МИ 7. Бой со смертью (СИ) - Звездная Елена - Страница 53

- Постарайтесь не допустить царапин на груди, - прошептала я.

Надеялась, что они это и так вспомнят, но все же.

И еще, на всякий случай:

- Когда Ульгер Шерарн схватит меня – не вмешивайтесь.

И рука Норта, сжимающая мою ладонь – заледенела.

- Какой неожиданный поворот, - язвительно произнес ректор. - Что-нибудь еще, дорогая?

Могла бы промолчать, но я подняла взгляд на лорда Гаэр-аша и холодно ответила:

- Я имею право на месть, как дочь человека, которого он убил.

В карете стало тихо.

А затем Гаэр-аш холодно сказал:

- Эдвин, на арену выйдешь ты.

Я замерла, неверяще глядя на Гаэр-аша. Рядом с явным облегчением выдохнул сам Эдвин, Норт мгновенно произнес:

- Я переправлю Рию к родителям.

Дан усмехнулся и выдал:

- Давно бы так.

Я почувствовала себя преданной. Всеми разом и по отдельности. Медленно отняла руку у Норта, с ненавистью посмотрела на лорда Гаэр-аша и стараясь сохранять спокойствие, тихо ответила:

- Замечательно. Мой артефакт из стали Хаоса продержится еще максимум сутки, но к тому моменту, когда спасать меня будет поздно, собственно и от вас троих, - я указала на Дана, Эдвина и Норта, - уже ничего не останется.

- Ничего, справимся, не в первой, - усмехнулся Дан.

Я посмотрела на Эдвина, он ответил мне усталым:

- Риа, нам всем так будет спокойнее.

Мой взгляд на Норта – Дастел отвел взгляд, чувствуя себя виноватым. Посмотрев на ректора, поняла, что ему даже стыдно вообще не было, он просто нагло смотрел на меня в ответ. Некромант, Тьма его, сильнейший в королевстве, соответственно совестью не обремененный в принципе.

Ну а я… я тоже некромант, если честно.

И я молча сняла артефакт с руки, продолжая все так же пристально смотреть в глаза лорда Гаэр-аша.

После чего посидела, демонстративно разглядывая свои идеально подпиленные ногти, пока все остальные не дышали в прямом смысле слова, невинно оглядела напряженных как струна мужчин, и мило улыбаясь, подвела итог:

- На арену выхожу я. Когда Ульгер Шерарн меня схватит - вы не вмешиваетесь. И на будущее - не надо злить черного артефактора.

Они смогли дышать, лишь когда я вернула браслет на место.

Я демонстративно смотрела в окно, давая время всем прийти в себя.

«Тварь!» - мысленно сообщил Гаэр-аш.

- Риа! - прохрипел рядом Норт.

- У нас была договоренность, - продолжая смотреть в окно, отчеканила я. - Я в курсе, что вы с самого начала пытались ее нарушить, вы были в курсе, что я с самого начала была против. Приняв сейчас решение за меня - вы перешли границу, соответственно - и я перешла границы. Я очень люблю всех вас… троих, - любить Гаэр-аша я лично отказывалась напрочь, - и я не хочу потерять, несмотря на все ваши… недостатки. Просто не мешайте мне, пожалуйста, как не мешали, когда я создавала Эль-таимы. Тогда тоже было опасно, тогда тоже было на грани, тогда я тоже рисковала… но вы мне доверяли. Мне и сейчас очень нужны ваше доверие, поддержка и помощь.

- Ты упустила одну деталь, Риа, тогда ты умерла! - зло произнес Норт.

- На пару секунд, - я повернулась и посмотрела на него.- Но этим, спасла и себя, и вас, и всех, кто присутствовал в таверне. Потому что без Эль-таимов удар чистой Тьмы не выдержал бы никто.

А затем, сложив руки на груди, добавила мысленно:

«Последний раз, когда вы меня оскорбляли, вы были под влиянием собственной крови, лорд Гаэр-аш».

И на ректора я посмотрела с вызовом.

«Полагаю, вам стоит подумать об этом, - добавила, практически требуя».

И никак не ожидала услышать в ответ:

«Тадор был прав – это оказалось лишь вопросом времени».

По спине прошелся холодок.

Но дальше было только хуже:

«Я физически не могу выпустить тебя на арену».

Пристально глядя на него, вдруг вспомнила:

«Наследие Мрака так же есть в Эдвине и Норте».

«Да», - подтвердил Гаэр-аш.

