Школа волшебства (СИ) - Корсуньский Ростислав - Страница 81

Проснулся от того, что затекла спина, да и зябко было. Потянулся и посмотрел на отверстие. Сон как рукой сняло, и я вскочил на ноги.

— Неужели приснилось? — я помотал головой. — Фух, слава богам это ночь на улице.

И в самом деле, через отверстие я увидел звезды. Успокоившись, я достал одеяла и улегся опять спать. Утром, под урчание желудка, требующего свою пайку, я решил выйти на свет и поохотиться. Вода, которой к слову осталось не так и много, уже совсем не помогала погасить желание покушать.

— Даааа, — протянул я, — вот это воронка!

Мое отверстие оказалось на боковине громадной воронки, ближе к верху. Край поверхности располагался в каких-то пяти метрах, а вот центр воронки углублялся еще метров на десять. Про диаметр даже гадать не буду — вон он край, еле различим отсюда. Желудок опять напомнил о себе, и я начал карабкаться наверх. Взобравшись, я вздохнул с облегчением, потому что вдалеке увидел зеленую растительность. Удивительно, но сам кратер и пространство вокруг него представляло собой нагромождение камней. Я даже представить не могу, что здесь использовалось, если спустя тысячелетия тут не выросло ни травинки. Даже подозреваю, что и животных тут никаких нет, что для меня в данной ситуации является большим плюсом. Я поспешил к лесу.

Граница земель представляла собой черту — вот тут это камни, а через пару сантиметров уже растет трава. Пересечение ее я никак не почувствовал, разве что запах растений стал чуть более отчетливым.

Есть хотелось уже очень сильно, если сегодня не поем, то с завтрашнего дня сильно начну терять силы и вообще не выберусь отсюда. А охотиться без арбалета и с одной сетью как-то не очень. Меня посетила одна мысль: «А что если животные вообще не заходят на эту каменную территорию?», и я решил ее проверить. Идя вдоль границы, я рассматривал следы и вскоре был вознагражден — в одном месте я насчитал аж три вида следов. Вернувшись обратно в каменную пустыню, я спрятался за валуном и принялся ждать.

— Это еще что такое? — прошептал я, увидев первого животного.

Может быть, его предки и были людьми, ведь две ноги, две руки и голова это и есть характеристика разумных. Ну, если не считать моего Агата. Шерсть на нем была клочковатая, ушей и носа я не видел, зато выделялись желтые глаза и когти на руках. Вдруг существо резко повернулось в мою сторону, что я не успел спрятаться, а потом уже не было смысла. Оно подошло к черте и остановилось — выводы мои подтвердились — животные сюда не идут. Что им тут не нравится? Или может быть, раньше тут было опасно, а сейчас у них работает генная память? Я ведь нормально тут существую. Глаза понемногу превратились из желтых в оранжевые, а еще я увидел вертикальный зрачок. Существо оскалилось и издало рык, а я во рту приметил острые зубы. Представил, как с ним сражаюсь и меня обдало такой опасностью, что понял — с этим хищником я не справлюсь. Ни в трансе, ни в состоянии контроля. Точнее, справиться за счет моего оружия смогу, но сам получу такие раны, что вряд ли выживу. А на счет контроля, вероятно, оно обладало разумом, но недостаточным, чтобы осуществлять контроль. Грубо говоря, меня с ним связывало бы не несколько нитей, а одна, да и там могла быть чуть видна. Вдруг оно резко обернулось.

Из-за большого куста появился еще один хищник. Этот выглядел более привычно. Приземистый, на четырех лапах, как у ящерицы. Голова с вытянутой пастью, из которой виднелись клыки. Вокруг нее какие-то отростки, не знаю для чего предназначенные, и сзади хвост с наростом на конце. Последнее, понятное дело, предназначалось для удара. Рев-рык двуногого существа и трубный зов четырехлапого прозвучали одновременно, и оба ринулись друг на друга. Не добегая пары метров, новый знакомый резво повернулся, и к двуногому устремился его хвост. Но тот, наверное, очень хорошо знал эту тактику, поскольку он высоко подпрыгнул и приземлился перед своим противником, который, впрочем, успел развернуться. И тут я увидел для чего предназначались отростки — они вдруг зажили своей жизнью и с невероятной скоростью устремились к врагу. Руки того тоже превратились в расплывчатые силуэты, что мне пришлось войти в боевой транс, чтобы уследить за ними. И даже в этом состоянии отростки и пасть одного врага, а также руки второго, мелькали для меня очень быстро.

