Возвращение - Лисина Александра - Страница 70

— Я готова, — совершенно спокойно сказала Белка, оказавшись один на один с драконицей. — Но сперва позволь, я тебе кое-что покажу. Не волнуйся, это никак не повлияет на наши с тобой отношения. Но я хочу, чтобы ты узнала о нас немного больше и уже сейчас понимала, против чего рискнула пойти.

По ее знаку Элиар, с которым она вчера долго беседовала, сделал причудливый пасс рукой. Простой человек не заметил бы, но для лучащихся силой драконов и для владеющего магией разума владыки Эоллара были вполне различимы тонкие нити заклятий, прикрепленные к его изящным пальцам. И еще более тонкие каналы силы, по которым во все стороны брызнули теплые изумрудные искры.

В мгновение ока пространство над Гнездом осветилось мягким зеленоватым светом. Сквозь тысячи и тысячи огоньков начали стремительно прорисовываться ровные овалы, открывающиеся воронками телепортов на каждой скале и на каждой площадке, где только было место для нормального выхода. Сперва они были неяркими и робкими, но по мере того как закусивший губу эльф вливал в них силу, на глазах изумленных драконов порталы наливались светом. Их границы становились хорошо различимыми, а бьющиеся в них огненные вихри буквально раздирали пространство на части.

Ллер Адоррас округлил глаза, оторопело воззрившись на светлого мага, рискнувшего открыть такое количество порталов в совершенно незнакомом месте. Причем с ходу, на одном только наитии и так поразительно точно, что это могло показаться невозможным, если бы не происходило прямо у всех на виду.

Спустя всего пару минут, в течение которых владыка остро пожалел, что не присмотрелся к этому эльфу повнимательнее, вокруг площадки с драконами, на высоте нескольких человеческих ростов между скалами, с невероятной синхронностью раскрылись десятки одинаковых воронок. Поначалу они пустовали, с шипением плавя камни. Но вот сперва один, затем второй и третий порталы потемнели, заставив Элиара скрипнуть зубами, а потом сквозь них, как по команде, начали проходить странные тени.

Ллер Адоррас сперва даже не понял, что это такое. Он рассчитывал увидеть кого угодно, вплоть до армии вооруженных до зубов золотых, но никак не думал, что вместо этого на Скальные берега спрыгнут огромные, покрытые костяной броней, усыпанные страшными иглами кошки. И их было много. Сотни две, не меньше. А следом вышли почти такие же крупные волки. Серые, рыжие, иссиня-черные… гигантские, невероятно спокойные. Гривы у всех мохнатые, густые — не всякой стрелой и не всяким когтем пробьешь. Морды крупные, зубы крепкие, лапы мощные, глаза желтые, подозрительно разумные. А взгляды, которыми наградили драконов бесстрастные звери, были до того острыми, что владыке Эоллара стало не по себе.

«Это же ее стая! — осенило немолодого эльфа. — Вся ее стая! Она позвала сейчас их сюда, чтобы мы поняли: вызов брошен им всем! До последнего зверя! Темная бездна!»

Драконица окинула хмер оценивающим взглядом, однако ни одна из кошек даже не подумала пятиться от раздраженной Матери. Напротив, они смотрели в ответ с какой-то ноткой снисхождения, если не сказать — с жалостью. Смотрели внимательно, долго, словно старались запомнить ту, что рискнула бросить им вызов. И не страшились ее свирепой мощи, потому что за ними стояла не меньшая сила. Когда же почти над самой головой драконицы звонко хлопнул последний портал, пропуская вперед еще одну пару громадных кошек, даже Мать не сумела сдержать изумленного вздоха: две громаднейшие хмеры мягко ступили на захрустевший под их весом камень, а затем вопросительно взглянули на хозяйку.

— Вы вовремя, — мягко улыбнулась Белка, встретив укоризненный взгляд кровной сестры. Траш вместо ответа глухо заворчала, отчего пришедшие хмеры беспокойно задрали морды, а Карраш, достигший за последние годы иоистине устрашающих размеров, неодобрительно рыкнул.

Вместе с хмерами зарычали почти три сотни перевертышей, охотно пришедшие на зов вожака. Стоящий между двумя кошками и не испытывающий от этого никакого дискомфорта Рос тоже подал голос, сообщая, что готов спустить стаю на любого, кто вздумает задеть ту, что стала всем им такой же Матерью, какой некогда была и драконица для своих детей. Он не морщился от запаха хмер, не замечал, что одна из них тяжело дышит ему в затылок, — все распри были забыты, едва по Проклятому лесу прокатился могучий призыв.

