Источник пустого мира (СИ) - Кисель Елена - Страница 85

А я стояла и смотрела то на забрызганную кровью траву, то на свои руки, на след «Ледяного Лезвия», вспахавший землю немного подальше, и слышала, кажется, слова Йехара о том, что задета артерия, что-то о кроветворе, а потом кто-то развернул меня за плечи и подтолкнул в другую сторону, и я пошла по траве, которая не была забрызгана кровью. Только блеклая зелень Заповедного Сада и мерно журчащий голос… Эдмуса, кто бы еще смог так болтать.

— А потом, стало быть, она открывает дверь, а я-то жду, что оттуда яйцо вынесут, просто, значит, полюбоваться на будущее потомство, а оттуда на крыльях вылетают двое таких зелененьких, клыкастеньких, просто не налюбуешься, и кидаются прямо на меня, уж не знаю, за кого они там меня приняли, в три года-то. Вот когда я смекнул, сколько меня не было, но Ифирь — она же меня ничем таким не попрекнула, так, пару раз шмякнула об стенку, ну, кинжалы пометала, но попреков не было никаких!

Я как будто что-то вспомнила, оглянулась, но там, позади, никто на меня не смотрел, навстречу двигались какие-то повстанцы, видно, доктора… не думать, не думать, потом, когда станет не так больно…

Куда мы дошли, сколько шли и что было потом, я помню очень смутно. Очнулась я уже от звуков собственных рыданий, когда мне пришла мысль поинтересоваться: а в чей это свитер я изливаю эмоции?

Могла бы и не спрашивать. Тео, разумеется, и только осознав это, я поняла, что можно бичевать себя спокойно и пустилась во все тяжкие.

Если бы я ориентировала удар точнее… Господи, господи, господи! Я ведь видела это однажды в мире Эдмуса: серое, помертвевшее лицо алхимика, правда, там, кажется, были кинжалы, но дело не в этом, а в том, что это едва не сбылось! Просто так, из-за ничего…

Не говоря уж о том, что я его вроде как люблю.

Как можно назвать это?

— Это ошибка, Оля…

С некоторым опозданием я поняла, что уже не рыдаю, а просто сижу, уткнувшись лицом в колючий свитер. Честно попыталась возразить, и у меня почти получилось:

— Ик… то… не ик! Буль… шибка…

— Значит, роковое стечение обстоятельств, — продолжил Тео все так же невозмутимо, — и я виноват не меньше тебя. Пойми, ведь если я не присутствовал в тот момент на церемонии — твой удар едва ли достиг бы цели.

— Це-церемония?

— Кремации. Наверное, мне стоит избегать подобного. Боюсь, что при виде людей, погибших подобным образом… вот опять.

Я отклеила лицо от его свитера и увидела: вокруг ладони Тео пляшут золотые искорки. Магия источника мира сего пришла в действие после одного воспоминания о церемонии кремации.

Опять лепиться носом к свитеру было неэстетично. Я заметила, что и так основательно промочила одежку Тео своими излияниями.

— Не ты… наносил удар, — и длинно шмыгнула носом в деликатно предложенный платок. — Я.

— Только ты?

Я ничего не возразила, и только основательно занялась платком. В голосе Тео засквозили непреклонные нотки:

— Веслав очень хорошо умеет провоцировать словами, Оля. И не только словами.

Я хихикнула в платок. Истерически, что еще больше обеспокоило Тео.

— Тебе не говорили, что из тебя бы вышел отличный папочка?

— Говорили, что из меня выйдет отвратительный отец. И Кора в том числе… а что?

Я посмотрела на его обеспокоенное лицо и только разошлась еще больше.

— То, как ты меня тут утешаешь. Прямо как…

— Ифирь, — подсказал Эдмус, просачиваясь в дверь. Здорово у него это вышло: сначала нога, потом рука, физиономия, вливается все остальное, а уж после вползают крылья. — Моя женушка мастер утешать. Правда, обычно кинжалами, но в последнее время она пополнила свой арсенал парой пик и арбалетом — никак, ее встреча с Виолой вдохновила.

Он доскакал на одной ножке до стула, уселся и пояснил способ перемещения:

— Интересно, Веслав так удержит равновесие?

Я сама не заметила, как вскочила, уронив мокрый и сопливый платок на свитер Тео. Эдмус вытянул когтистую лапу и полюбовался ей.