То есть по своей сути, а конкретно всей своей сутью наследуемой из Мрака и Норт и Эдвин тоже категорически против, чтобы я выходила на арену, и фактически против выжигания магию Кошки. В таком контексте, гораздо проще оказалось, произнести вслух:

- Если я не избавлюсь от этой крови - я умру. Да не сразу, а через месяц-два-три, но гарантированно. Об этом косвенно сообщил лорд Эллохар, когда понял что у меня слишком сильный дар магии Смерти, об этом прямо сказал его призрачный змей Тараг. И судя по тому спектру ощущений, который я испытала до создания артефакта из стали Хаоса, могу сказать прямо – гораздо милосерднее с вашей стороны будет медленно резать меня на части, чем оставить на растерзание подобной участи.

И на этом карета остановилась.

Никто не вышел, даже когда Габриэль ехавший отдельно с остальной боевой нежитью, распахнул дверцу кареты. Некроманты все равно продолжали сидеть.

Гоблин оглядев всех, молча протянул руку мне.

И я царственно покинула экипаж, в котором царила мертвая тишина.

А затем, стоило мне выйти, дверной проем вспыхнул сиянием экранированного щита, закрывшего от меня явно начавшийся в карете разговор. Гобби, заметивший это, хотел было что-то сказать, но умолк, ощутив еще раньше, чем я, приближение команды АнМора.

И практически сразу из кареты вышел Норт, встав передо мной и практически закрыв от взглядов команды второго королевства.

- Ммм, а я думала вы там… разговариваете, - язвительно протянула я.

- Не о чем разговаривать, - Норт пристально смотрел на идущих в десяти от нас Аббара Джуда и следующую за ним змею Хамману. - А ты… ты…

Он заставил себя заткнуться.

- А я, Норт, еще там, под постаментом в Некросе, по-моему, дала вам троим понять, что со мной так поступать нельзя! – откровенно сорвалась я.

Он посмотрел на меня, затем взял мою ладонь, приложил к своей груди напротив сердца, и тихо сказал:

- С самого начала, как выяснилось, кто за всем этим стоит, мы договорились, что отстраним тебя лишь в одном случае - если для тебя все это станет местью. Потому что желание отомстить, делает человека слепым и неосторожным, Риа. Артан сейчас задал прямой вопрос, ты дала прямой ответ «Я имею право на месть».

Он больше ничего не произнес, но он заставил меня ощущать как сильно и нервно бьется его сердце, а в его глазах открыто читался вопрос: «А что еще мы должны были сделать, Риа?». Я помолчала, не зная, что на это сказать.

- Да, я против того, чтобы ты выходила на арену, - тихо произнес Норт. - Вчера я едва успел спасти тебя, успею ли сегодня – тот еще вопрос. Мне страшно, Риа, у меня дыхание перехватывает от мысли, что могу не успеть и потеряю тебя, понимаешь? И да, мы собирались нарушить договоренность, и мне плевать насколько я в этой ситуации не прав, если на кону стоит твоя жизнь. И тут ты сообщаешь… это, а лорд Эллохар подтверждает. Как и то, что на кошках ломаются все артефакты, и сталь Хаоса тебя не защитит.

То есть они там в карете не разговаривали, они проверяли информацию.

Я отняла свою руку у Норта.

Он с болью во взгляде проследил за моим жестом, и сказал:

- Я не хочу терять тебя… снова.

Мне хотелось ответить, что терять можно лишь то, что по-настоящему имел, но это было бы ложью. Он не хотел терять меня, я не хотела потерять их всех. И больно сейчас было нам обоим, мне потому, что не доверяли они, ему, потому что понял - больше не доверяю я.

- Сколько секунд ты будешь умирать на этот раз? - прямо спросил Норт.

- Минуту-полторы, - назвала я максимум.

Он сжал челюсти так, что на скулах задергались жгуты желваков, выдавая его ярость. А мне сейчас не ярость, мне сейчас поддержка очень нужна была. Просто поддержка, просто доверие… но ничего этого не было. Ничего не было, кроме четкого осознания, что я не просто совершенно одна, мне еще и помешать могут.

А что будет потом? Когда во мне не останется ничего, кроме меня самой? И я вдруг подумала, что сейчас Норт смотрит на меня с любовью, а посмотрит ли он на меня после того, как все будет кончено? И если посмотрит, что будет в его глазах?.. А имеет ли это значение? Я ведь даже не знаю, будет ли у нас это «потом»… До «потом» еще нужно было дожить, и как минимум - выйти на арену, а я уже не уверена в том, что их кровь мне это позволит. И если сдержанный Гаэр-аш сорвался, опустившись до оскорблений, что станет с Нортом и Эдвином, когда в них проснется их «наследие Мрака»?!