Копейщик (СИ) - Парсиев Дмитрий - Страница 94

* * *

На подмогу к своему царю Вепрь все-таки успел. Вовремя подошедшая рота ударила в спину осаждающим его Гусям. У царя Вакулы, держащему оборону с остатками войска в небольшой крепости, к тому времени закончилась еда, и почти не осталось воды. Когда из леса показалась рота Вепря, царь сначала подумал, что к нападающим идет подкрепление и крепко выругался. А когда рота начала колоть и резать Гусинов, царь воздал своему богу краткую хвалу и самолично вывел на бой своих бойцов из крепости. Застигнутые врасплох Гуси пустились в бегство, убежать, правда, удалось немногим.

После боя, атман Вепрь доложил царю о своем освобождении из плена, представив ему Ольху как спасительницу, присланную князем Вересом, а заодно пришлось рассказать и о том, что его знамя теперь развевается над северградской крепостью.

— Я слышал об этом, и я тебя не виню, Вепрь, — великодушно сказал на это царь Вакула, — Ты сделал все что смог и, главное, избежал позорного пленения знамени. А что касается Северграда, мы пойдем туда вместе, — царь с ног до головы оглядывал Ольху и качал головой, будто не верил своим глазам, — Как бы то ни было, маленькая княжна спасла не только тебя, но получается, и меня тоже, теперь я просто не могу остаться в стороне и не помочь князю Вересу.

Вепрь если и был удивлен таким решением своего царя, то вида не подал. А через два дневных перехода они, слившись в одно войско, насчитывающее теперь около пяти сотен бойцов, выходили на лед озера Источного.

— Я слышал, что крепость почти полностью разрушена, — удивился царь Вакула, глядя на сверкающие льдом стены.

— Я и сам удивлен, царь, — вежливо ответил Вепрь, — К тому же перед крепостью я вижу войско. Уж не готовится ли штурм?

— Это мы скоро выясним, — царь перехватил свою знаменную секиру на боевой хват и решительно зашагал по льду. Отсутствие коня его не смущало. Лошадей пришлось пустить на мясо еще во время осады, но как любому знаменному правителю, чьи воплощения длятся столетиями, царю Вакуле доводилось сталкиваться и с гораздо большими неудобствами, нежели отсутствие седла под задом своей царственной особы.

Подойдя ближе, они убедились, что знамя роты Вепря действительно реет над крепостью, затем увидели следы недавнего боя, а когда приблизились к крепости вплотную, царь Вакула разглядел высокий головной убор полковника Такамона.

— Так вот где ошивается этот союзничек, — брови царя сошлись к переносице, — Атман, стройся перед стеной, и пойдем потолкуем с этим «петляющим змеем».

Атман Вепрь выстроил войско. За спиной — крепость, впереди — силы альянса Азума. Если Мангусты со Змеями соберутся идти на штурм, войско Вепря окажется у них на пути. Царь вепрей не знал подробностей, но понимал главное: коли из Северграда выбили захватчиков, он сделает все от него зависящее, чтоб помочь волчьему князю не пустить их обратно. Две рати стояли теперь друг напротив друга, но навстречу сходились пока только их полководцы. С одной стороны, царь Вакула и атман Вепрь, с другой, — полковник Такамон и ротный атман Бенак. Они сошлись на равном расстоянии от своих войск, остановившись в нескольких шагах, будто бы не были до этого союзниками, не доверяли друг другу и о приветственном рукопожатии не могло быть и речи.

— Может быть объяснит нам царь Вакула, что делает знамя его роты над крепостью? — полковник Такамон не видел нужды в приветствии, сразу переходя в словесное наступление, — Или для него больше не имеет силы союзническое соглашение?

Атман Бенак покачал неодобрительно головой, такое начало беседы мирного исхода не сулило.

— Может это вы, полковник, сначала объясните, что вы делаете здесь? Почему вы покинули линию фронта и оголили тылы, зная о предательстве Гусей? — оправдываться перед Такамоном царь Вепрей тоже не собирался, — Вы еще смеете мне напоминать о союзничестве?

— Я действую по приказу моего хана, — ответил Такамон с вызовом, — И обсуждать его с вами не намерен.

— С вашим ханом я поговорю в ближайшее полнолуние на совете Сорока Восьми, а с вами придется разбираться прямо сейчас, — оборотень-вепрь начал проявляться в гневливом царе, — А может я чего-то не знаю, полковник? Может вы больше не считаете Гусей предателями?

