вдруг захихикал. — Ты ведь с одним знаком.

— С кем?

— С крокодилом. Омари. Он же крокодил.

— Ты в гальюн шёл, визирь? Вот и иди.

Продолжая хихикать, Шу оставил Альфреда и Элинора у борта и, уже уходя, услышал, как Акст спросил:

— Почему Омари — крокодил?

Селто показался на горизонте ближе к полудню, как и обещал Брадан. Издалека он казался почти изумрудно зелёным, и Юргену подумалось, что он совсем не прочь был бы там немного погостить. От ночного шторма не осталось и следа, белые облака на небе напоминали взбитые сливки, а над побережьем Селто плыла лёгкая туманная дымка.

Едва корабль причалил, вынужденные путешественники поспешили разыскивать капитана «Фьёра», чтобы узнать про детей. Тот сознался, что на борту его корабля действительно было двое мальчиков, которые очень расстроились, что судно держит путь не в Нэжвилль. По словам капитана, Шелдон разозлился на Феликса, и ребята чуть не подрались, но матросы разняли их. Капитан сам объяснил мальчикам, что в порту Селто они смогут сесть на другой корабль и вернуться в Сверигию, чтобы уже оттуда отправиться куда они и хотели, и тогда они успокоились. Но с тех пор как Шелдон и Феликс сошли с борта «Фьёра» на землю, ни капитан, ни матросы их больше не видели.

— Надо обыскать весь порт, — предложил Альфред. — Вряд ли мальчики куда-то ушли отсюда. Им же нужно дождаться корабля, который отправится обратно в Сверигию, а это только после обеда.

— Предлагаю разделиться, — кивнул Оташ. — Мы с Юргеном берём на себя восточную часть порта, его высочество с Жоржем пойдут на запад, а Альфреду с Элинором остаётся центральная часть. Встречаемся здесь, у «Фьёра».

— Вот куда они могли запропаститься? — проговорил Шу, когда они пошли разыскивать детей.

— Когда найдём, я лично всыплю обоим, — ответил шоно.

— Так они же не виноваты. Их похитили.

— Не виноваты? А кто пошёл за клоуном? Как вообще можно доверять клоунам? Лицо разукрашено похлеще, чем у жителей Аранты, нос фальшивый.

— Таш, им по десять лет.

— Вот именно. Не пять. Надо уже что-то соображать.

— И много ты соображал в свои десять?

— Я уже умел драться. За клоуном бы я точно не пошёл.

— Ну да. Ты ещё скажи, что из дома бы не ушёл.

— Да, я сбежал из дома, но я был старше. И не сравнивай вообще.

— Почему же? — усмехнулся Юрген. — Асима была не сильно уж старше Шелдона, когда тоже сбежала из дома. Признай, что у вас это в крови.

Оташ хотел что-то ответить, когда к ним вдруг подошла юная русоволосая девушка в длинном клетчатом платье. Озираясь по сторонам, она заговорила:

— Вы ищете мальчиков?

— Да, — ответил Оташ. — А ты знаешь, где они?

— Я могу отвести вас туда, куда их увели.

— Так веди же!

— Пообещайте, что поможете мне.

— Если ты объяснишь, в чём дело.

— Меня зовут Арлин, дочь Адейра. Мой отец — даур, жрец омелы.

— А можно то же самое, но на языке нортов? — попросил Оташ.

— А я на каком с вами говорю? — удивилась девушка. — Уже лет двести, как мы говорим на этом языке.

— Я, кажется, понимаю, — вмешался Юрген. — Дауры — это местные жрецы. Помнишь, я говорил, что селты поклоняются духам природы? Ну, вот как у нас в Шоносаре есть шаман, так в Селто есть дауры.

— А омела причём? Это же трава?

— Это не трава, это куст.

— Не вижу разницы.

— Может, я продолжу? — проговорила Арлин.

— Продолжай, — кивнул Оташ.

— Дауры считают, что нынешний молодой правитель не достоин быть им. Они хотят, чтобы селты вышли из-под гнёта сверигов и перестали платить им дань. А Бойд не хочет войны, не хочет гибели невинных селтов. Он хочет решить всё миром. У дауров есть одно древнее предание. Они расшифровали его и решили, что с востока придёт юноша, который освободит селтов. Конечно, с востока приходит много кораблей, но все они из Сверигии и приезжают на них только свериги или разве что норты. А по преданию, тот юноша будет не сверигом, будет он кожей тёмен, и волосы его будут цвета вороного крыла. Как у тебя. Тот мальчик — твой сын?