Серое братство (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович - Страница 131

— Я бы хотел пройтись по городу, — выказал свое желание Мастер.

— Зачем вам лишние проблемы? — удивился старик. Ступайте на корабль, располагайтесь и отдыхайте. Ильясар уже предупрежден о вашем появлении.

— Да хотелось бы прикупить кое-что, — темнил Мастер. — Не хочу покидать славный Муфазар с пустыми руками.

— Ну да, — скептически оглядел его хозяин. — Богатые одежды, много оружия, добротная обувь — о таком простому воину мечтать только приходится. Ну, раз ты желаешь… Ювелирные лавки — сразу за последним причалом. Солнце займет свое место в середине неба — корабль отходит. Смотри, не опоздай.

Мастер растворился в гомонящей толпе, а мы поднялись на палубу. Ильясар самолично встречал нас. Густая борода с вороненым отливом придавала ему сходство с Фаль-Адени. Он был такой же смуглый, но более полноват, с сильным торсом, а в левом ухе блестела серебряная серьга. Не гнушаясь своего положения, он почтительно поклонился бин Сиаруку.

— Как ваши дела, почтенный? — густым басом загрохотал капитан. — Краем уха я слышал от твоих управляющих о необычном путешествии. Что произошло в пути? Дозволено ли мне будет узнать об этом?

Бин Сиарук подхватил капитана под локоть и живописал наше приключение, но это нисколько не удивило Ильясара. Он только хмыкал и почесывал свою великолепную бороду. А еще изредка бросал на меня странные взгляды. Впрочем, меня это мало волновало. Я уже испытывал нетерпение, когда же надо мною захлопают паруса, надуваемые ветром.

Мастер появился перед тем, как убрали сходни. Он весело насвистывал какую-то мелодию, махнул мне рукой. В ответ на мой немой вопрос ушел на корму, где и застыл в неподвижности, не обращая внимания на суету отправления.

— У меня есть одна просьба, — обратился я к старику, вдруг вспомнив нечто важное. — В Ахайе находится мой хороший знакомый, ученый Баралар. Не возьмете ли на себя труд освободить его от рабства? Поверьте, он не заслужил подобной участи.

— Так же, как и многие из вас, чужеземец, — сжал губы бин Сиарук. — Но я умею быть благодарным. За то, что не сбежали прочь из ущелья, а приняли бой — я найду твоего ученого и выкуплю его.

Пафлагония. Ламберг

Такого удара Егерь не ожидал. Почти целый месяц он добирался до Ламберга, рискую жизнью. Попасть в переделку не составляло труда. Территория, занятая патриканцами, не оказалась гостеприимной для легкой прогулки. В неприятности можно было влипнуть на каждом шагу. Первый раз его команда, состоящая из Нислы и Малька, нарвалась на тех самых головорезов капитана Леггера. Как и следовало ожидать, друг Малька не вернулся, и пленник угрюмо попросил развязать ему руки, чтобы присоединиться к компании Егеря. Это пришлось сделать, даже если бы фарогар и не захотел. Под утро они нарвались на конный отряд, точнее, не нарвались, потому что ночевали неподалеку от моста через Тунс, а сами патриканцы наткнулись на их лагерь. Завязалась отчаянная рубка, где у пеших не было ни малейшего шанса. Тем не менее, отбивались, и довольно успешно. Нисла едва успевала отстреливаться из арбалета. Руки ее методично летели за спину, вытаскивая очередную стрелу, вкладывая в желоб, натягивая механизм пуска, а палец нажимал на курок. Стрела с легким вжиканьем летела в цель, и очередной патриканец валился с коня. Малек оказался не из робкого десятка. Он взял второй меч Егеря и пошел прямо в гущу спешившихся всадников Леггера. Егерь старался перекрывать фланги, чтобы их компанию не обошли со спины. Но какая надежда на девчонку и заложника? И он зорко следил за ходом драки, постоянно вмешиваясь в момент тяжелого положения на поле боя. Оставшимся в живых патриканцам он дал погибнуть в честном бою с мечом в руке.

