Источник пустого мира (СИ) - Кисель Елена - Страница 100

Я помнила эту фразу. Она прозвучала больше трех лет назад, когда мы все расставались после второй миссии. Но в этой что-то было иначе: то ли подтекст, которого я, конечно, не поняла, то ли более теплый тон, и уж совсем поразительным был ответ Веслава:

— Спасибо, — а потом медленный, размеренный голос того же Веслава. — Какого веха?!

Что-то запищало в моем ухе, а потом уже гораздо более громкий голос Йехара возмутился:

— Что — прямо в волосах?! Это переходит всякое…

Я сообразила, что за этим последует, торопливо вытащила наушник из уха, а вот отнести его подальше не успела:

— Шпионы, цикуту вам… не только в глотку! — проникновенным воплем взорвался наушник голосом Веслава. — Только дайте мне до вас добраться — придушу Разверткой! Да я сделаю так, что…

— Что он обещает прямо сейчас? — не расслышал спирит. Он облюбовал себе местечко на почтительном удалении от меня и от опасного наушника.

— Прямо сейчас — что собственные тени совершат с нами манипуляции, о которых подробно я тебе не расскажу…

Просто потому, что не уверена, что смогу перечислить даже позы.

— Как хорошо, что мы ничего не подслушивали! — с наслаждением честного человека вздохнул Эдмус.

— Знаешь, просто даже как-то… от души отлегло, — одним движением я выключила наушник, который продолжал изобретать для нас казни, выкинула его далеко за свое плечо и продолжила очень легким тоном: —Знаешь, о чем я сейчас думаю, а?

— Я — об отдыхе, — таким же легким тоном отозвался спирит. — Правда, я о нем всегда думаю, даже когда отдыхаю, но я ж тебя знаю: ты сейчас наверняка мысленно прожевываешь все, что случилось за сегодняшний день, с самого начала. И вопросов, наверное составила — в Книгу Миров не влезут, а?

— В эту влезут, — отозвалась я с неприязнью. — Вопросов-то у меня немного, да и все по сути. В основном насчет Синона: если он так хотел поединка с Повелителем Тени, зачем дал Сиамам вполне определенное задание, убить Тео?

— Вопрос номер один, цена вопроса — голова одного архивариуса, бом-м-м… — тут же начал паясничать шут. Плюхнулся в траву рядом со мной, раскинул руки и заметил: — Но тут столько ответов, что они у меня в голове так и скачут, не дают себя поймать… вот один: Синон был светлым странником. Чтобы уничтожать города, ему нужно было твердое подтверждение того, что в этом мире не осталось никого и ничего… понимаешь?

— Ни зерна, которое может дать всходы, — с иронией отозвалась я. — Даже и не знаю, звучит не очень логично.

— Ну, так я придурок, а не алхимик, — еще с минуту мы наблюдали за детьми аномалов, которые уже перестали реветь и теперь в полном восторге носились от одного цветка к другому. Кажется, раньше в Заповедном Саду ничего такого не росло. Шукка не отлипала от Тео, зато Виола, переговорив о чем-то с Офроцем, направлялась к нам.

— Ведь по твоим словам выходит, что сам Синон и решил убить последнее, что есть в этом мире — его источник. Думал сократить мучения?

Спирит хмыкнул в по-прежнему серое небо и взялся за ненавистное для себя дело: мыслить.

— А может, он был логичным, этот вроде как светлый странник. Нынче этой логичной братии развелось — прямо плюнуть некуда. А ну, как он подумал: вдруг Веслав ни на что не купится, не призовет стихию ни из-за сожженных городов, ни еще из-за чего? Но ведь и Веславу хочется домой, а как можно вернуть равновесие в мир, который брякнулся в равнодушие?

— ?

— Появление сильнейшего мага, — отозвалась Виола, подходя. — Если бы Теодор погиб, Веславу пришлось бы призывать стихию просто чтобы выполнить поручение Арки.

— А если бы он…

— А может, он бы этого и не сделал, да, — Виола с непонятным выражением лица наблюдала за смеющимися, болтающими Тео и Шуккой. — Но Сиамы предназначались не только Книжнику. Их основной целью было прощупать Веслава. Огненный его короновал и выявил, что стихию Весл призывать и не думает. А Шестой выяснил, как можно его заставить принять стихию.