— Пе-ди-кюр в исполнении Бо. Почему ты так прыгаешь? Ты ведь не Ыгх, или ты решила брать пример с Ыгх, потому что…

— Эдмус, — тихо вмешался Тео, — вы не могли бы…

— Мы могли бы, — скис спирит. — У Веслава пока что обе ноги.

— Пока что?!

— И дальше будет столько же. Если, конечно, он не решит для скорости отрастить пару дополнительных, — Эдмус смерил желтыми глазами сперва меня, потом Тео и одобрительно кивнул: — Успокаивайтесь? Йехар готовится к тому же. Шагнуть в логово Веслава и поговорить с ним по душам, если, конечно, у алхимиков имеется такой орган, как душа…

— В логово? — перебил патетическую речь Тео.

— Да-а, Веслав туда уполз, после того, как распугал одну половину врачей и обработал вторую половину «Ниагарой». Теперь никто не будет заикаться про операции и новейшее оборудование.

Я сглотнула и попыталась не представлять, в каком состоянии сейчас Веслав и что случится с Йехаром, который попытается расколоть его на разговор по душам.

— Мне тоже интересно, на какой минуте рыцаря отравят, — Эдмус сунул палец в рот и задумался. — Или я спасти его хотел? Ведь какую-то такую хорошую причину придумывал…

— Что?

— Ничего-ничего, вы плачьте себе. Тут такой мир замечательный, Шукка, когда еще не была ребенком, только и говорила об этих… маленькие такие которые… а, неважно, вы все равно, наверное, не знаете. Или вот еще, — он извлек прозрачный беспроводной изящный наушничек. — Какая красота, да? Шедевр как ее… техники!

У Тео стало такое лицо, будто он вот-вот расхохочется, я же просто обмерла.

— Ты подсунул жучок в комнату Веслава?

— Нет, конечно, — обиделся спирит. — Я же не настолько придурок — соваться в комнату алхимика. Только Йехар ведь пойдет навещать братика с подносом, а на подносе там кофе, гамбургер… ну, и… еще что-нибудь тоже… что?! Я же спирит, ты была в моем мире, ты же помнишь, как у нас все любят подслуши…

В этот момент я выхватила у него наушник, секунду покопалась, разбирая, что там и как и еще успела озадачить Тео:

— Постоянно говори ему, чтобы он заткнулся.

И отошла в угол, прилаживая наушник на нужное место.

— Подслушивать же нехорошо! — весело возмутился Эдмус. Тео покашлял, и спирит почему-то смолк сразу, без напоминаний.

Наплевать мне на «нехорошо», хоть я и светлая! Мне бы узнать, что Веслав еще дышит и что он не отправит названного брата на тот свет.

Наушник оказался в моем ухе вовремя.

— Рыцарь, — услышала я надтреснутый голос Веслава так ясно, будто мое ухо было в непосредственной близости от его губ. — Я так вижу, ты хочешь воспользоваться моей беспомощностью и прочитать мне одну из своих занудных лекций? Напоминаю, что беспомощность эта — временная, так что слова подбирай.

— Веслав, — отозвался неизмеримо печальный голос Йехара. — Что же ты делаешь? Это же судьба…

Наушник пришлось срочно выковырять и отнести от уха подальше: Веслав орал так, что у меня глаза собирались в кучку. На секунду показалось, что я его услышу и так — через все расстояния и стены.

— Судьба?! Черта с два! Это для меня — судьба, а для нее это рок, рок, понимаешь?! Рок, который привязал ее ко мне! И я не собираюсь сидеть и просто на это смотреть, к дьяволу такую судьбу!

— И ты собираешься прекратить это лишь с помощью мастерства, — грустно констатировал Йехар. Я услышала, как что-то зашуршало — должно быть, он сел рядом с Веславом. — Неужели Книга Миров, все три миссии — тебя ничему не научили?

С помощью мастерства? Я вспомнила свою беспричинную вспышку ненависти, почти радостное выражение лица Веслава, когда я по нему ударила, его потускневшие глаза, когда оказались рядом…

Если я что-нибудь понимаю — а я понимаю — час назад на меня не подействовал «Антиамур». Теоретически, после приема этого снадобья я могла Веслава вообще прикончить и не посмотреть в его сторону, а вышло-то…

Вот почему он так взбесился, когда я к нему кинулась. Хотел чувства проверить, ученый несчастный. А раз не подействовал «Антиамур», значит — правда судьба…