— Извините, что вмешиваюсь, — вежливо обратился атман Бенак, видя, что так дело и впрямь может дойти до битвы, — Дело в том, что с коня я имею лучший обзор… Гусиный воевода Гоцек прямо сейчас направляется сюда, вероятно, он сам захочет прояснить свою позицию.

Не без удивления царь Вакула поглядел, куда указывал Мангуст. По руслу Бунары к ним двигалось еще одно войско.

— Не понимаю, — хмуро сказал он, — Сегодня что, воскресная ярмарка? Этим что здесь нужно?

— Вообще-то вторник, — атман Бенак был удивлен не меньше, сам он не ожидал здесь увидеть ни Гусей, ни Вепрей, — Но сравнение с ярмаркой довольно удачное.

— Голов четыреста, — негромко сообщил своему царю Вепрь, — Похоже это все что осталось у Гусей в строю. Причем конных не наберется и полсотни. Мы их неплохо потрепали, царь.

Царь Вакула кивнул и стал молча наблюдать за приближением Гусей. Его подозрения оправдывались. Гуси встали рядом с остатками полка «Змеиной петли», явно занимая одну с ними сторону. Выстроив свое войско, Гусиный воевода двинулся к переговорщикам.

— Я приветствую полковника Такамона и вас, атман Бенак, — сказал, подойдя, гусиный воевода Гоцек, — Хочу лишний раз подтвердить свою верность союзничеству с ханом и заявить, что имею притязания только лишь к присутствующему здесь царю Вепрей. Впрочем, я вижу, полковник, с ним и у вас появились разногласия.

— Вот как вы заговорили, — в голосе Вакулы промелькнуло удивление, — Значит все-таки успели спеться.

Он обернулся к атману Вепрю:

— До появления здесь Гусей с этими отрыжками альянса мы имели примерно равные силы. А раз для них Гуси больше не предатели, и они получили численное преимущество, пора силы уравнять. Выясните, кто сидит за этими стенами, и есть ли среди них мужчины, готовые сражаться.

Как оказалось, Грач уже связался с защитниками крепости. В отсутствие Васи, Акима и Макара бремя вожака взял на себя, как это ни странно, Короток.

— Сотник Кусь! Сотник Кусь! — кричал он радостно со стены, — Мы здесь. Мы зывы! После краткого обмена приветствиями, Вепрь призвал защитников крепости выходить за стены. Нелюди споро выбирались из своих укрытий: гоблины из лазов под стеной, древесники, наоборот, скатываясь со стены сверху, а кикимы из-подо льда, и все они вставали плечом к плечу с его ротой в четкий боевой строй, десятка к десятке, сотня к сотне.

— Вот это выучка. Молодцы, — похвалил царь Вакула, оглядев войско нелюдей, и обернулся к Такамону, — Это они задали вам жару, полковник? Можете не отвечать. Сам вижу, что они.

Царь Вепрей довольно рассмеялся.

— Силы снова уравнялись, — заключил он с удовлетворением, — И мы можем продолжить разговор о том, что следует считать предательством. А то, я вижу, суть столь простого понятия, доходит не до всех присутствующих.

— Не хотел бы вас прерывать, царь, — снова вмешался, привставший на стременах и вглядывающийся вдаль конный Бенак, — Но сюда идет еще одно войско.

Сопровождаемое общим молчанием полутысяча бойцов во главе с воловьим царем Фарадором. прошагав по льду, примкнуло к войскам Азума и Гусиного воеводы.

— Рановато вы заговорили об уравнении сил, — поддел царя Вакулу гусиный воевода Гоцек, — У нас снова преимущество.

— Знаменный правитель Фарадор пожаловал, — протянул царь вепрей, — А я все думал, откуда, вы, Гуси набрались столько смелости…

— Вы правы, царь Вакула, — раздался из-за его спины мелодичный голос. Одновременно с Фарадором с противоположной стороны под прикрытием легкого морока, а потому не сразу замеченной с севера подошла королева горностаев с пятьюстами своих гвардейцев, — Гусь пляшет под дудку Быка.

Вокруг небольшой группы переговорщиков строились новые войска.

— Приятная неожиданность, королева, — Вакула галантно поклонился, — Своим прибытием вы вновь восстановили силовое равновесие.