Книжная лавка (СИ) - Голякова Елизавета - Страница 20

— Вот и отлично! Может, и ты меня простишь, когда получишь свой выигрыш, как мы и договаривались?

— Я скромный книжник, не обремененный излишним злопамятством. И знаешь, я буду рад распить свое вино в твоей компании.

Лу просиял и выгнал из комнаты всех остальных. С ним удивительно приятно иметь дело (за исключением тех случаев, когда он не ставит своей целью, чтобы было просто невыносимо) — он понимает все не с полуслова даже, а по одному взгляду. И любит хорошее вино.

Мы сидели в удобных креслах, никак не вяжущихся со скромной обстановкой нового тайного штаба, потягивали изумительное вино, судя по всему, и правда доставленное из самой Железной Империи, и молчали. Лу посматривал на меня изучающе — кажется, ему было интересно, насколько меня хватит.

Я решил подыграть, тем более что пара вопросов действительно не давала мне покоя.

— Лу, послушай… — на его лице тут же проснулись все оттенки живого интереса, предвкушения и лукавого азарта. И от этого мне так сильно расхотелось играть в светские беседы, тонкие интонационные нюансы, подтекст и многозначительные взгляды, что я просто выдержал паузу, чтобы глотнуть еще вина, и просто спросил, — ты работаешь на кого-то, заинтересованного во всей этой беготне с магами, монахами, психами…

Я даже не стал делать вид, мол не подозреваю о том, что он все знает. Такие, как он, обычно знают даже больше, чем ты можешь предположить.

Лу фыркнул, сдерживая бестактный смешок.

— Ага. Весьма заинтересованного. Приятно все-таки с тобой беседовать, Габриель!

— Спасибо. И кто же это?

Он потянулся.

— Не то чтобы принято о таком говорить… Как-то непрофессионально получается, ты не находишь? Но впрочем, это имеет к тебе такое непосредственное отношение, что молчать, возможно, будет еще более непрофессионально… И совсем не по-дружески, тогда как…

— Кто это, а? — изредка Лу можно и перебить, хотя не рекомендуется.

— Король Рогар, умник, наш добрый славный король.

Я хмыкнул, утыкаясь в свой бокал, и Лу расхохотался при виде моей нервной улыбки. Все встало на свои места, и я уже, если честно, устал удивляться. Его величество — так его величество, честное слово, какая разница!..

История сложилась интересной, много забавнее, чем я предполагал. Надо, наверное, спросить у Эрика, кого из богов поблагодарить за это.

Погас багровый вечер. Эдорин накрыл наползший с моря жидкий туман, и в нем повсюду теплились огоньки окон домов, лавок, трактиров, храмов… Я шагал по улице, немного пьяный, разделавшийся со всеми загадками этого душного лета, окутанный легким флером полусладких воспоминаний напополам с предвкушениями. Где-то впереди раздавалось многоголосое пение монахов, и я шел на звук, выгнав все остальное из головы.