Тут уже началась обыкновенная схватка хищников. Один вцепился в бок другому, а его отростки, на конце которых я увидел шипы, пронзали грудь. Но когти врага работали не менее эффективно и отростки то и дело разлетались в стороны, отрезанные ими. Вот его когти заработали уже по шее, но в это время хвост четырехлапого выгнулся дугой и ударил противника в грудь, а я успел заметить, как из него вылез шип. Тот еще несколькими ударами отсек хвост, затем голову и победно проревел. Но это, видать, было последнее, что тот смог сделать, поскольку он попытался сделать шаг, но так и рухнул.

Я решил подождать пока он окончательно умрет, но вспомнил, что когти и другие части, снятые с живого еще животного, более дорогие. Обнажив меч, я быстро побежал к ним. Двуногий был еще жив, и я замахнулся мечом, как увидел, что его глаза вспыхнули красным светом. Нет, они не засветились, просто успел заметить, как от зрачка разошлась краснота, которая и была похожа на вспышку. А потом моя рука остановилась, так как я отчетливо различил удивление на его морде. Плюнув на это, я ударил по его лапе.

— Фигассе, — в удивлении вскрикнул я.

Я, конечно, бил вполсилы, но мой меч оставил только зарубку! Со всей силы, чтобы отрубить все пять когтей, мне понадобилось, пять ударов. Что-то невероятное должно было тут произойти, чтобы дать такую мутацию. Хотел было взять с собой и шип, даже протянул руку, чтобы вытащить его из груди, как мелькнула мысль: «А вдруг он отравлен?». Решил оставить это на потом. В качестве еды можно использовать только четырехлапого. И все дело не в возможном яде, точнее, не только в нем — у двуногого кровь была насыщенного темного, почти черного цвета. В то время, как у его противника обыкновенная красная. Отрубив заднюю лапу, я пошел в пустыню готовить себе еду. Кстати его кожа в виде очень мелкой чешуи, поддавалась моему оружию тоже с трудом. Теперь стала понятна причина того, что об этом кратере и этих тварях никому ничего не известно — здесь даже группе в десять человек не выжить.

Запах мяса оказался очень вонючим. Сравнить его с чем-либо я не мог, поскольку ничего похожего не знал, он просто вонял. Но, несмотря даже на это, вся готовка прошла под очень громкий звук моего живота. Жарка убрала запах немного, но я все равно чуть ли не проглотил первый кусок. Наевшись мяса до сыта, до отвала, я лег за валуном спать. Разморило меня так, что я проснулся, когда солнце садилось за горизонт, поэтому я просто достал одеяла и продолжил отдых.

Утром, поев вчерашнего мяса, отправился обратно к орочьему селению. Я уже понял, что на территории Пустоши довольно много существ, которых мои амулеты по отводу взгляда и сокрытию ауры не обманывают. А здесь, в центре, так, скорее всего, почти все смогут меня видеть. Вот и двигаюсь перебежками, прислушиваясь и к интуиции, которая немного «заработала», и к различным звукам. А следующей ночью меня скрутило от боли в животе, и, кроме этого, еще и тошнило. Достал амулет, но он только облегчал состояние, а накопитель довольно быстро разряжался. К утру оба амулета были с пустыми накопителями, но и мне полегчало. Есть не хотелось, поэтому сразу пошел дальше.

А вот во второй половине я оклемался от отравления полностью, но кушать хотелось опять очень сильно, поэтому я решил съесть небольшой кусок — не умер ведь. Все прошло хорошо, не было ни тошноты, ни болей, поэтому решил, что просто сильно переел. Несколько раз я первым замечал какие-то шевеления и успевал уйти в сторону, что меня никто не видел, не слыша, и не чувствовал. Мясо удивительным образом не портилось, поэтому решил растянуть его как можно на больший срок.

На пятый день пути у меня начались галлюцинации. Когда увидел того двуногого, то тут же рухнул на землю, но поднявшись и посмотрев, никого не увидел. Я еще целых пять минут осматривался, но все без толку. Второй раз увидел его же вообще рядом и именно тогда понял, что это мне мерещится. Одел амулеты, но они смогли только замедлить прогресс болезни. Когда накопитель на одном из них стал пустым, я решил его зарядить. И вот тут постигло сильное разочарование — управлять своей маной я не мог. Тут же попробовал прокачать внутреннюю энергию — сработало, но расход опять оказался очень большим. Именно после этого я побежал.