И началась дикая скачка на восток. Егерь умышленно вел свой маленький отряд по направлению к Мирре, чтобы потом резко свернуть к северу. Маневр уже испытанный, и потому отказываться от него не имело смысла. Тем более приходилось торопиться и хитрить. Головорезы Леггера пустили по их следу собак — злобных кентских волкодавов. После удачного финта Егерю удалось снять с хвоста собак. Они пять лиг шли по мелководью какой-то речушки, а потом выехали на второстепенную дорогу, где чуть не попались. Кто же знал, что патриканцы будут патрулировать и проселочные дороги. Ладно, патруль зазевался и не успел сообразить, что же делать с непонятной троицей, несущейся бешеным галопом прямо на них. И прошли сквозь них, как горячий нож режет масло. Даже не стали смотреть, что осталось за спинами.

Последние лиги их, как ни странно, никто не беспокоил. Маленький отряд Егеря шел по территориям, не охваченным войной. И вот Ламберг вырос перед ними, завораживая крутизной своих крепостных стен, опоясанных к тому же широким рвом, который, в свою очередь, соединялся с морем. Это давало большое преимущество горожанам: заводить небольшие корабли в канал, в свою очередь перекрытый толстыми цепями, и, в зависимости от ситуации, высаживать десант или перекрывать своими бортами линию стрельбы. Захватить Ламберг было делом архисложным, подумал Егерь, если даже невозможным. Здесь поляжет несколько добротных армий, но принесет ли это успех?

Троица с гулким грохотом пронеслась по широкому подъемному мосту через водный канал. Стража особо не усердствовала в дознании и пропустила всадников в город за чуть большую мзду, чем положено. Но никто в обиде не остался. Егерь, верный своему принципу, в таком деле не скупился.

Ни один мускул его лица не дрогнул, когда Клест, выступавший тем самым поверенным в выкупе Лации и отдавшим золото пиратам, сказал, что корабль так и не появился в Ламберге.

— Рыбаки видели «Волнорез», идущий в залив, — добавил Клест. — Полагаю, что он направлялся в Мирру.

— Это только предположение? — помрачнел Егерь.

— В малой толике, — пожал плечами Клест. — Я расспрашивал сошедших на берег моряков с других кораблей, и они подтвердили, что чертов Корс крутился в Крабовом заливе, и даже развлекался стрельбой из пушки по берегу. Полагают, что там был бой. После этого пираты снялись с якоря и пошли в Пафлагонию. Да, он проходил мимо Ламберга, но и только.

— Кроме Мирры он может куда-нибудь завернуть?

— Да куда угодно! — Клест сплюнул в грязно-пенную воду. — Мог и продать, в конце концов, кочевникам полуострова. С него станется. Когда я прочитал твое послание, сразу подумал: это дело не выгорит. Нельзя верить пиратам. На свой страх и риск я проник на корабль, но Корс наотрез отказался. Еле убедил его поучаствовать в деле.

— Будем считать, что Корс нашел королеву. А уж потом догадался, кого спас. И тут же решил на этом хорошо заработать, как будто нашего золота ему мало. Он сунул голову в крепкую петлю. Но большие деньги кочевники ему не дадут. Значит….

— Он прячет ее или в Мирре, или где-то на побережье, — кивнул Клест. — Корс не рискнет сразу вести переговоры со сторгами[48] или еще с какой швалью о продаже важного лица Алама. Да и по большому счету — кочевникам глубоко наплевать, кого брать в рабы. А женщины им нужны для деторождения.

— Это плохо для нас, — согласился Егерь. — В таком случае у нас нет ни малейшего шанса быстро отыскать следы королевы. Если Корс все же продаст ее, кочевники так упрячут наложницу, что мы рискуем вообще не найти ее.

— Но ведь Корс не глупец, — тут же откликнулся Клест. — Он понимает последствия своего поступка.

— Значит, будем надеяться, что пират не глуп, и это уже хорошо. Где он может ее держать?

— Значит, Мирра, — собеседник Егеря почесал затылок. — Там у пиратов много соглядатаев, много схронов. Их шпионы рыскают по округе, по побережью. Мирра!

— Уже неплохо, — Егерь усмехнулся. — Мы отправляемся туда сегодня же. У тебя есть люди, которые готовы поднапрячься и повести корабль в Мирру по такой волне?

— Поищем, — Клест выглядел уверено. — Только я с тобой. Пора размяться. Сам знаешь, как тяжело без движения. Засиделся в Ламберге. Уже стал забывать, как за меч браться.