Копейщик (СИ) - Парсиев Дмитрий - Страница 79

— Видите-ли какая штука, — по губам директора скользнула тонкая усмешка, — Косметическая компания тоже не занимается политикой.

— А вы полностью уверены в этом? — быстро спросил Верес, внимательно глядя в глаза директора, — Ваши слова подтверждают мое предположение, что вы играете с Косметической компанией по одним правилам, хотя мне и неизвестно, кто вам эти правила навязал.

— А вот это, князь, не ваше дело, — в голосе директора снова отчетливо просквозила угроза.

— Не надо горячиться, директор. В ваши взаимоотношения лезть не обираюсь, — заверил князь, — Но на политической арене появился новый игрок. И либо это — косметическая компания, либо — вы.

— Вы позволяете себе лишнего, князь. А ваши домыслы оскорбительны. У вас есть конкретные факты?

— Ну, что ж. Факты так факты, — Верес удовлетворенно кивнул, беседа развивалась именно так, как он и задумал, — Я вижу на стене прекрасную карту континента. Не возражаете, если я использую ее для наглядности?

— Будьте так любезны, — ворчливо разрешил директор, — Надеюсь это сэкономит мое время.

— Поверьте, я ценю, что это время вы мне предоставили. Буду краток, — Верес подошел к огромной карте, занимающей чуть не полстены и снял с крючка висящую рядом указку, — Прошу взглянуть вот на эту область, расположенную на северо-востоке от средиземья, которая включает в себя сразу несколько государств, в том числе и Урсу, князем которой я являюсь.

Директор промолчал, ожидая обещанной конкретики.

— Факт первый. Предводитель гусиного народа предал альянс Азум-хана и переметнулся на сторону кошачьего альянса Тайгара.

— Лично мне это ни о чем не говорит, — сообщил директор сухо.

— Охотно поясню. Вы, директор, только-что точно определили сильнейших политических игроков континента: Азум на востоке, Тайгар на западе, ну а в середине — это власти средиземья. Так вот, гусиный предводитель прекрасно знает, что Азум предательства ему не простит, что Тайгар ему не доверяет, да и кто будет доверять предателю, а для средиземья он — слишком незначительная фигура, чтобы портить из-за него отношения хотя бы с тем же самым Азумом.

— Согласен, — хмыкнул директор, — Здесь в средиземье его поддерживать не будут. И из этого вы приходите к заключению, что этого «гуся» взял под крыло кто еще?

— Во всяком случае, такой вывод напрашивается, — Верес усмехнулся, — Но этот был только факт первый.

— Вам удалось меня заинтересовать, слушаю дальше.

— Факт второй, царь воловьего народа, Фарадор, — Верес переместил указку левее, обозначая на карте соседнее государство, — Этот правитель много десятилетий выказывал притязания на земли, принадлежащие его северной соседке, королеве горностаев.

— И теперь что-то изменилось, — догадался директор.

— Совершенно верно. Теперь он от угроз переходит к действиям. При этом он знает, что я не останусь в стороне и выступлю на стороне королевы. До сих пор его это сдерживало. Однако по всей видимости, этот сдерживающий фактор перестал иметь для него решающее значение.

— Ну, в данном случае он мог найти военных союзников где угодно, — возразил директор, — Подозревать в этом компанию было бы опрометчиво.

— Я согласился бы с вами, если бы не одно «но». Мне стало известно, а вы, я полагаю, легко сможете это проверить, что не далее, как будущей весной его заявка о вступлении в торговый союз должна быть одобрена. По всей видимости Фарадору удалось склонить на свою сторону некоторых несговорчивых членов совета и заручиться их голосами… — Верес бросил на директора многозначительный взгляд, — Это к слову о том, что компании не вмешиваются в политику.

— А вы неплохо осведомлены, — директор усмехнулся, — Но ведь это всего лишь торговый союз?

— Союз торговый, — согласился князь, — Но в некоторых случаях позволяет запросить военную помощь. Например, для решения земельных споров.

— Да? Я не знал об этом.