Владыка Эоллара при виде этой жутковатой стаи пугливо вздрогнул, а когда порталы снова натужно загудели, сообщая о новых гостях, он с тревогой взглянул на Элиара. Эльф был бледен как полотно, но его вискам струился пот, пальцы рук подрагивали, удерживая огромное количество нитей, но он до сих пор не выглядел изможденным или умирающим. Устал, конечно, но отнюдь не истощился. А если и загорелся сейчас сапфир в его венце, то лишь для того, чтобы помочь хозяину с резервами.

В оглушительной тишине сквозь обновленные воронки так же слаженно и четко шагнули новые фигуры. На этот раз — самые обычные, двуногие, но вооруженные до зубов и обвешанные таким количеством оружия, что не привыкшему к подобному зрелищу владыке стало нехорошо. Это были эльфы. Причем и темные, и светлые, которые умело рассредоточились, привычно заняли места между хмерами и перевертышами. Оглядели удивленно озирающихся драконов, которых, надо думать, в жизни никогда не видели, а затем дружно отсалютовали и так же выжидательно уставились на своих владык.

— Ну, Тиль, — процедил сквозь зубы Элиар. — Знал бы я, что ты всю свою элиту сюда потащишь, запасся бы кристаллами побольше. Одни хмеры сколько вытянули, не считая охотников и твоих ушастых стрелков.

— Так надо, — невозмутимо отозвался темный владыка, следя, как его эльфы окружают драконов. — К тому же я был уверен, что ты справишься. И ты справился, так что не ной и гаси свои дырки. Теперь уже все. Больше никого не ждем.

Светлый чуть не сплюнул с досады и подумал, что еще намылит этому интригану шею. Как только Милле родит, так и намылит, пока она будет занята с малышами.

— И что это такое? — брезгливо осведомилась Великая Мать, когда движение наверху прекратилось.

Белка тонко улыбнулась:

— Моя стая. Разве не видишь? Можешь посмотреть повнимательнее и тогда поймешь, что к чему. А еще — сообразишь, я думаю, что при любом раскладе и как бы ни повернулась ситуация, даже если ты окажешься проворнее и каким-то чудом сумеешь отобрать у меня тело, живой они тебя отсюда не выпустят.

Драконица нахмурилась:

— Они пойдут против тебя? Посмеют тебя убить?

— Они поклялись мне на крови, — спокойно сообщила Белка, и у Матери удивленно дрогнули ресницы. — В каждом из них есть частичка моей силы. В каждом течет частичка моей крови. Они — стая. Такая же, какая когда-то была у тебя. Только, в отличие от тебя, я их никогда не предавала. Поэтому если со мной что-то случится или я буду уже не я, они исполнят свой долг. Будь уверена — отсюда ты не уйдешь.

— Стая? — уже другим тоном переспросила драконица, присмотрелась и вздрогнула. — И в самом деле, узы у каждого… когда ты успела?!

Белка невесело усмехнулась:

— У меня было целых пять лет, чтобы осознать себя. Были твои сны, в которых таилось немало подсказок. И любящий муж, который позволил мне занять положенное место, не боясь оказаться слабой, беззащитной или уязвимой. Так что сегодня ты бросила вызов не только мне, крылатая. Ты вызвала на бой всю нашу стаю. Всю мою семью. А в таких случаях ваш закон суров: все или никого, проигравших просто не будет. Но поскольку на данный момент твоя собственная стая приняла мои объяснения, поскольку твой среброкрылый сын оказался мудрее тебя, я снимаю с них брошенный тобой вызов. И биться будем только мы одни. На правах Матерей. По праву сильнейших. Или ты еще сомневаешься в моих полномочиях?

Драконица оглядела оскалившихся хмер и неопределенно шевельнула хвостом.

— Пожалуй, нет. Мне будет даже лестно воплотиться в тебе, чтобы принять под руку твоих «детей».

— Ты не поняла, — ласково улыбнулась Гончая. — Мне не нужен поединок с тобой сам по себе. И не нужен лишний риск для моих ребят. Я собираюсь тебя уничтожить и избавить этот мир от твоего смердящего духа.