— О чем это ты…

— «Не начнешь», — повторил Эдмус недавние слова Веслава и даже пальцы попытался стиснуть так же. — Не начнет убивать нас с тебя. А может, и вообще не начнет убивать нас, кто там знает. Если бы Тео тогда не влез — Повелитель появился бы раньше.

А Веслав продержался еще неделю. И что толку? Все равно ведь кончилось так, уязвимость была найдена… это ли обозначал тот самый красный цвет нашего эликсира на совместимость? я — его слабое место, из-за меня он…

— Всегда вот так, — проворчал Эдмус и приподнялся. — Каждый норовит замучить сам себя, а я ведь тут, я ведь рядом! Уж вы мне только одну просьбочку, а я вам и нравственные муки обеспечу, и эти… которые интеллектуальные, и еще вот могу вывернуть наизнанку чувство вашей эстетики, а если напрячься и подключить Бо…

Я отмахнулась. Виола так и рвалась дополнить Эдмуса хоть парой слов о том, что мучиться, в некотором роде, поздновато, потому что Повелитель Тени — вот он, уже есть, и что с ним теперь делать — решительно неясно. Потому что личность совершенно легендарная — это с одной стороны, а со второй — он еще до кучи алхимик в прошлом и наш знакомый холерик. Это уже по жизни. Словом, пора подумать о настоящем и о будущем.

Настоящее этого мира, в смысле, Тео, наконец о чем-то договорилось с будущим, в смысле, с Шуккой. Символично. Шукка убежала, счастливо припрыгивая, а сам Тео недоуменно покрутился на месте, заметил нас в траве, радостно помахал, взял курс на нашу группу и, конечно, до нашей группы не дошел, споткнувшись в нескольких шагах. До нас еще долетел его удивленный комментарий:

— Нет, «Верный глаз» — это хорошо, но в очках мне все же было привычнее…

— Если бы в нашем мире оставался Бог, — атеистично изрекла Виола, рассматривая Тео. — Я бы спросила, за что он меня карает.

— Ты ведь это сейчас несерьезно говорила, — уличила ее я. Подумаешь — получила в ученичество будущего Поводыря Великой Дружины, да я… да у меня Повелитель в мире скоро появится! И прямо как Карлсон — в полном расцвете сил. И согласно версии того же Повелителя, которую я как-то подслушала, меня ждут по этому поводу какие-то неприятности с нашими Отделами.

— Кто обронил наушник? — поинтересовался Тео, выныривая из травы. — Такого, знаете ли, странного цвета… Я случайно наткнулся, никому не нужен?

Мы машинально покачали головами, и Эдмус продолжил рассуждать вслух, во всю глотку, ничуть не заботясь о том, что Теодор стоит в двух шагах.

— А ведь была еще одна причиночка, почему Синон пытался убрать с дороги источник этого мира не своими руками, а ручонками Сиамов.

— Сейчас ты скажешь, что это была зависть?

— Зависть? — удивился Эдмус, даже на ноги вскочил из травы и посмотрел на меня уже сверху вниз удивленно. — Надо же, а ты еще причину выкопала. Я-то страх имел в виду.

— Меня кто-то боялся? — с диким удивлением вмешался Тео, который все еще задумчиво поворачивал перед глазами наушник. — Насколько я понял, вы говорили о наставнике Йехара, но…

— Он-то не знал, что ты у нас безобидный, как щеночек, — издевательски ответила Виола. — Думал, что имеет дело с мощным магом и все такое, — я заметила, что Эдмус приподнял брови и хотел что-то возразить, но потом просто пожал плечами. — Сам понимаешь, если он узнал, кто ты такой, то должен был струхнуть: он-то ждал поединка с Повелителем Тени, а тут наталкивается на величину неизвестную: Книжник, Родник Жизни, и…

— Поводырь Великой Дружины.

Голос полоснул по вдруг напрягшимся нервам бритвой — чужой, звучащий холодной издевкой. От опушки леса к нам медленно шел Веслав.

Нет. Повелитель Тени.

Теперь уже и я оказалась на ногах, а Эдмус живенько отдрейфовал подальше от наушника в руках Тео. Хотя сам Тео наушник тут же уронил. Сказались услышанные новости.

— Что вы сказа…

— А они забыли тебя поставить в известность? О чем именно? Что ты возглавишь величайшую Дружину в истории миров? Что сразишься со мной?

— Я?!

— Так, может, не будем медлить и устроим показательный бой?