— Но это так. А теперь позволю себе сделать некоторые обобщения, — указка в руке князя широкой дугой снова очертила северо-восточную область, — Некто целенаправленно привносит в эти земли раздор и смуту, вовлекая в нее все сколь-нибудь значимые в этих краях государства, включая и Урсу. И это — не Азум, не Тайгар и не власти средиземья.

— Властям средиземья может быть выгодна еще одна войнушка на севере, — не согласился директор.

— Не в этот раз, — возразил Верес, — Когда и без того уже пылает восток, запад и юг, последним транспортным коридором для торговли остается север. Властям средиземья эта война не выгодна, иначе я просто не получил бы вчера кулон гильдейкого мастера.

В подтверждение своих слов Верес достал из кармана переходящую реликвию оружейников и выложил на стол.

— Да, бог с вами, князь, я вам верю, — отмахнулся директор, однако отличительный знак грандмастера гильдии осмотрел и довольно тщательно. Убедившись в подлинности вещи, он поднял глаза на князя, — Ну, хорошо. Я готов признать ваши доводы более чем убедительными. Но мне по-прежнему не ясно одного. Одного, и самого главного. Какую выгоду во всем этом преследует для себя Компания?

— Вы позволите присесть? — с полуулыбкой спросил князь, и не став дожидаться разрешения, удобно устроился в посетительском кресле, — Приятно говорить с деловым человеком. Вы сразу смотрите в суть.

— Льстить не обязательно.

— У меня и в мыслях не было, — заверил князь, — Итак, выгода! А если быть точным, то не просто выгода, ибо она чаще всего бывает разовой, а конкурентное преимущество, которое позволит вашему соседу сделать существенный отрыв в вашей игре.

Верес выдержал паузу, которую директор, как опытный переговорщик, мужественно стерпел:

— Скажите, директор, — заговорил он, наконец, — Вам что-нибудь известно о скупках мельниц и пасек? Или, позволю себе еще одно уточнение, о скупщике мельниц и пасек?

Признавая свою неосведомленность, директор шумно выдохнул и поднял ладони вверх.

Прикрыв за последним посетителем дня дверь директорского кабинета, старший секретарь тут же начал терзать себя сомнениями. Опытный служащий с легкостью мог отличить по глазам воина от торговца, и, конечно сразу понял, что тот седой господин несомненно воин.

В нем растревожился старый страх, что он все-таки совершил непоправимую ошибку. Что ему, старшему секретарю, следовало проявить твердость и отказать. Но как? Как он мог ему отказать? Он остался стоять у двери, ожидая, что директор сию же минуту выставит самоуверенного посетителя, а заодно уволит и его.

Но минута прошла, и из кабинета никто не вышел, хотя тонкий слух секретаря и уловил повышенные тона директорского голоса. И вторая минута прошла, все оставалось спокойно. Когда разошлись уже все, даже самые засидевшиеся работники, а старший секретарь остался в опустевшем помещении писарей и счетоводов совсем один, дверь кабинета открылась, а от увиденного глаза секретаря полезли на лоб. Директор, Сам лично вышел проводить до двери странного седого гостя, на прощание пожав ему руку. «Не, точно не уволят»- убежденно сказал себе старший секретарь.

Глава 36

Глава 36. У крепостных развалин.

Вася проснулся от возмущенных сдавленных криков Коротка и Акиминого, звучащего в противовес, успокающего бубнежа. Сразу открыть глаза ему не удалось, пришлось сначала сковыривать смерзшуюся на ресницах наледь. Он сел, окинул взглядом серый светлеющий небосвод, зачерпнул снегу, растер лицо, протянул руки к огню, попутно заглянул в котелок, для убыстрения разогрева поставленный прямо на горящее в костре бревно.

— Что за шум? — со сна на снегу голос звучал хрипло.

— Вася, ты это видел? Это сто такое? — увидев, что десятник проснулся, Мышонок перестал сдерживаться и завозмущался во весь голос.

— А что такое? — спросонья Вася еще толком не соображал.

Картина ему предстала действительно странноватая. Короток, непонятно зачем снявший теплую куртку, с закатанным чуть не до плеча рукавом левой руки, пытался вырвать эту свою руку из цепких Акиминых пальцев. Аким же коротковскую руку не выпускал, пытаясь, в свою очередь, приложить к ней светящийся нифриловый пятнадчик.